ГОРЬКОЕ СЧАСТЬЕ
Ну чем тебе Марьяна не угодила? Хорошая же девушка. Скромная, аккуратная, учится, тебя любит, укоризненно протянула Валентина Петровна, глядя на сына через очки.
Мама, я сам разберусь… невозмутимо отозвался Дмитрий, словно ставя жирную точку в разговоре.
Валентина Петровна вышла, тяжело вздохнув.
«Разберётся он… Сколько же у него этих дам было, сам уже скоро как ветеран труда. А всё не так да не то… Вот, глядишь, и на пенсию уйдёт в гордом одиночестве», думала она, не скрывая драматичности в голосе внутреннего монолога.
Димочка, иди борща поешь, позвала Валентина Петровна из кухни.
Дмитрий, не раздумывая, сразу появился. С удовольствием уплетал мамино фирменное блюдо.
Спасибо, мамуль. Как всегда, выше всяких похвал.
Лучше бы ты так жене будущей говорил, а не матери своей, заметила Валентина Петровна, не сбавляя позиций в битве за семейное счастье сына.
Мам, Дмитрий залил борщ компотом и уже собрался улизнуть.
Постой-ка. Я вот что вспомнила. У меня когда-то соседка к бабке-гадалке водила. Та с порога выдала: «У твоего сына счастье будет, да привкус грусти останется».
Да что ты, мама, ну ты ж у меня серьёзная женщина, засмеялся Дмитрий.
В жизни Дмитрия женщины появлялись как сезонные скидки в магазине то с плюшками, то вовсе без остринки.
Инна была умная и начитанная, рассуждала так, что иногда казалась старше даже бабушки. Сначала Дмитрий восхищался её зрелостью, а потом понял, что советами душу не согреешь. Всё как-то пресно вышло. Расстались без шума.
У Полины был сын-первоклассник. Дмитрий старался найти с ним общий язык, но выходило, как с ирокезом у учителя труда с натяжкой. Поля была хороша собой, но характер! Палец в рот не клади укусит! Покупал ей подарки чуть ли не каждую неделю после очередной ссоры но всё было не то.
Не хватало в их отношениях того самого русского спокойствия, когда знаешь: завтра всё будет, как сегодня.
Верочка… Верочка была прям леди совершенство. Дмитрий уже подумывал прибить к двери её фамилию на табличке. Правильная, чистая, что ни слово тотчас в рамку. Даже жил у неё пару месяцев и уже мечтал о детях. Но судьба решила побаловаться классикой: вернулся из командировки а Вера уютно расположилась с бывшим соучеником. М-да…
Дмитрий обид не затаил. Вернулся к матери, философски заметил:
Пусть я и одиночка, зато и чайник всегда тёплый, и никто нерв не трепет.
Валентина Петровна вздыхала:
Неужели тебе судьба мимо пройдёт, а?
Но судьба дама шаловливая.
В очередную командировку Дмитрий поехал на поезде. Только устроился на любимую нижнюю полку, как в купе заходит женщина:
Молодой человек, может, уступите свою нижнюю полку? У меня спина после дачи совсем не к чёрту.
Да ради бога, берите, кивнул Дмитрий.
Глянул на женщину, платья не разглядел, но сердце ёкнуло: «Ох, неужто это и есть мой финал?»
Он залез наверх, задремал.
Какое счастье, что проснулись! Присаживайтесь, угощайтесь сырниками, приветливо заговорила дама.
Дмитрий спустился. Разговорились.
Людмила, представилась она с улыбкой.
Дмитрий, очень рад.
Болтали до самой Москвы. Дмитрий понял перед ним человек, с которым не хочется играть роль. Всё просто: как будто сто лет знакомы. Оставили друг другу номера «на всякий случай».
Через пару недель Дмитрий не выдержал позвонил. И понеслось
Встречи при луне, смс-ки со смешными мемами, обещания добраться до ЗАГСа…
Дмитрий потом сам дивился, как он раньше без Людмилы жил. Всех предыдущих дам отпускал легко, а теперь ваще берегов не видать.
Любовь накрыла его, как бабушкин пуховый платок: и тепло, и уютно, и нигде не тянет.
Через три месяца сделал ей предложение торжественно, с дрожащим голосом (и руками).
Дима, я семь лет старше, у меня сыновья-близнецы и дочь-школьница, живём в коммуналке, Людмила смотрела честно, не мигая.
Люд, я всё знаю и видел ваших детей. Будете жить у меня. Всё решено.
Я тебя люблю до самой последней реснички. Ты случайность, которую я ищу всю жизнь, признался Дмитрий, чмокнув её в лоб.
Давай попробуем, Людмила засмущалась, краснея до макушек.
Нет, не попробуем, а так и будем навсегда вместе, пообещал Дмитрий и взял её за руку, слышишь, навсегда!
Валентина Петровна, услышав новости, одарила сына фирменным взглядом:
Довыбирался… Простая как ватрушка…
Через девять месяцев родилась у них девочка. Особенная.
Дмитрий радовался и тихо боялся за Людмилу бы справилась…
Особенная дочь испытание непростое, но даст фору любому радости.
Сейчас дочке Дмитрия и Людмилы восемь. Вся семья души не чает в девочке.
А Дмитрий по-прежнему боготворит Людмилу.
Вот такое горькое, но всё-таки счастье с сахарком.
