Įdomybės
00
Рэкс опустил голову при виде бывших хозяев, но не ушёл с места — как немецкая овчарка и две семьи из одного подъезда научились быть настоящей семьёй под снегом московской зимы
Собака опустила голову при виде хозяев, но даже не пошевелилась Всё началось в декабре, когда Киев уже
Įdomybės
09
«Здравствуйте, я любовница вашего мужа»: Как состоятельная москвичка отвечает на откровенное признание разлучницы, принесшей справку о беременности и требующей развода
Здравствуйте, я любовница вашего мужа. Я медленно опустила папку с макетом рекламной кампании на дубовый
Įdomybės
025
Судьба ведущего Валерки: как завидный холостяк нашёл свою любовь на чужой свадьбе
Чужая невеста. В былые годы имя Валерки в нашем городе было известно каждому если требовался ведущий
Įdomybės
02
Русские судьбы: Любава — ведунья на перепутье. Мистика деревни Семёновка, битва с ведьмой Пелагеей за судьбу племянника, и сила женского характера.
Женские судьбы. Марфа Ох, Марфа, ради всего святого, забери моего Пашку к себе, причитает Анна.
Įdomybės
06
Чудо-врач Лиза Богачёва: как школьная смелость, женская дипломатия и искреннее сострадание изменили не только судьбу пациента, но и характер грозного начмеда больницы, наполнив коллектив уважением, душевным теплом и неожиданной верой в настоящие чудеса
Дневник Елизаветы Александровны Тихоновой С самого детства казалось, что моя судьба быть врачом.
Įdomybės
06
ЖИЗНЬ — ТО ЯРКАЯ, ТО ТУМАННАЯ, КАК РУССКАЯ ЛУНА Когда казалось, что наш крепкий брак вечен, словно просторы России, всё рухнуло в одночасье… Мы с будущим мужем познакомились ещё студентами Московского мединститута. На пятом курсе сыграли свадьбу. В свадебный подарок свекровь преподнесла путёвку в Сочи и ключи от собственной квартиры на ВДНХ — только начало сказки. Въехали в трёхкомнатную, родители мужа всегда рядом, поддерживали. Каждый год с мужем колесили по Европе, благодаря его родителям — были молоды, счастливы: Дима — вирусолог, я — терапевт. Появились наши сыновья: Данила и Вячеслав. Тогда мне казалось — моя судьба похожа на полную реку, я буквально купалась в уюте все десять лет. Но однажды всё изменилось… …Раздаётся звонок. Открываю дверь — на пороге симпатичная, вроде бы чем-то расстроенная девушка. — Кого ищете? — спрашиваю. — Вы Софья? Я к вам… — мнётся незнакомка. Приглашаю в квартиру, уже интригует. Я замечаю — девушка на сносях. — Софья, я Таня. Признаюсь — люблю вашего мужа. Дима тоже меня любит. У нас будет ребёнок, — выдыхает она. — Вот тебе раз… Всё? — начинаю закипать. — Нет… — и протягивает маленькую бархатную коробочку с золотым кольцом. — Это что — выкуп? Думаете, мужа можно купить? Забирайте взад, Дима не продаётся! — Софья, прошу простить! Мне так тяжело… Мама мне всегда твердила: «Доча, полюбишь чужого мужа — не жди добра!» Но не могу без Димы… — Таня горько плачет. На миг становится жаль незваную гостью. Но кто меня пожалеет — если эту кокетку всерьёз разжалобило чужое счастье? Я вернула коробку, выставила гостью за порог. С этой минуты жизнь моя покатилась вниз… …Свекровь сообщает: Дима уходит. Нина Васильевна пришла сама, попросила собрать всё сыново. Я указала на шкаф, всё ещё не веря. Она аккуратно сложила всё в привезённый чемодан. — Софочка, мы всегда останемся семьёй, а Димка с Танюшкой… где жизнь сведёт — там и живут, — попыталась утешить. Через полгода у Димы и Тани