NewsControl

Максим прячет в душе сожаление о поспешном разводе. Умные мужчины превращают любовниц в праздник, а он – в жену Пасмурная тоска Максима Петровича рассеялась, как только он, припарковав машину, вошел в свой привычный московский подъезд. Дома его встретила ожидаемость: тапки – надел не раздумывая, аппетитный запах борща, чистота, свежие цветы в вазе. Не тронуло: жена дома, что ей еще делать, когда пенсия и годы берут своё? Пироги печь и носки вязать. Насчёт носков он, конечно, преувеличил, но важна суть. Марина привычно вышла навстречу с улыбкой: – Устал? А я пироги испекла – с капустой, с яблоками, как ты любишь… Но замолчала под тяжелым взглядом Максима. Стояла в домашнем костюме, волосы убраны под платком – всегда так готовила. Поваром она проработала всю жизнь. Глаза слегка подведены, на губах блеск. Привычка, что показалась Максиму вульгарной. Вот зачем украшать свою старость? Может, не стоило так грубо, но он выпалил: – Косметика в твоём возрасте – нонсенс! Не идёт тебе. Губы Марины дрогнули, она промолчала, но и стол накрывать не пошла. И правильно. Пироги под полотенцем, чай заварен – справится. После душа и ужина доброта к нему вернулась. Максим, в любимом халате, расположился в кресле – оно ждало только его, сделал вид, что читает. “Как сказала новая сотрудница: вы вполне обаятельный мужчина, ещё и интересный.” Максиму было 56. Он возглавлял юридический отдел крупной компании. В подчинении – вчерашний выпускник и три женщины за сорок. Еще одна ушла в декрет, а вместо неё взяли Асю. Максим был в командировке, впервые увидел Асю лишь сегодня. Пригласил познакомиться в кабинет. Вместе с ней вошёл аромат дорогих духов, ощущение молодости. Овал нежного лица, светлые локоны, уверенные голубые глаза. Сочные губы, родинка на щеке. Ей 30? Он бы дал и 25. Разведена, мама восьмилетнего сына. Сам не понял почему, но подумал: “Хорошо!” Пококетничал: теперь у вас старый начальник. Ася тряхнула ресницами и ответила словами, которые вспоминал Максим. Жена, отошедшая от обиды, появилась у кресла с вечерним ромашковым чаем. Он нахмурился – “вечно не вовремя”. Но выпил с удовольствием. Вдруг подумал: а что сейчас делает молодая красавица Ася? И сердце кольнуло давно забытое чувство – ревность. *** Ася после работы – в супермаркет: сыр, батон, себе кефир. Без улыбки обняла сына Василия – больше по привычке. Отец мастерит в лоджии, мама занята ужином. Откладывая покупки, объявила: “Голова болит, не тревожить!” На самом деле ей было тоскливо. С тех пор как рассталась с отцом Василя, всё тщетно искала стать для кого-то главной женщиной. Все достойные оказывались давно женаты и предпочитали легкие отношения. Последний, коллега, был влюблен по уши… два года, даже квартиру снимал (для себя удобнее), но, когда запахло жареным, предложил Асю уволиться и разойтись… Теперь снова с родителями и сыном. Мама сочувствует, отец считает, что ребёнок должен расти хоть с матерью. Марина, жена Максима, давно замечала, что муж переживает “кризис возраста”. Всё есть, а главное – нет. Боялась думать, что для него главное. Старалась смягчить: готовила любимое, была ухоженной, не “душеведствовала” – хотя ей этого не хватало. Увлекалась внуком, дачей. Но Максим скучал, хмурился. *** Потому роман Максима и Асю начался стремительно – через две недели он пригласил Асю пообедать и подвёз после работы. Прикоснулся к руке, она повернулась румяной щечкой: – Не хочу прощаться. Поехали ко мне на дачу? – хрипло сказал Максим. Ася кивнула, машина сорвалась с места. По пятницам возвращался домой поздно. Вечером встревоженная жена получила СМС: «Завтра поговорим». Максим не подозревал, как метко выразил суть будущего, по сути не нужного разговора. Марина знала: гаснуть после 32 лет вместе невозможно. Но муж был так роден, что потерять – как потерять часть себя. Пусть ворчит, бурчит, даже глупит – лишь бы оставался рядом. В поисках слов, способных остановить крушение жизни, Марина не спала до утра. Достала свадебный альбом, где они были красивыми и счастливыми. Можно ли вернуть воспоминания? Но он вернулся лишь в воскресенье – она поняла: всё кончено. Перед ней новый Максим – полный энергии, не испытывает ни стыда, ни неловкости. С этого дня Марина свободна. Развод оформит завтра. Сын с семьёй переедет к Марине. Квартира, машина, дача – всё по закону. Марина осознала, что выглядит жалко, но не могла сдержать слёз. Просила остановиться, вспомнить прошлое, подумать хотя бы о здоровье… Последнее вызвало в нём злость: “Не тяни меня в свою старость!” *** Было бы наивно утверждать, что Ася влюбилась в Максима и поэтому сразу согласилась стать женой. Её согревал статус, жила ради “ответа тому, кто отказал”. Устала жить под начальством отца, хотелось стабильного будущего. Максим мог его дать. Не худший вариант, хоть и с сомнениями о возрасте… Через год появилось разочарование. Хотелось яркой жизни, а не “раз в год”. Тянуло на концерты, пляжи, посиделки. Не мешал даже сын. Максим явно сдавал. Дома – усталый человек, которому нужна тишина и привычки. Гости, театр, пляж – дозировано. Интим – сразу спать, хоть в девять вечера. К тому же особое меню – желудок слабый, бывшая жена разбаловала. Ася готовила для сына, не понимала “от котлет болит бок”. Думала: таблетки взрослый человек купит сам. Со временем часть её жизни прошла без него. *** Сидеть дома не придётся – Асю перевели в нотариальную контору. Радовалась, что не на глазах у мужа, похожего на отца. Уважение – вот что чувствовала к Максиму. Хватит ли его для счастья пары? К 60-летию хотелось грандиозного праздника. Муж заказал скромный столик в знакомом московском ресторане. Друзей семьи не позвали – уже неудобно. Родня далеко, понимания не нашли. Сын почти отрёкся. Но отец ведь вправе распоряжаться своей судьбой? Только “распоряжение” вышло иначе. Первый год с Асей – как медовый месяц. На людях, с подругами, фитнесом – всё позволял. Постепенно оформил на неё квартиру и половину дачи. Ася выпросила у Марины её долю, угрожала “продать проходимцам”. Выкупил, оформил дачу полностью на молодую жену – якобы для сына, которому тут хорошо. Летом на даче жили её родители и сын. Это оказалось к лучшему: Максим не слишком любил шустрого мальчика. Он женился из-за любви, а не воспитания чужого ребёнка. Бывшая семья обиделась: продала квартиру и разъехалась. Сын нашёл двушку, Марина переехала в студию. Живут – Максим не интересуется. *** Вот и день юбилея. Поздравляют коллеги, желают счастья, любви. А он не ощущает радости. Главенствует знакомое неудовлетворение. Молодую жену, безусловно, любит. Не успевает за ней. Подчинить невозможно – живёт по-своему, ничего лишнего, но это раздражает. Если бы вложить в неё душу бывшей жены! Чтобы подходила с ромашковым чаем, укрывала, если заснул. Гулять с ней по парку, шептаться на кухне – но Ася не выдерживает долгих разговоров и, кажется, скучает в постели. Это нервирует. Максим прячет в себе regret – поторопился с разводом. Умные мужчины превращают любовниц в праздник, а он – в жену! Ася, с её темпераментом, ещё лет 10 будет “игривой лошадкой”. Но и за сорок останется заметно младше. Пропасть, которая будет расти. Если повезёт, окончит жизнь быстро. А если нет? Эти “не юбилейные” мысли стучали в висках. Искал взглядом Асю – она танцевала среди гостей. Красивая, глаза блестят. Вышел из ресторана – хотел отдышаться. Но коллеги потянулись следом. Вырвался в такси: “Поскорее, пожалуйста!” Хотелось туда, где важен только он. Где ждут, ценят каждую минуту, можно расслабиться без страха быть старым. Позвонил сыну – почти умоляя, попросил новый адрес бывшей жены. Получил заслуженно-резкий ответ, но настоял – ведь сегодня юбилей. Сын немного смягчился: мама не одна, но просто друг. – Мама сказала, что учились вместе. Фамилия странная… Булкевич, кажется. – Булкевич, – поправил Максим, ощутив ревность. Он был в неё влюблён. Давно это было, но так близко… – А зачем тебе это, папа? Максим содрогнулся от забытого слова и признался: «Не знаю, сын». Сын продиктовал адрес. Водитель остановился. Максим вышел – не хотелось говорить при чужих. Почти девять, но она сова, сочетающаяся для него с жаворонком. Набрал домофон. Ответил мужской голос: “Марина занята”. – Что с ней?! Здорова? – встревожился Максим. Голос потребовал назваться. – Я муж, между прочим! Ты, наверное, пан Булкевич? – крикнул Максим. “Пан” поправил нахально: муж бывший, а значит право тревожить Марину не имеет. Объяснять, что хозяйка принимает ванну, не стал. – Что, старая любовь не ржавеет? – саркастически спросил Максим. – Нет, она становится серебряной, – ответил Булкевич. Дверь так и не открыли…

