Это было давно, и теперь я вспоминаю, как всё начиналось.
Зачем тебе ребёнок, Настя? Тебе почти сорок! рассмеялась сестра Светлана, откидывая чашку со столом. В нашем возрасте думают о внуках, а не о том, чтобы подгузники менять.
Настя медленно положила керамическую чашку, наблюдая, как Света оттирает слёзы от смеха. Кухня казалась ей тесной, а аромат заварного чая приторным.
Света, я серьёзно. Хочу усыновить ребёнка из детского дома, произнесла Настя.
Светлана хлопнула ладонью.
Да ладно тебе! В твоём возрасте люди о внуках и говорят, а о детях подумывать дело не для тебя!
Настя сжала пальцы вокруг тёплой керамики. Сестра, всё ещё смеющаяся, вовсе не ощущала, как её слова режут.
Света, послушай, Настя наклонилась вперёд. Я хочу ребёнка для себя. Без него моя жизнь кажется пустой. Два брака прошли мимо, и я сама не могу иметь детей по состоянию здоровья. Поэтому мне хочется заполнить эту пустоту
Стоп! прервала её Света, поднимая ладонь. Ты понимаешь, о чём говоришь? Это не игрушка! Это ответственность на всю жизнь!
Настя откинулась на спинку стула, улыбка её постепенно исчезала, уступая место серьёзному выражению.
А если с тобой чтонибудь случится, Настя? Что будет с ребёнком? Ты же одна! И деньги Ты представляешь, сколько стоит растить ребёнка? Одежда, еда, кружки, школа, институт!
Я думала об этом, спокойно ответила Анастасия. Я возьму ребёнка тричетырёх лет, а не новорождённого. Смогу работать удалённо и уделять всё свободное время малышу. Справлюсь.
Света покачала головой, её тёмные волосы растрепались.
Настя, ты не понимаешь! Воспитывать ребёнка не просто работать из дома. Нужно вставать ночью, когда плачет малыш, сидеть в больнице, когда он болеет, забыть о своей личной жизни!
Я справлюсь, твёрдо сказала Настя. Я не ищу новых отношений. У меня хорошая зарплата, есть накопления и собственная квартира. Переживать нечего.
Деньги не главное! воскликнула Света, начав ходить по кухне. Ты не выдержишь! Этот ребёнок разрушит твою жизнь! Ты не знаешь, во что ввязываешься!
Настя встала, её пальцы сжали край стола.
Твой ребёнок тебя не разрушил. У тебя сын, и ты справляешься, вроде счастлива.
Конечно! резко ответила Света. У меня полноценная семья, муж, всё в порядке! А ты одна!
Воздух между ними сгущался. Настя не могла поверить тем словам, что слышала.
Полноценная семья? переспросила она медленно. Значит, я неполноценна?
Я не так говорила, попыталась смягчить Света. С мужем проще, он помогает, поддерживает. А у тебя никого нет.
Понятно, холодно произнесла Анастасия. Спасибо за «поддержку», сестрёнка.
Света схватила сумку с подоконника, её движения стали резкими.
Я переживаю за тебя! Не хочу, чтобы ты ошиблась!
Уходи, прошептала Настя, не поднимая глаз.
Дверь хлопнула. Оставшись одна в кухне, где ещё пахло незавершённым чаем, она села на стул и закрыла лицо руками.
Может, Света права? Может, я не справлюсь? В мыслях крутились сомнения, каждое слово сестры отливало болью в груди. Я представляла пустые вечера в своей квартире, гнетущую тишину, отсутствие детского смеха.
Два дня Настя шла механически на работу, отвечала на звонки клиентов, но мысли постоянно возвращались к разговору. Она открывала страницы с фотографиями детей в приёмных центрах, а потом закрывала их, пытаясь отвести взгляд.
В четверг вечером позвонила подруга Марина.
Настька, что случилось? Твой голос звучит подавленно.
Настя рассказала ей о споре со Светой, о своих страхах и ранах.
Твоя сестра не права, твёрдо сказала Марина. Ты не одна. Есть я, мама, папа. Если с тобой чтонибудь случится, кто позаботится о ребёнке?
