Когда в семь утра зазвонил телефон, я сразу поняла это Игорь. Только он мог звонить в такое время с голосом человека, уверенного, что день начинается в пять.
Да? буркнула я, едва проснувшись.
Оля, прости, что разбудил, но мне нужна огромная услуга.
Я села на кровати. У него «огромная услуга» всегда означала либо катастрофу, либо безумие.
Говори уже, не томи.
Мне нужно в командировку в Екатеринбург. Две недели. А Надя на шестом месяце, врач велел ей больше отдыхать
И ты хочешь, чтобы я присмотрела за твоей беременной женой? перебила я.
На том конце провода повисло молчание.
Просто проследить, чтобы она нормально ела, сходила к врачу, не нервничала
Ты понимаешь, как это звучит, Игорь?
Понимаю, выдохнул он. Но я доверяю только тебе. И Надя тебя обожает. Говорит, ты сестра, которой у неё никогда не было.
Отлично, подумала я. Сестра, которая когда-то была женой её мужа и до сих пор не уверена, что полностью его забыла.
Я положила трубку, но через двадцать минут уже стояла у их дверей. Надя открыла в пижаме с мишками, волосы растрёпаны, живот круглый и очаровательный.
Оля! Я не хотела тебя беспокоить, это Игорь всё придумал, смущённо улыбнулась она.
Спокойно, я не кусаюсь. Где твой путешественник?
В спальне, ищет носки. Синие. Безуспешно, как всегда.
О, я хорошо знаю эти поиски.
Ты правда пришла? выглянул Игорь.
Да, но у меня условия.
Он насторожился:
Какие?
Не звони каждые пять минут. После возвращения ужин в самом дорогом ресторане. И купи Наде швейцарский шоколад, потому что она его хочет со вчера.
Откуда ты знаешь? удивилась Надя.
По глазам вижу, ответила я, улыбаясь. Опыт беременных никто не отменял.
Когда он наконец уехал, мы остались вдвоём бывшая жена и нынешняя, обе слегка растерянные.
Странно, правда? сказала Надя, наливая мне чай.
Очень. Но я уже привыкла к странным вещам в жизни.
Мы стали проводить дни вместе. Я приходила утром, готовила завтрак, помогала по дому. Смотрели сериалы, смеялись, говорили обо всём.
Скажи честно, ты ещё его любишь? как-то тихо спросила она.
Я могла соврать. Но не перед ней.
Да. Но уже не так, как раньше. Это как любовь к воспоминанию. Болит, но не ранит.
Она кивнула.
Я боялась, что ты меня ненавидишь.
Поверь, я пробовала, засмеялась я. Но ты слишком хорошая, чтобы тебя ненавидеть.
На следующий день мы пошли на приём к врачу. Когда на экране появилось маленькое сердце, Надя взяла меня за руку.
Видишь? Вот он.
И я правда увидела крошечную жизнь, рождённую из прошлого, которое я когда-то делила с этим человеком. Было больно и в то же время спокойно.
Красивый, сказала я искренне.
Думаешь, Игорь заплачет, когда увидит фото?
Без сомнений. Он плакал даже когда фильм заканчивался хорошо.
Мы смеялись. Мы плакали. Мы стали подругами.
Одним вечером, когда мы готовили ужин, Надя спросила:
Почему вы с ним расстались на самом деле?
Я положила нож.
Мы были две противоположности. Я порядок, он хаос. Я тишина, он буря. Мы любили, но не умели жить рядом.
А со мной?
С тобой он нашёл баланс. Ты его успокаиваешь. Я только разжигала пламя.
Она улыбнулась сквозь слёзы.
Ты удивительная, Оля.
Нет, я просто научилась отпускать.
Когда Игорь вернулся, Надя едва дождалась, чтобы броситься ему на шею. Он рассыпался в благодарностях.
Оля, ты настоящий ангел.
Да, ангел, который хочет ужин в ресторане с тремя звёздами «Мишлен», напомнила я.
Они смеялись, а я смотрела на них и вдруг почувствовала да, я всё ещё люблю этого человека. Но теперь это любовь без требований. Любовь, которая умеет радоваться чужому счастью.
Этот малыш будет иметь лучшую тётю в мире, сказал Игорь, глядя на фото УЗИ.
Тётю? переспросила Надя.
Ну конечно, улыбнулась я. После двух недель официально считаю себя частью этой странной, но счастливой семьи.
Ты уверена, что хочешь быть в этом бардаке? пошутил он.
Поздно отказываться, ответила я. Кто-то же должен проследить, чтобы вы не назвали ребёнка Аристархом.
А что не так с Аристархом?! возмутилась Надя.
Мы взорвались смехом втроём.
Так я стала «тётей» для ребёнка моего бывшего мужа и его чудесной жены. И знаешь что? Я больше не чувствовала себя одинокой.
Моя история, возможно, выглядела как сюжет странного сериала, но в ней было всё смех, боль, нежность и прощение.
И когда через несколько месяцев Надя позвонила мне и сказала:
Оля, хочу, чтобы ты была крёстной нашего сына,
я только рассмеялась и ответила:
Ну всё, теперь я официально застряла с вами навсегда.