Максим глубоко сожалел о поспешном разводе. Умные мужчины умеют превращать любовниц в праздник, а он в жену.

Įdomybės

– Алло… Вася? — Это не Вася, это Ольга… — Ольга? А вы кто? — Уважаемая, а вы кто? Я девушка Василия. Вы что-то хотели? Мужа нет, он на работе задерживается… У меня закружилась голова, заметила алые капли на полу. Живот сильно тянуло, я скорчилась… Чувствовала, что малыш вот-вот появится на свет. Мой муж Василий уже 5 лет подряд ездит на заработки: то в Германии на фуре работал, то в Польше ремонты делал. Уехал из-за денег. У нас два сына, хотели дать им лучшее будущее. Прекрасно понимали, что в России ничего не добиться. И знаете, там мужу довольно повезло. Раз в месяц присылал нам посылки с продуктами: консервация, крупы, масло, сладости. Ещё переводил мне деньги, чтобы я под проценты в банке откладывала. Мы смогли накопить на квартиру старшему сыну. Казалось, у нас всё хорошо. Но пару месяцев назад я почувствовала, что в организме что-то не так. Первая мысль — климакс, но нет. Очень поправилась, всё время хотелось спать, постоянно голодная и настроение резко менялось. В интернете все признаки указывали на беременность. Какое ещё «беременна» в 45? Не поверила, сделала тест — и две яркие полоски! Ни сыновьям, ни снохам о будущем ребёнке говорить не стала. Зачем? Чтоб родные смеялись, что у их мамы на старости крыша поехала? Решила скрывать беременность. Случилась как раз холодная осень, одевала всё тёплое и большое — из-под пуховика живот не видно. Но рожать малыша не хотела. Кто-то скажет, что я Бога в душе не держу. Но мне 45, я уже не молодая. У меня есть сыновья и внуки, им хочу время уделять, а не с младенцем вокруг памперсов крутиться. Да и денег нет на третьего ребёнка. Василию бы опять уезжать на заработки, а я без него не могу. Врачи сказали, что срок уже поздний, очень опасно делать операцию, не факт, что без вреда для здоровья. Поэтому пыталась себя убедить, что всё наладится. Может, Василий наоборот обрадуется? Решила ему в Скайпе позвонить, поделиться новостью. Камеру не включала, только микрофон. – Алло, Васю… – Это не Вася, а Ольга. – Ольга? А вы кто? – Уважаемая, а вы кто? Я девушка Василия. Мужа нет, он на работе задерживается. Я сразу бросила трубку и разрыдалась. Оказалось, и у мужа жизнь своя, может изменить где угодно… Хотела сразу подать на развод, выбросить его вещи, чтобы не видеть и не слышать. Но жила надеждой, что любимый вернётся, когда узнает о малыше. Знала, что в феврале, когда у сыновей дни рождения, ему дадут отпуск — приедет домой. Даже снилось, что мы с Васей и дочкой гуляем в парке: он держит её за руку, а я за другую… Как раз 14 февраля, в День всех влюблённых, Вася приехал. Я приготовила романтический ужин, расставила свечи, включила музыку — хотела создать уют. – Васю, у меня для тебя сюрприз — я беременна. Говорят, будет дочка. – Ах ты, мерзавка! — крикнул Василий. Он вспыхнул от злости, перевернул тарелки, стучал кулаками по столу: – Пока я там пашу, как кобыла, ты с чужими мужиками крутишься? Теперь хочешь мне подкинуть этого ублюдка? – Васю, дай объяснить… – Отойди, не хочу тебя видеть! — муж толкнул меня так, что я ударилась животом о край стола и упала. Василий ушёл, забрал сумку, хлопнул дверью. Голова закружилась, увидела на полу алые капли. Живот тянуло, корчилась от боли. Еле позвонила в скорую — чувствовала, малыш вот-вот появится. Когда приехали врачи, я уже держала на руках нашу дочку. Девочка спокойно спала и не плакала. – Ну что, мамочка, поедете с нами? – Нет. Забирайте ребёнка, она мне не нужна. – Как так? – Вот так, забирайте! Из-за этой девочки моя семья развалилась. Может, кто-нибудь её ещё полюбит, но точно не я. Всё, забирайте, не хочу видеть! Без малейшей жалости отдала малышку врачам. Меня осмотрели дома, всё прошло спокойно. Когда скорая уехала, всё убрала, приняла душ и легла спать. Никто из детей не знает, что я отдала девочку. Каждый день хожу в церковь, молюсь, чтобы она выросла счастливой, встретила свою семью. Потому что понимаю: не справлюсь, не хочу снова тяжести материнства. Хочу одного — чтобы Василий вернулся домой. Но он опять уехал в Германию, общается только с сыновьями. Можете считать меня ненормальной. Но я выбираю мужа, а не ребёнка. Судья мне — только Бог.

