13 декабря
Сегодня мне снова позвонила мама. Как только услышала её мягкое «Оля, слушай», сразу почувствовала: сейчас будет долго и непросто.
Ты помнишь Лену, дочку тёти Гали? Ну, ту самую, мою троюродную сестру. Она ведь тебе какая-то там кузина.
Мама, я её видела один-единственный раз: на папиных похоронах, наверное, лет семь или восемь назад.
Какая разница! Родня она есть родня. У них с супругом и сыном беда их из квартиры выпихивают: хозяин решил срочно продать. Представляешь?
Я потёрла переносицу. За окном поблёскивал снежный декабрь, как будто само время замедлилось. Кофе стыл, настроение тоже.
Мама, очень жаль. Но я-то тут при чём?
Оль, у тебя же трёшка! Ты почти всё время одна. Им бы на месяц-другой перекантоваться, пока что-нибудь не найдут
Нет.
Слово сорвалось прежде, чем я успела всё как следует взвесить.
Как это нет? Мама даже замешкалась от неожиданности. Ты хотя бы выслушай!
Я не собираюсь принимать на квартиру людей, которых вообще не знаю. Тем более с ребёнком. И, к тому же, на неопределённый срок.
Я же сказала временно! Ну пару месяцев максимум. У Лены муж стабильную работу нашёл, накопят и съедут. Олюшка, у них сыну восемь лет. Витька! Разве можно, чтобы ребёнок на улице оказался?!
Пусть снимут комнату. Найдут гостиницу или хостел вариантов масса!
На что? Им платят копейки! Сейчас их вообще выгоняют, у них ни рубля в кармане.
Мама, это не моя забота.
И тут мама вдруг заплакала. На этот раз как-то тихо, по-настоящему, совсем не театрально, а просто тяжело вздыхая. Я закрыла глаза.
Я тебя не узнаю, сказала она сквозь слёзы. Моя дочь стала чужой… родная кровь в беде, а ты как ледяная.
Они мне никто. Это твоя родня.
А значит, и твоя! Или у тебя совсем память отшибло про семью? Что значит помогаешь своим?
Мама, я работаю из квартиры, мне нужна тишина Просто необходимо личное пространство. Я так не могу.
Временно! Господи, Оля, ну что тебе стоит? Три комнаты, и сидишь как волчица одна. Даже никакой кошки не завела хоть бы польза от квартиры
Есть польза: я здесь живу.
Эгоистка, всхлипнула мама. Не думала, что дочка родной в кусочке хлеба отказать сможет.
Я и не отказываю в хлебе. Просто не хочу пускать чужих под свой кров.
Мы ходили по кругу: мама аргументы, я свои возражения. Минут сорок всё продолжалось, пока не заметила, что уже дважды сказала «подумаю». В конце концов «может, попробую».
Только месяц, тихо произнесла я. Максимум два. Если возникнут проблемы сразу попрошу съезжать.
Конечно, Оленька! Спасибо тебе огромное! Просто выручила!
На душе скребло какое-то тошное предчувствие. Не болезненное другое. Ощущение, будто только что подписала настоящий приговор своему покою.
14 декабря
В семь утра звонок в дверь. Я в халате и с разбитыми снами, отступила под напором чемоданов, сумок и кричащего мальчишки.
Оля, солнышко! Лена обняла, чмокнула меня в щёку. Спасительница, спасибо-просто-спасибо!
Следом вошёл здоровенный мужичок Сергей, и мальчишка Витя, который сразу рванул по комнатам в поисках приключений.
Серёж, тащи сюда свой чемодан! Лена скомандовала.
Я насчитала семь чемоданов, четыре коробки и два пластика ближний переезд, по-русски.
Мы быстро освоимся, весело заверила Лена. Ты нас почти и не заметишь!
21 декабря
Две недели удались, если «спокойный хаос» это успех. Я скрывалась у себя, работала под аккомпанемент телеканала из гостиной и топоту Вити. Старалась внушить себе: это временно, терпимо. Переживу.
Потом Лена переставила стол на кухне, чтоб удобнее было закатывать пироги. Сергей сразу обустроил себе зону отдыха на балконе. Витя сломал дверную ручку в ванной никто чинить не собирается.
Лен, поговорить надо. Уже почти месяц, что с поисками?
Ищем, отмахнулась она, даже не глядя вверх от телефона. Всё такое дорогое сейчас… но вот-вот найдём.
Я хочу чёткие сроки.
Лена взглянула на меня. В её взгляде промелькнул незнакомый блеск.
