На следующий день Артём вернулся в офис взволнованным. В голове всё ещё стоял гул от событий на рынке возмущённые крики людей, взгляд той женщины, который, казалось, проник прямо в душу. Он пытался отогнать эти мысли: «Они ничего не понимают. Жизнь это борьба. Слабые падают, сильные поднимаются».
Но совесть всё равно скреблась где-то внутри. Эти глаза Какие-то знакомые. Откуда?
Наутро его партнёр, Смирнов, вошёл в кабинет с холодным выражением лица.
Артём, проблемы. Та сцена на рынке попала в интернет. Видео. Его везде репостят. Тысячи людей пишут, что тебе должно быть стыдно. Если не действовать, репутация компании рухнет.
Что?! резко ответил Артём, но, увидев на экране телефона своё лицо, бьющее ногой хрупкую женщину, побледнел. Подпись была беспощадна: «Олигарх унизил голодающую мать».
Если хочешь совет, продолжил Смирнов, найди её. Дай денег, предоставь жильё. Перед камерами. Будет выглядеть как благотворительность. Это твой единственный шанс.
Артём стиснул зубы и кивнул. Он ненавидел оправдываться, но репутация была дороже всего.
Днём он вернулся на рынок. И снова увидел её ту же женщину в потрёпанном пальто, с той же печалью в глазах. Она не испугалась, лишь смотрела на него.
Женщина, начал он холодно-вежливо. Я хочу загладить вчерашнее. Дам вам деньги. Кров. Еду.
Она долго смотрела на него, словно пытаясь что-то вспомнить. Потом тихо прошептала:
Артёмушка?
Сердце его замерло. Это имя так мягко, так ласково только один человек называл его так. Мать.
Что вы сказали? спросил он дрожащим голосом.
Женщина сложила дрожащие руки.
Артёмушка сынок это ты?
Он отступил.
Не может быть. Моя мать умерла. Двадцать лет назад.
Её глаза наполнились слезами.
Нет, сынок. Я жива. Отец забрал тебя у меня, когда тебе было шесть. Я искала тебя годами. Работала, писала письма, но ответа не получала. Силы кончились осталась только надежда.
Грудь Артёма сжало. Воспоминания вспыхнули: запах дешёвого мыла, тёплая рука в волосах, обрывки колыбельной. Он не хотел верить.
Это спектакль. Тебе нужны деньги, прошипел он, но в голосе уже не было уверенности.
Она медленно достала из-под пальто потрёпанную фотографию. На ней мальчик лет шести, с игрушечной машинкой в руках, точь-в-точь как у Артёма в детстве. Рядом она, молодая, улыбающаяся.
Всё сопротивление в нём рухнуло. Колени задрожали.
Боже прошептал он. Мама а я я ударил тебя
Слёзы хлынули потоком. Олигарх, годами строивший своё состояние с каменным лицом, теперь стоял на коленях перед женщиной в рваном пальто.
Прости рыдал он. Я не знал не видел
Анна дотронулась до его лица. Пальцы были слабыми, но прикосновение полным любви.
Не надо прощения, Артёмушка. Я всегда знала, что ты найдёшь меня. Моя любовь не исчезла.
Люди вокруг молча наблюдали. Все видели, как богач, рухнув на колени, обнял ту, кого считал потерянной навсегда.
Через несколько дней газеты вышли с заголовками: «Олигарх нашёл бездомную мать». Но Артёму это было не важно. Он забрал её домой, вызвал врачей, обустроил для неё комнату. Но главное они снова говорили. Часами. Анна рассказывала о годах одиночества, борьбы, боли и надежды увидеть сына.
А Артём слушал и чувствовал, как что-то внутри него исцеляется. Та пустота, которую не могли заполнить ни деньги, ни успех, наконец утихла.
Одним вечером, сидя на террасе, он сжал её руку.
Знаешь, мама я думал, что смысл жизни в богатстве. Но теперь теперь я понимаю, что искал не деньги. А тебя.
Анна улыбнулась, глаза блестели.
Семья, сынок, вот что придаёт всему смысл. Никогда не забывай.
И тогда Артём наконец осознал: никакое золото, никакие дворцы не стоят одного слова мама.