Алло… Вася? Это не Вася. Это Лада… Лада? А вы кто?… Уважаемая, а вы кто? Я девушка Василия.

Įdomybės

Загадочный родственник на пороге: неожиданное воссоединение семьи

Как ты себе это представляешь, мамочка? возразила Ирина, бросая взгляд на телефон. Жить две недели с

Įdomybės

— Вот уж возгордилась наша Настя! Правду люди говорят: деньги портят человека! — Я не понимала, о чём речь и чем могла настолько обидеть людей… Когда-то у меня был замечательный брак: муж и двое детей. Но однажды всё рухнуло — любимый погиб в аварии по пути с работы. Я думала, не переживу горе, но мама убедила меня держаться ради детей. Я взяла себя в руки, стала много работать, а когда дети выросли — уехала на заработки. Сначала оказалась в Польше, потом перебралась в Англию. Работы пришлось сменить немало, прежде чем нормально зарабатывать. Отправляла детям деньги каждый месяц, позже купила им квартиры, а дома сделала красивый ремонт. Я гордилась собой и уже собиралась вернуться в Россию навсегда, но год назад моя жизнь изменилась: я познакомилась с мужчиной, нашим русским, который уже двадцать лет живёт в Англии. Мы начали общаться, и я почувствовала, что у нас может что-то сложиться. Но сомнения не давали мне покоя: Артур не может уехать из Англии, а я хочу домой. И вот недавно я приехала. Сначала встретилась с детьми, потом с родителями. А вот к свёкрам всё не могла попасть — на них просто не хватало времени, столько дел накопилось. И тут ко мне в гости пришла подруга, продавец, и рассказала мне: — Твоя свекровь на тебя очень обижена! — С чего ты взяла? — Слышала, как она разговаривала с другой знакомой. Говорят, ты стала гордячкой и деньги тебя испортили. А ещё что ты вовсе не помогала им деньгами. Было очень неприятно это слышать. Я же сама поднимала двоих детей, делала всё ради них. Не могла ещё и свёкрам деньги давать, ведь мне самой надо было на жизнь. После такого идти к ним не хотелось, но я пересилила себя, купила продуктов и пришла. Сначала всё шло хорошо, но воспоминания о разговоре не давали покоя. В конце концов я сказала: — Поймите, мне было очень нелегко все эти годы. Всё делала ради детей, никакой поддержки не было. — А мы тоже остались без помощи. У всех дети помогают, а мы сами по себе. Такое же сиротство! Ты должна была бы помочь и нам. Свекровь мне словно упрёкнула, я так и не осмелилась рассказать, что у меня в Англии есть мужчина. Ушла расстроенная, и теперь не знаю, как быть. Должна ли я помогать родителям покойного мужа? Я уже не выдерживаю!

