Внучка. Маленькая Олечка с первого дня жизни была никому не нужна своей матери Ирине Сергеевне.
У моей мамы было точно такое же, как будто невзначай бросила девушка в строгой униформе, поставив на
Собака при виде хозяев опустила голову, но даже не сдвинулась с места История эта началась снежным декабрьским
Дневник, апрель Сегодня утром всё было словно в тумане: пасмурное небо, плывущие низко свинцовые тучи
Вот это встреча! вместо приветствия произносит Егор, увидев на пороге невысокую, худощавую старушку в
Да без меня ты пропадёшь! Ты ни на что не способна! кричал муж, суетливо укладывая свои рубашки в старую
«Ты позор семьи! Ты думала, я буду нянчиться с этой ошибкой у тебя в животе? Я нашёл для тебя бездомного — он тебя и заберёт!» Уведомление вспыхнуло на телефоне Давида Мельникова, озаряя стерильно-тёмный салон частного самолёта Gulfstream G650.
От Марины: «Дети спят. В доме — идеальный порядок. Очень скучаю по тебе. Люблю тебя. Жду тебя на следующей неделе!»
Давид улыбнулся, потирая уставшие глаза. Полгода. Шесть изматывающих месяцев он гонялся за токийской сделкой, жил на чемоданах, выживал на чёрном кофе и одной-единственной, всепоглощающей цели — обеспечить своим детям финансовое будущее на поколения вперёд. Этот контракт был крупнейшим в его жизни — проект небоскрёба, который должен был изменить панораму Токио.
«Начинаем снижение», — раздался голос пилота в наушниках. — «Добро пожаловать домой, в Москву, сэр. На земле минус один.»
Давид должен был вернуться только во вторник. Но сделка закрылась раньше, после ночного, почти восьмичасового переговорного марафона. Он решил сделать сюрприз. Представил себе радостный визг шестилетнего сына Артёма, застенчивую, щербатую улыбку десятилетней дочери Сони. Предвкушал встречу с Мариной — женой последних двух лет — её тёплый ужин и бокал вина у камина.
Он приземлился в Шереметьево в 2:30 ночи.
В 3:15 ночи Давид уже отпирал тяжёлую дубовую дверь коттеджа в престижном Подмосковье.
Первое, что его поразило — холод. Настоящая пощёчина. В доме отключено отопление. В ноябре. Воздух внутри — сырой, колючий, застоявшийся.
Второе — тишина. Не спокойная тишина спящего дома, а гнетущая, мёртвая пустота заброшенного здания. Что-то было не так. Было пусто.
«Марина?» — шепнул он, роняя кожаные сумки на мраморный пол.
В ответ — ничего. Панель охраны возле двери не горит. Сигнализация отключена.
Давид пошёл на кухню — хотел налить воды, прежде чем подняться наверх. В темноте огромный дом казался чужим, неприветливым.
И тут он увидел то, от чего кровь застыла в жилах…
(далее — адаптация всей истории с российскими именами, топонимикой и менталитетом…)
Название (адаптация):
«Ты позор семьи! Ты думала, я понянькаюсь с этим позором у тебя под сердцем? Я уже нашёл тебе бомжа, он тебя и заберёт!» — уведомление вспыхнуло на телефоне Давида Мельникова в стерильной тьме частного борта Gulfstream G650. Ты позор для нашей семьи! Ты что думала, я буду воспитывать это недоразумение в твоем животе?
Я вот тебе сейчас одну историю расскажу, будто за чашкой чая сидим послушай. В нашем дворе уже с младшей
Женские судьбы. Марфа Умерла бабушка Настасья, и совсем Марфе тоскливо стало. Не пришлась онась по душе