Настя прижала лоб к холодному стеклу окна.
А если я не справлюсь?
Справишься. Ты сильна, умна, добросердечна. Этот ребёнок будет счастлив с тобой.
Разговор с Мариной успокоил её. Да, я хочу ребёнка. Да, я готова дарить ему любовь, заботу, достойную жизнь. И мнения сестры мне уже не mattered.
В воскресенье она решила съездить к родителям. Машина мягко подъехала к знакомому забору частного дома в подмосковье. Настя вышла, открыла калитку и пошла к крыльцу.
Но вдруг от дома донеслись громкие крики. Это были Света и родители, явно спорившие.
Вы должны её отговорить! кричала Света. От этой затеи! Ей уже столько лет, зачем ей ребёнок! Он ей не нужен!
Настя же хочет, возразила мать. Как ты можешь так говорить?
Анастасия подкралась ближе, прячась за углом. Сердце билось в груди.
Я беспокоюсь не только о Насте, но и о своём ребёнке! в голосе Светы звучала ярость. Если с Настей чтото случится, её квартира достанется моему сыну! Это его наследство!
Анастасия почувствовала, как земля уходит изпод ног.
Так квартира окажется у ребёнка, которого Настя усыновит! продолжала Света. Чужому человеку достанутся мои деньги и квартира!
Наступила тишина, потом отголосился папин голос:
Света, ты понимаешь, что говоришь?
Понимаю! Я просто защищаю интересы своей семьи!
Настя уже не могла слушать. Она вышла из тени.
Как ты могла так со мной поступить? закричала она.
Все обернулись. Лицо Светы побледнело.
Настя
Ты отговаривала меня, говорила, что я не способна воспитать ребёнка! И всё изза квартиры, моих денег?!
Света попыталась чтото сказать, размахивая руками.
Ты всё поняла неправильно! Я просто
Я всё правильно поняла! подошла Настя. И хорошо, что услышала своими ушами! Иначе я бы вечно себя винить!
Мама поникла, папа смотрел на Свету с недоумением.
Настя, послушай, начала сестра.
Нет! Ты слушай! отвернулась Анастасия. Больше не подходи ко мне! Никогда
Она пошла к машине, не оглядываясь. За её спиной слышались приглушённые голоса родителей и Светы, но она уже не слушала. В груди горел огонь решимости.
Следующие месяцы пролетели в бумагах, комиссиях, походах к психологам, визитах в соцслужбы. Анастасия упорно шла к цели, не считаясь с бюрократией. Каждый документ, каждая подпись приближал её к мечте.
И вот настал день. Маленькая Зинаида робко держала Настю за руку в коридоре детского дома.
Мама? Ты теперь моя мама? спросила девочка тихо.
Да, солнышко. Теперь я твоя мама, ответила Анастасия, присев рядом.
Зинаида улыбнулась, и сердце Насти переполнилось такой любовью, какой она никогда не знала. Все годы одиночества вытекли наружу.
Дома девочка осторожно исследовала свою новую комнату, трогала игрушки, которые Настя заранее купила. Вечером они читали сказку, и Зинаида засыпала, обняв мамино плечо.
Родители приняли внучку с радостью. Мать не могла оторвать глаз от девочки, а отец за неделю собрал в саду качели. Марина тоже была в восторге её сын Артём быстро подружился с Зинаидой, и их семьи часто собирались вместе.
Единственной тёмной пятой остались отношения со Светой. На семейных праздниках сестра делала вид, будто Насти нет, отворачивалась, когда та входила в комнату. Но Анастасию это уже не тревожило.
У неё была Зинаида. Девочка, которая каждое утро стремилась в её постель с вопросами о предстоящем дне, рисовала карандашами и гордо показывала результаты, засыпала под мамиными колыбельными и шептала «люблю тебя» перед сном.
Жизнь наконец обрела смысл.
Вечерами, когда Зинаида спала, Анастасия сидела у её кроватки, любовалась спокойным лицом дочери. Сердце наполнялось благодарностью к судьбе, к себе за смелый шаг, даже к Свете, чья жадность открыла ей глаза.
Настя поправила одеяло и шепнула:
Спи, моё солнышко. Мама рядом.