Ну и высокомерной стала твоя Марина! Верно говорят, деньги портят людей! Я долго не могла понять, в чём

Įdomybės

Вчера я уволился с работы, чтобы попытаться спасти свой брак. А сегодня не понимаю, не потерял ли я сразу и работу, и жену.

Давным-давно, будто в другой жизни, я оставил свою работу, чтобы попытаться спасти свой брак.

Įdomybės

021

Переезжай на «свою землю» — объявил муж

Съезжай в «своё жильё», холодно сказал муж. Серьёзный разговор начался за ужином в их московской квартире.

Įdomybės

Он часто ездил в командировки по работе, и я к этому привыкла. Отвечал мне поздно, возвращался уставший, говорил, что были длинные совещания. Я не проверяла его телефон и не задавала лишних вопросов. Я ему доверяла. Однажды я складывала вещи в спальне. Он сел на кровать, даже не сняв обувь, и сказал: — Хочу, чтобы ты меня выслушала. Не перебивай, пожалуйста. Я сразу поняла, что что-то не так. Он признался, что встречается с другой женщиной. Я спросила, кто она. Он немного помолчал, потом назвал её имя. Она работала недалеко от его офиса, была моложе его. Я спросила, влюблён ли он. Он ответил, что не знает, но с ней чувствует себя по-другому, менее уставшим. Я спросила, собирается ли он уйти. Он ответил: — Да. Я больше не хочу притворяться. В тот же вечер он спал на диване. Утром ушёл рано и не возвращался два дня. Когда пришёл, сказал, что поговорил с адвокатом, и хочет развестись как можно быстрее — «без драмы». Объяснил, что возьмёт с собой, а что оставит. Я просто слушала. Меньше чем через неделю я уже не жила с ним. Следующие месяцы были очень тяжёлыми. Мне пришлось самостоятельно разбираться со всем, что мы раньше делили: документы, счета, решения. Я стала больше выходить — не от желания, а скорее из необходимости. Соглашалась на приглашения, чтобы не сидеть дома одной. На одной из таких встреч я случайно познакомилась с мужчиной в очереди за кофе. Завели разговор о погоде, толпе, опозданиях. Потом мы продолжили встречаться. Однажды, сидя за небольшим столиком, он рассказал мне свой возраст — он был на пятнадцать лет моложе меня. Не было странных шуток или намёков, он спросил, сколько мне лет, и спокойно продолжил разговор, как будто в этом не было ничего необычного. Снова пригласил меня погулять. Я согласилась. С ним всё было иначе. Не было громких обещаний и красивых слов. Он спрашивал, как у меня дела, слушал меня, оставался рядом, когда я говорила о разводе, не меняя тему. Однажды он прямо сказал, что я ему нравлюсь и что он понимает, что я вышла из непростой ситуации. Я призналась, что боюсь повторять ошибки и не хочу ни от кого зависеть. Он ответил — контролировать меня не намерен, спасать меня ему не нужно. О бывшем моих отношениях рассказали другие. Он позвонил спустя месяцы молчания и спросил, правда ли, что у меня отношения с молодым парнем. Я ответила — да. Он спросил, не стыдно ли мне. Я сказала: стыдно должно быть за предательство. Он просто повесил трубку. Я развелась, потому что он ушёл к другой. Но потом, не ища этого, я оказалась рядом с тем, кто меня любит и ценит. Подарок ли это от судьбы?

