Каждый сам за себя
Мам, ты даже не представляешь, что сейчас делается на рынке недвижимости, Максим с волнением перебирал кипу бумаг, раскладывая их по столу в кухне: то строго стопкой, то веером. Цены растут буквально каждую неделю. Если сейчас не внести первый взнос, эту квартиру точно упустим.
Лидия поставила перед сыном чашку с остывшим чаем, сама присела напротив. На бумагах мелькали чертежи, цифры, графики платежей. Трёхкомнатная в новостройке, по комнате для Тимофея и Софии вот-вот появится свой укромный угол.
Сколько не хватает?
Восемьсот двадцать тысяч, Максим потер переносицу. Я понимаю, сумма большая. Но Алена уже на стену лезет, дети растут, а мы по съемным квартирам скитаемся…
Лидия смотрела на сына и вдруг снова увидела того мальчика, что когда-то приносил ей полные охапки полевых цветов. Тридцать два года, двое детей, а морщины на лбу всё такие же как с детства, когда был не уверен, сделал ли уроки.
У меня есть кое-какие сбережения. На книжке лежат.
Мам, я всё верну, честно, торопился Максим. Как только всё наладится, сразу стану отдавать.
Она накрыла его ладонь своей, натруженной от вечной уборки и готовки.
Максим, ты что! Это же для внуков. Какие ещё разговоры! Семья важнее денег.
В московском отделении банка Лидия заполняла бланки выработанным годами аккуратным почерком бухгалтера. Восемьсот двадцать тысяч почти все, что она собирала на чёрный день, вдруг что, просто про запас.
Максим сжал её в объятиях прямо у кассы, не обращая внимания на людей в очереди.
Ты у меня самая лучшая! Обещаю не забуду этого.
Лидия только похлопала сына по спине.
Иди уже, Алена тебя, наверное, заждалась.
…Первые месяцы после переезда слились для Лидии в бесконечную круговерть: поезда через весь город, пакеты из Пятёрочки куры, гречка, масло, йогурт для детей. Помогала Алене занавешивать окна, собирать шкафы, оттирать с окон строительную пыль.
Тимоша, осторожно с дрелью! кричала она, ловко развешивая шторы и тут же объясняя невестке, как правильно лепить пельмени.
Алена кивала, не отрываясь от телефона. Максим прибегал уставший вечером, быстро ел мамины щи и пропадал в спальне.
Спасибо, мам, кидал он на бегу, без тебя бы не справились.
…Через полгода телефон снова высветил знакомый номер.
Мам, слушай В этом месяце платеж по ипотеке совпал с ремонтом машины. Не хватает тридцать пять тысяч.
Лидия перевела деньги, ничего не спросив. Молодым ведь тяжело расходы большие, дети маленькие, работа нервная. Как-нибудь разберутся вернут. Или не вернут. Какая, по сути, разница: свои же.
Годы мигнули: будто вода меж пальцев. Тимофею семь, Лидия подарила ему огромный набор Лего, о котором тот мечтал полгода. София танцевала в розовом платье с блёстками такое она видела у мультик-принцессы.
Бабушка, ты лучшая! София обвила её шею, пахнущая карамелью и шампунем.
Каждые выходные Лидия забирала внуков к себе то на каток, то на аттракционы, то в театр. Лакомства, игрушки, книги, мороженое из её пальто всегда что-то выпадало: конфеты, салфетки, билеты.
Пять лет пролетели в этой добровольной заботе: снова ипотека мам, в этом месяце совсем не тянем. Больничный с внуками мам, нам не дают отпуск. Продукты мам, ты ведь всё равно идёшь в магазин.
Слова благодарности звучали всё реже…
***
Тем утром Лидия разглядывала расползшиеся ржавые подтеки на потолке кухни. После затопления жить в квартире стало невозможно.
Она набрала сына.
Максим, очень нужна помощь Меня затопили, когда получу деньги с соседей неизвестно
Мам, перебил сын, понимаешь, сейчас другие приоритеты. У детей кружки, секции, Алена на курсы записалась
Я прошу немного. Просто найти мастеров
У меня времени нет ни на что, мам, да ещё на эти мелочи! раздражённо повторил Максим. Давай потом обсудим, сейчас никак.
