— Ты разгромила нашу семью! — срывается на крик дочь.
Моя дочь Даша во всех бедах винит меня, а её слова, будто острые лезвия, вонзаются в самое сердце. Она уверена, что я не обеспечила ей и её мужу условий для счастливой жизни. Всё началось с их ссоры из-за ипотеки, хоть я и умоляла не лезть в долги. Теперь же я для них — корень всех бед, и эта боль не отпускает ни на миг.
Даша с мужем Артёмом расписались три года назад. Свадьбу она хотела шикарную — с двумя сотнями гостей и белым «Мерседесом» вместо лимузина. Я уговаривала скромнее, но свекровь, Галина Степановна, только махала руками: «Для сына устроим праздник на всю Пермь!» Пришлось выгрести все накопления, лишь бы не выглядеть жмоткой. Я сразу предупредила Дашу: подарка не будет — всё отдала на их гулянку. До сих пор мороз по коже, как мы спустили кучу денег на один день, который теперь вспоминается с горечью.
После свадьбы сняли квартиру. Я молчала, хоть и знала — зря выбрасывают деньги на чужого дядю. Они хотели самостоятельности, но хватило их ненадолго. Аренда съедала всю зарплату.
Когда умер дед Артёма, он оставил им старую «однушку» на окраине. Без ремонта, с облупившимися обоями, но жить можно. По документам квартира была свекровиной, но она разрешила молодым там обжиться. Они затеяли ремонт. Я отговаривала: «Зачем вкладываться в чужое? Ты там чужая, а если что — вылетишь в трубу!» Но дочь лишь отмахивалась.
Я заходила туда единожды — на новоселье. Район удручающий, до центра — как до Луны, двор в бурьяне, соседи — будто жизнь их выжала досуха. Кухня — размером со шкаф, двоим не разминуться. Но Даша с Артёмом светились от счастья, и я прикусила язык, не стала портить праздник.
Через год Даша сообщила, что ждёт ребёнка. В этой конуре с малышом никакого простора. Артём попросил мать продать квартиру, чтобы добавить на ипотеку, но Галина Степановна и слышать не хотела. Они всё равно влезли в кредит. Я умоляла подождать: «Даш, с ребёнком платить ипотеку — это кабала! У вас есть крыша, зачем самим рыть яму?» Но слова мои улетали в пустоту.
Тогда свекровь предложила обмен: я — в их развалюху, а они — в мою «трёшку» в центре. Я отказалась. В гнилой коробке на отшибе жить? Нет уж. Моя квартира — моя крепость. Зачем мне чужие стены, если из окна — вид на помойку?
Даша затаила злобу. Они с Артёмом назло мне взяли ипотеку на старую квартиру, где хотя бы не надо было делать ремонт. Но когда родилась их Машенька, вся зарплата мужа уходила на банк. Денег не хватало даже на еду. Мы с мужем помогали, но и у нас не золотые горы. Я твердила: «Сами выбрали — сами и расхлёбывайте». Может, это прозвучало жёстко, но иного выхода я не видела.
А потом Даша пришла ко мне, с ребёнком на руках, и её слова перевернули всё внутри: «Это ты во всём виновата! Из-за твоего упрямства мы с Артёмом разводимся! Маша растёт без отца, а я осталась одна! Если бы согласилась на обмен, всё было бы иначе!» Она кричала, рыдала, а я стояла, будто парализованная, не в силах вымолвить слова.
Больно видеть, как рушится их семья. Но разве я виновата? Я лишь пыталась сохранить своё и дать им трезвый совет. Или я ошиблась? Как думаете, права ли я? Что бы вы сделали на моём месте?