Он часто уезжает в командировки, и я уже привыкла к этому его ритму жизни. Пишет мне сообщения поздно

Įdomybės

Ого, папа, тебя встречают! И зачем тебе этот санаторий, если дома настоящий “олл инклюзив”? Когда Дима вручил Еве ключи от своей квартиры, она поняла: бастион взят! Ни один Ди Каприо так не ждал “Оскара”, как она ждала своего Диму — еще и с личной крепостью. Отчаявшаяся тридцатипятилетняя Ева все чаще бросала сочувствующие взгляды на дворовых котов и на витрины “Всё для рукоделия”. А тут он — одинокий, потративший молодость на карьеру, здоровое питание, спортзал и поиски себя, да еще и без детей. С двадцати лет Ева мечтала о таком подарке, и, похоже, на небесах наконец поняли, что она говорила не в шутку. — У меня последнее командировка в этом году, а дальше я весь твой! — сказал Дима, вручая заветные ключи. — Только не испугайся моего логова — я обычно дома только сплю, — добавил он и улетел в другой часовой пояс на выходные. Ева взяла зубную щетку, крем и отправилась посмотреть на его берлогу. Проблемы начались сразу на входе: Дима предупредил, что замок иногда заедает, но она и представить не могла насколько. Штурм входной двери длился сорок минут: толкала, тянула, вставляла ключ, заходила “на половину зубчика” — но дверь категорически не хотела открываться новому жильцу. Ева поняла: психологическое давление — как учили во дворах в школьные годы. На шум выглянула соседка. — Девушка, вы зачем в чужую квартиру ломитесь? — раздался встревоженный женский голос. — Я не ломлюсь, у меня ключи! — вытирая пот со лба, огрызнулась Ева. — А вы кто? Я вас раньше не видела. — Я его девушка! — с вызовом заявила она, оперев руки в бока, но в ответ увидела лишь щель соседской двери. — Ну надо же… — удивилась соседка. — Какие-то проблемы? — Да нет. Просто он никого никогда не приводил… — этим Ева еще больше прониклась к Диме. — А тут сразу такая… — Такая какая? — не поняла Ева. — Не моё дело. Простите, — закрыла дверь соседка. Поняв, что либо она, либо дверь, Ева вложила ключ с таким усилием, что чуть не провернула весь косяк. Дверь открылась. Весь внутренний мир Димы предстал перед ней… Душа Евы покрылась инеем: самотному молодому человеку привычен аскетизм, но это была настоящая келья. — Бедняжка, твоё сердце забыло, а может и не знало, что такое уют, — вырвалось у Евы, когда она осматривала скромное жилище. Но ей нравилось: соседка не обманула — ни одна женская рука тут явно не касалась ни стен, ни кухни, ни серых окон. Она здесь первая. Не выдержав, она выбежала за шторкой и ковриком, прихватками и кухонными полотенцами. В магазине на нее нахлынуло: к коврику и шторке добавились ароматизаторы, мыло ручной работы, контейнеры для косметики. — Добавить такие мелочи — не наглость, — успокаивала Ева себя, цепляя второй корзину к первой. Замок больше не сопротивлялся, а напоминал хоккейного вратаря без маски на игре. Осознав катастрофу, Ева до полуночи кухонными ножами выкручивала старый замок, а наутро помчалась за новым. Заодно решила обновить ножи, вилки, ложки, скатерть, доски, подставки под горячее… и, конечно, занавески. В воскресенье в обед позвонил Дима: задерживается в командировке еще на пару дней. — Я только рад, если ты внесёшь уют в мою квартиру, — улыбался он в трубку, когда она призналась в небольших изменениях интерьера. Комнаты заполнялись теплом грузовиками — всё, что копилось в