Гудки.
Лидия уронила телефон на стол. На экране фотография с прошлого Нового года: она, Тимофей и София. Все улыбаются.
Деньги, которые он тратил легко. Выходные, отданные её внукам. Её время, силы, любовь всё было раньше. А сейчас другие приоритеты.
Капля с потолка упала ей на руку. Леденящая
На следующее утро позвонила Алена даже не так, как обычно, а сразу с упрёком.
Лидия Петровна, Максим рассказал о вашем разговоре. Поймите, каждый должен сам решать свои проблемы. Мы свою квартиру сами тянем, ипотеки платим…
Лидия чуть не рассмеялась: ту самую ипотеку, в которой едва ли не каждый третий платёж был из её денег. Первый взнос почти все её сбережения.
Конечно, Аленушка Каждый сам.
Вот и договорились. Максим ведь переживает, что вы на него обиделись. Вы ведь не обижаетесь?
Нет, что ты. Совсем нет.
Гудки.
Лидия долго смотрела на телефон, как на странного жука. Потом подошла к окну, но за пыльным стеклом не нашла ничего утешительного.
Ночи превратились в бесконечные часы, когда потолок давил, а воспоминания не давали уснуть. Она мысленно перебирала последние пять лет, раз за разом.
Всё это создала она сама. Своими руками вырастила в сыне уверенность, что мать бесконечный ресурс.
Наутро Лидия позвонила в агентство недвижимости.
Хочу продать дачный участок с домом. Шесть соток, Подмосковье, электричество есть.
Дача, которую они с мужем строили двадцать лет. Яблони, посаженные, когда Максим был ещё под сердцем. Веранда, где прошло столько летних вечеров.
Покупатель нашёлся быстро. Лидия подписала бумаги, ни о чём не думая. Деньги упали на счет и она тихо распределила их: ремонт квартиры, новый вклад, запас на непредвиденные расходы.
На следующей неделе у неё дома появились рабочие. Лидия сама выбирала кафель, обои, сантехнику. Впервые за много лет тратила на себя не откладывая на потом, не гадая, кому пригодится помощь.
Максим не звонил: две недели, три месяц. Лидия тоже молчала.
Первый звонок был, когда ремонт завершился. Кухня сияла, окна больше не продувало, трубы не ржавели.
Мам, а почему не приезжаешь? София спрашивает.
Занята была.
Чем?
Своей жизнью, Максим.
К ним она зашла через неделю: привезла новые книги внукам небольшие подарки, но без прежнего размаха. Посидела два часа за чаем, поговорила о погоде, успехах Тимофея в школе. На ужин не осталась.
Мам, может, в субботу с детьми посидишь? У нас планы
Не получится. Уже договорилась.
Она видела, как у сына вытянулось лицо он был искренне поражён. Пока ещё не понимал.
Время шло. Без маминых переводов ипотека стала съедать существенную часть бюджета. Без бабушки невозможно было оставить детей.
Лидия тем временем открыла вклад в банке под хороший процент. Купила себе пальто тёплое и красивое. Съездила на две недели в санаторий. Записалась на занятия скандинавской ходьбой.
Вспоминала: родители Алены всегда соблюдали дистанцию: поздравления на праздники, редкие визиты. Никаких переводов, никакой помощи, никаких жертв и никаких претензий со стороны дочери.
Может, они всегда были правы?
Редкие встречи с внуками превратились в формальность. Придёт, подарит что-то скромное, поговорит о школе. Через пару часов уходит не ночует, не забирает детей.
Однажды Тимофей спросил:
Бабушка, почему ты больше нас не водишь в парк?
У бабушки теперь дела, Тимоша
Маленький не понял. А Максим, стоявший у двери, кажется, только начинал догадываться.
Лидия возвращалась в отремонтированную квартиру, где пахло свежей краской и новой мебелью. Заваривала хороший чай, садилась в новый удобный кресло.
Иногда, по ночам, накатывала вина. Но всё реже. Теперь Лидия знала простую вещь: любовь не значит жертвовать собой. Особенно если твою жертву никто не видит и не ценит.
Впервые за тридцать два года материнства она выбрала себя.
