Когда Екатерина сдала анализы, сердце её сжалось от боли. Внутри рос крохотный человек — наверное, девочка, светловолосая, с лукавым взглядом. Но страх заглушал все мысли. Она села в переполненную маршрутку, направляясь в консультацию. На остановке, выходя, её чуть не сбили с ног в толкотне. Вдруг что-то соскользнуло с плеча — ремешок сумки был перерезан. Воры унесли всё: деньги, документы, результаты.
Слёзы подступали, но делать было нечего. Пришлось возвращаться. Часть анализов пересдала, часть восстанавливала. В следующий раз, выходя из маршрутки, споткнулась и сильно ушибла колено. Боль пронзила, а в душе зашепталось: «Третий раз — не к добру». И тогда она решила — ребёнок останется. Страх отступил, стало легче.
Беременность шла спокойно. На УЗИ сказали — девочка. Екатерина уже знала, как назовёт — Алина. Но на втором осмотре врачи нахмурились: подозрение на синдром Дауна.
— Нужен амниоцентез, — сказала врач, заполняя направление. — Но предупреждаю: риск выкидыша.
С тяжёлым сердцем Екатерина согласилась.
В день процедуры они с Дмитрием приехали в консультацию. Он остался в коридоре, перебирая ключи. Екатерина вошла в кабинет с дрожью в ногах. Врач включила аппарат — сердце ребёнка билось так часто, будто хотело вырваться.
— Подождём, — сказала врач. — Введём магнезию, успокоим.
Её отправили в коридор. Она сидела, сжимая кулаки, пока Дмитрий бормотал что-то ободряющее. Через полчаса её позвали снова. Сердцебиение выровнялось, но ребёнок повернулся спиной — так анализ не взять.
— Ждём ещё, — вздохнула врач.
В третий раз всё сложилось: положение идеальное, сердце ровное. Живот обработали йодом. В кабинете было душно, окно распахнули настежь. Медсестра взяла лоток с инструментами — и вдруг в комнату ворвался голубь. Птица металась, билась о стены, стукнула в медсестру. Та вскрикнула — инструменты грохнулись на пол.
Екатерину снова выпроводили в коридор. Дмитрий вскочил:
— Что случилось?
— Голубь… всё перевернул, — прошептала она, чувствуя, как нутро леденеет.
— Кать, это знак, — тихо сказал он. — Пошли домой.
Они ушли, не оглядываясь.
В срок родилась девочка. Назвали Алиной — беленькой, смешливой, с глазами, полными огня. Когда Алине исполнилось десять, Екатерина, глядя на её улыбку, вспоминала тот день. Голубь, будто ангел, ворвался, чтобы остановить их. Алина росла здоровой, и каждый её смех напоминал: судьба сделала выбор за них.
Но где-то в глубине жил страх. А если бы она не услышала знака? Не ушла бы тогда? Она крепче обнимала Алину, и любовь заглушала сомненья. Жизнь была нелегкой, деньги таяли, но Алина — их маленькое чудо — стоила всех испытаний.