Звонок из прошлого: возвращение отца
Игорь прикрыл дверцу холодильника, вытирая ладони о тряпочку.
— Ну вот, теперь в порядке. Заморозит, но давайте проверим, — сказал он хозяйке. — У вас есть пустая пластиковая миска? Нальём туда воды и поставим в морозилку. Вечером позвоню — если лёд, значит, всё окей.
Тут снова завибрировал телефон. Новый клиент, подумал Игорь, и поднял трубку:
— Алё, слушаю. Да, ремонт бытовой техники. Что сломалось? Да, я Смирнов Игорь Викторович, если вам это важно. Простите… что вы сказали? Отец? — Голос дрогнул, и телефон едва выскользнул из пальцев.
Голос представился — Смирнов Виктор Павлович. Игоря будто током ударило: это его отец, которого он не видел больше двадцати лет. Сердце застучало, будто молотком, а в голове мелькнуло обрывками: детство, разбитые обещания, пустые бутылки на столе.
— И… что вам нужно? — Игорь запнулся, не зная, как обращаться к этому человеку. — Встретиться? Ну да, конечно, всего-то двадцать лет прошло. Извините, я на выезде, перезвоню позже. — Он резко положил трубку и пробормотал себе под нос: — Ну надо же…
Явился, как чёрт из табакерки! Наверняка что-то нужно. Денег просить приехал? Сын вырос, отец состарился, вот и приполз. Сколько ему? За пятьдесят, поди. Игорь фыркнул и вернулся к работе.
— Ну что, договорились? — сказал он хозяйке. — Проверите воду вечером, если лёд — морозилка работает.
Хозяйка поблагодарила, и Игорь поехал на следующий вызов. Бабка Агафья пожаловалась на стиралку — подтекает. Старушка оказалась словоохотливой, тут же усадила за стол с чаем и баранками. Поломка была ерундовой — уплотнитель сдвинулся. Игорь поправил его, и течь исчезла. Предыдущий мастер запросил бешеные деньги, а Игорь взял символически — драть с пенсионерок последние копейки не в его правилах. Бабка чуть не заплакала от благодарности, твердила, что таких людей днём с огнём не сыщешь.
А Игорь думал о звонке отца. В памяти всплывали обрывки: родители развелись, когда ему было пять. Отец тогда пил, работу потерял. Мать плакала, но верила. Однажды отец забирал его из садика, присел в парке на лавочку, достал пиво и начал ныть маленькому сыну, что мать его не ценит. Потом опьянел, растянулся и уснул. Игорю было стыдно. Он тряс отца, но тот только отмахивался. Прохожие оглядывались, и мальчик, решив, что отцу до него нет дела, пошёл домой один. Заблудился, пока его не нашла соседка.
— Уходи, — тогда тихо сказала мать отцу. — Ты сына одного отпустил. Какой ты отец?
Отец исчез. Иногда присылал переводы, игрушки. Мать усмехалась:
— Нам и без него хорошо, правда, Игорёк?
Потом появился дядя Олег.
— Сынок, Олег хочет стать моим мужем. Он будет о нас заботиться. Поедем за новым великом?
Витчим оказался неплохим, но отцом Игорю так и не стал. Часть маминой любви теперь принадлежала ему, а Игорь чувствовал себя лишним.
Вечером Игорь с неохотой набрал номер отца. Тот ответил сразу:
— Встретимся? Завтра, в семь, у фонтана на Тихвинском бульваре.
— Ладно, — буркнул Игорь.
Мать когда-то предлагала взять фамилию Олега. «Мы же семья». Но Игорь отказался. Ему было важно остаться Смирновым — последней ниточкой к отцу.
На следующий день он шёл к фонтану, заранее решив: если попросит денег — даст, но на этом всё. Отец присылал подарки — долг вернёт, и точка.
У фонтана стоял пожилой мужчина. «Только не надо соплей вроде „сынок, как я скучал“», — подумал Игорь.
— Добрый вечер, — отец протянул руку.
— Добрый, — Игорь пожал её. Ладонь твёрдая, работящая.
— Начну с главного, — отец вздохнул. — Я обещал твоей матери не лезть, пока ты ребёнок. Тогда я был никем. Уехал, спился. Потом попал в больницу, там встретил медсестру Галину. Женился. У неё дочь, Лена, растил как родную. Занялся ремонтом, собрал бригаду. Но ты — моя кровинка. Хочу попросить…
Игорь напрягся. Ну вот, сейчас озвучит сумму. Но отец выглядел не бомжом — одет опрятно, взгляд твёрдый. Даже уши, как у Игоря. Мог бы быть отцом.
— У меня мастерская в Челябинске, — продолжил отец. — Переехал сюда, хочу открыть филиал. Предлагаю быть компаньоном. А потом — хозяином. Плечо подставлю.
Игорь остолбенел. Ждал всего, но не этого. Не берёт — даёт. Через неделю он согласился.
Они работали вместе, и обида таяла, как снег весной. Теперь у Игоря не крохотная мастерская, а солидная фирма. Для пенсионеров — всегда скидка.
А ещё он сделал предложение своей Кате. Два года тянул, боялся. Но теперь понял — готов быть мужем. Отцом.
— Я был дурак, — как-то ночью признался отец. — Время не оправдывает. Но если ещё не поздно…
Игорь простил. Пока живы — всё можно исправить.