появилась дочка. Потом дошло, что он удочерил и её старшую дочь. За всё время Дима ни разу не зашёл к нашим сыновьям — копейки на алименты пересылал через маму. Это были 90-е… Я попала в больницу с нервным срывом. Данила и Вячеслав остались у свекрови — там им и вкусности, и ласку давали. После выписки поехала за сыновьями — они ни в какую: “Бабушка кормит лучше, не ругает и сладкое не запрещает.” — Софочка, пусть мальчишки побудут с нами, ты же теперь квартиру будешь менять, тебе и однушки хватит? — Нина Васильевна обняла внуков. Так, в одиночестве, я переехала в “малосемейку”. Дети — остались у свекрови. Мне разрешалось навещать их разве что на большие праздники. — Софочка, не нарушай покой мальчиков своим появлением. Живи своей судьбой, — убеждала свекровь. Сыновья всё дальше, душевная связь разрывается. Остаётся только пустота. Бабушка часто повторяла: “Жизнь — как луна: то круглая, то худая…” Так не могло продолжаться. Захотелось перемен… …По работе командировка во Францию — знакомлюсь с Йованом, молодым сербским врачом. Мы поняли друг друга без слов — вспыхнула безумная страсть. Десять дней — и домой. Но после этого вернулась к жизни… Потом были и другие встречи, отношения, всё больше для души. — София, ну ты прямо прекрасна! — хвалила свекровь. Но я снова одна. Подруга Оля, провожая меня в Грецию, отдала на руки своего жениха: — София, познакомься — мой Шурик. Может, тебе пригодится! Так Шурик стал моим вторым мужем. Только одно “но”: он беспробудно пил… Но, видно, и черт может стать ягодкой. Я боролась за свою любовь семь лет… Шурик остановился: работает теперь водителем в морге, домой приходит тихий, задумчивый и — главное! — трезвый. — Шурик не пьет? — удивляется почас Оля. — Обмену и возврату не подлежит! — смеюсь я. …Сыновья выросли, под тридцать, не женаты: насмотрелись на семейную катавасию — теперь семьи боятся. …Бывший муж: Таня спилась, совместная дочка одна растит ребенка. Дима женился в третий раз — теперь на медсестре из поликлиники. Но перед свадьбой осторожно спросил у сыновей: — Может, мама всё-таки хочет начать сначала? Я ответила: — Только после дождичка в четверг! Так и живём — то в полной, то в ущербной луне.
ЖИЗНЬ, КАК ЛУНА: ТО ПОЛНАЯ, ТО НА УБЫЛИ Я верила, что наш брак крепок и незыблем, как само мироздание. Но…
Įdomybės
05
Старики в девяносто лет: одинокие будни Константина Леонидовича и Елены Ивановны между затхлой кухней, заботой соседки и воспоминаниями о юности, внучка в Германии не звонит, дети ушли, а нежность и тихая радость остались только друг для друга
Старичок с трудом поднялся с постели, придерживаясь за стену, доковылял до соседней комнаты.
Įdomybės
08
Яблоки на снегу… Как на выселках у самой опушки тёмного уральского леса, где ели небо подпирают, жил крепкий лесник Иван Ильич Захаров — жизнь с любовью, потери, обида и прощение в русской глубинке, а на снегу алели забытые яблоки родного сада.
Яблоки на снегу… Жил-был у нас в селе под Киевом, почти на самом краю соснового бора, где лес по
Įdomybės
058
«Когда гости пришли с пустыми руками, раскритиковали стол и потребовали мясо, я захлопнула холодильник и прекратила праздник: история о том, как гостеприимство встречает хамство, и почему иногда лучший тост — за уважение к себе»
12 марта Опять не сплю с шести утра а ведь день только начался. Мои мысли всё время возвращаются к сегодняшнему застолью.