одинокой женщине, вырывалось наружу. К возвращению Димы из старой квартиры остался только паук возле вентиляции. Его Ева решила оставить — как символ неприкосновенности чужого имущества. Квартира стала выглядеть так, будто в ней уже восемь лет живут “счастливы в браке, разочаровались, а потом вновь счастливы — назло окружающим”. Ева делала всё, чтобы весь подъезд знал: она новая хозяйка, адресовать вопросы — ей. Обручального кольца нет, но это — техническая мелочь. Соседи сперва подозревали, а потом махнули рукой: «Ваше дело. Нам всё равно». *** В день приезда Димы Ева приготовила домашний ужин, запаковала свои формы в эффектный наряд, расставила ароматы, приглушила свет и стала ждать. Дима задерживался. Когда Ева уже начинала жалеть о неудобстве наряда, в дверь вставили ключ. — Замок новый, просто толкни! — томно позвала Ева. Она не боялась осуждения: с квартирой она слишком хорошо постаралась. И тут пришло СМС от Димы: «Ты где? Я дома, квартира та же, а друзья пугали, что теперь всё будет завалено косметикой». Правда, послание она увидела позже — в квартиру вошли незнакомые люди: двое мужчин, две девочки-школьницы и очень пожилой дед, который, увидев Еву, по молодецки пригладил седые волосы. — Ого, папа, тебя встречают! И зачем тебе этот санаторий, если дома “олл инклюзив”? — засмеялся один и тут же получил нагоняй от жены за любопытство. Ева стояла с бокалами вина, ошеломленная. Хотелось закричать, но язык не поворачивался. Где-то в углу радостно хихикнул паук. — Простите, а вы кто? — пискнула Ева. — Владелец берлоги. А вы из поликлиники, на перевязку? Я же сказал — справлюсь сам, — ответил дед, бросив взгляд на медсестринский костюм Евы. — Ммм, ну, Адам Матвеевич, у вас прям уют и благодать — заглянула за Еву жена молодого мужчины. — Вот это другое дело, а то как в склепе жили! А вас как зовут? Не слишком ли стар наш Адам Матвеевич для вас? Хотя мужик серьёзный, своя квартира… — Е-е-ва… — Ну, вот как! Везет же вам, Адам Матвеевич! Дед — судя по глазам — считал это удачей. — А Дмитрий где? — прошептала Ева. От нервов осушила оба бокала. — Я Дмитрий! — махнул рукой мальчик лет восьми. — Подожди, тебе рано быть Димой, — мама отправила детей и мужа в машину. — Простите, я, кажется, ошиблась квартирой… Это Бутовая, 18, квартира 26? — Нет, это Буковинская, 18, — потирая руки, ответил дед. — Ну, — трагично вздохнула Ева, — перепутала. Проходите, располагайтесь, а я позвоню… В ванной, укрывшись полотенцем, она прочитала Димино СМС. “Дим, я скоро, просто в магазин забежала”, — отписала Ева. “Окей, жду. Если не сложно — прихвати красного”, — попросил Дима. Красное вино Ева принесла… но уже в себе. Схватив коврик и сняв шторку, дождалась, пока незнакомцы уйдут на кухню, и ускользнула. Быстро собрав вещи, она выскочила из квартиры. *** — Всё расскажу, но позже, — объяснила она свой внешний вид Диме, когда тот открыл дверь. Пройдя мимо, она направилась в ванну, повесила новую шторку, расстелила коврик, упала на диван и проспала до утра, пока весь стресс не выпарился. Проснувшись, Ева увидела перед собой незнакомого молодого мужчину. — Простите, какая это улица?.. — Бутовая, восемнадцать.

Вот это встреча, папа! Зачем тебе был нужен тот санаторий, если дома такой «всё включено»? Когда Дмитрий

Įdomybės

Пап, знакомься, это моя будущая жена, твоя невестка, Варвара! глаза у Бори сияют, счастлив такой. Кто?