Оль, на улицу идти? С ребёнком?!
Я не об этом
Мы ищем! повысила голос. Хочешь, чтобы с вокзала тебя звали?
Из комнаты выглянул Сергей.
Какие-то сложности?
Я стала замечать: их лица уже не благодарные, а скорее равнодушные. И я сказала:
Нет. Всё нормально.
Однако, проблемы множились. Сергей стал занимать ванную ровно в те минуты, когда мне нужно быстро собраться к важным звонкам с клиентами. Лена продукты мои перекинула на нижнюю полку, свои на верх. Витя ухитрялся включать мультики на всю громкость в семь утра каждое воскресенье.
Я работала урывками, спала под фоновый шум телевизора, просыпалась от грохота: Сергей опять что-то уронил.
7 февраля
Вернувшись с магазина, обнаружила рабочий стол заваленным Витиными игрушками. Лена сидит в кресле листает телефон.
Пришла, да? Слушай, нам бы получше интернет твой совсем тормозит.
Здесь мой рабочий кабинет.
Ну и что? Вите негде играть. Комната ж тесная.
Я молча собрала игрушки, вынесла их в коридор. Лена фыркнула но больше не спорила.
Зашла платёжка за коммуналку. Сумма выросла вдвое. Я положила её на стол перед ужином.
Надо разделить расходы.
Сергей ест, не смотрит на меня. Лена пилит котлету.
Какие расходы?
Коммунальные. Вас трое, я одна. Давайте хоть пополам.
Лена отодвинула вилку.
Оль, ты серьёзно? Мы ведь родные. Ты с нас что, рубли брать собралась?
Я предлагаю делить расходы. Это нормально.
Нормально? Сергей наконец посмотрел. Помогать семье вот что нормально. А не выжимать копейки из тех, кто в беде.
Уже два месяца вы тут живёте бесплатно, пользуетесь моим интернетом Я не беру аренду, только коммуналку.
Если жалко, скажи прямо, Лена встала из-за стола. Не притворяйся благодетельницей.
Я смотрела, как они уходили из кухни, а Витя хватал последний кусочек хлеба. Сергей бросил сквозь зубы: «Жадина».
Всю ночь считала расходы, думала о мамином «родном долге». Перебирала цифры: сколько ушло на незваных гостей. Сколько я ещё продержусь.
8 февраля
Наутро зашла к ним в гостиную: Лена и Сергей смотрят новости.
У вас неделя.
Лена даже не повернулась:
Чего?
Неделя, чтобы найти жильё и съехать.
Теперь они оба повернулись.
Ты что, с ума сошла?! Сергей вспыхнул. Куда мы пойдём?
Мне важно спокойствие в моём доме. Я дала два месяца. Вы не искали жильё, не платили за проживание и нарушали мои границы. Всё.
Кто ты вообще такая? Лена тоже поднялась. Квартирка досталась и сразу царица?
Я хозяйка этой квартиры. И требую, чтобы вы съехали.
А мама твоя знает, как ты с родней? Сергей шагнул навстречу. Может, самой ей позвонить?
Звони.
Лена схватила телефон, я осталась на месте. Пусть звонит, пусть жалуется. Я уже твёрдо решила.
Неделя. Если через семь дней не уедете вызываю участкового.
Ах ты Лена едва сдерживала злость. Как смеешь! Мы ведь тебе помогали! Мы
Не помогали. Вы жили. Бесплатно. Это разные вещи.
Я ушла к себе, задвинула дверь. Сердце колотится, а внутри разливается неожиданное спокойствие: я наконец-то защищаю свои границы.
14 февраля
Неделя была адская. Лена напоказ не убиралась, Сергей «случайно» сломал полку, Витя разрисовал фломастером обои. Я фиксировала всё на телефон.
Через семь дней они уехали. Сергей тащил чемоданы, ругался на каждом пролёте. Лена на пороге оглянулась:
Пусть тебе всё это бумерангом вернётся!
Я закрыла дверь.
Прогулялась по комнатам, убрала все чужое, открыла окна, переставила мебель на кухне как было.
К вечеру снова стало уютно и тихо.
Налила себе бокал красного, села на диван. Мама до сих пор не звонит , видимо, переживает, как Лена успела пожаловаться.
Доброта дело хорошее, но если у неё нет пределов, она превращается в слабость. А слабостью начинают пользоваться.
Я пообещала себе: никогда больше. Никаких «родственных долгов», никаких «временно поживут», никаких чужих людей в моём доме.
Допила вино, убрала бокал, легла спать. Спокойно первый раз за долгое время.
