Отчим никогда не позволял себе обижать девочек. Куском хлеба не упрекал, по учебе не ворчал только когда Варя задерживалась, мог вспылить.
Я дал слово твоей матери, что присмотрю за тобой! выкрикивает он в ответ на неуверенные оправдания, будто Варя уже взрослая. Думаешь, совершеннолетие и всё можно? Сначала на работу нормальную устройся, а потом взрослой себя считай!
Когда успокаивается, говорит уже тихо:
Он тебя бросит я же вижу, какой парень за тобой приезжает! Машина дорогая, сам как с картинки, зачем ему простая девушка вроде тебя, Варька? Будешь потом слёзы лить, запомни мои слова.
Варя отчиму не верит. Паша действительно красив, учится на третьем курсе в университете правда, платит за обучение, да и она бы не отказалась учиться платно. По конкурсу не прошла, колледж ей не понравился, теперь то рекламные буклеты раздаёт, то газеты по домам таскает а особенно к вступительным готовится на следующий год. Так с Пашей и познакомилась: протянула листовку, а он сначала одну взял, потом ещё, потом говорит:
Девушка, давайте все листовки заберу, а вы за компанию с нами в кафе?
Почему она тогда согласилась сама не понимает. Но выбрасывать листовки в этом районе не рискнула, набила ими рюкзак, на обратном пути аккуратно выкинула в мусоропровод.
В кафе Паша познакомил её со своими друзьями, угощал пиццей и мороженым. С младшей сестрой Лерой они такое пробовали только на дни рождения денег в семье редко появлялось, а пенсию отчим не позволял трогать, говорил: “Пусть лежит на чёрный день, если со мной что случится”.
Зарплата у отчима была немаленькая, но почти всё уходило на раздолбанную “Ладу”, а что оставалось проигрывал в карты с соседом. Варя не жаловалась: спасибо, что отчим их с Лерой не выгнал, ведь квартира была его, мамину пришлось продать, когда она болела. Шоколадку, пиццу, сладкую газировку иногда очень хотелось, но если уж удавалось достать что-то вкусное, Варя всегда делила с сестрой. Даже у Паши в кафе спросила, можно кусочек пиццы завернуть “для сестрёнки”. Он удивился, а потом купил целый круг пиццы и большую шоколадку с орехами “для Леры”.
Отчим ошибался Паша добрый. Варя рядом с ним острее чувствовала свою несостоятельность, стала к экзаменам готовиться усерднее, устроилась кассиром в “Пятёрочку”. Зарплата приличная купила себе новые джинсы, сходила в парикмахерскую, чтобы Паша ею гордился.
Когда тот позвал её на дачу, Варя уже знала, что всё случится, но не боялась не ребёнок, а он её любит, и она его. Боялась только, что отчим не отпустит но тот в последнее время дома не ночевал. Варя знала причину ночует у тёти Ирины, медсестры с их участка, которая сначала отчима сторонилась, ведь у него две девочки от прошлого брака. Но со временем привыкла к его настойчивости, а сейчас живёт у них, сама беременная: двойня ждёт.
Это даже было выгодно отчим стал мягче, а у Вариной сестры отчаянная истерика смягчилась, когда Варя купила Лере на ночь шоколадку, чипсы и лимонад уступила.
О том, что беременна, Варя узнала поздно. Цикл у неё всегда сбивался, следить не привыкла никто не учил. Вторая кассирша, Ольга Степановна, однажды шутя спросила:
Варя, ты светишься прямо не в положении ли?
Посмеялись. Вечером Варя купила тест две полоски. Сначала не поверила не может быть!
Паша не обрадовался. Только сказал, что “не вовремя”, сунул тысяч пять рублей “на врача”. Варя всю ночь плакала. На следующий день сходила оказалось, уже поздно: шестнадцать недель. Значит, всё случилось ещё на даче. А ей казалось, что “в первый раз” не страшно.
Скрывать удавалось недолго живот рос. Пришлось сказать отчиму.
Такого крика Варя не слышала никогда.
А где твой парень? Жениться собрался?
Варя уронила глаза: Пашу не видела месяц, исчез после новости, что ребёнка оставить придётся.
Ну и чего я тебе говорил, Варя… пробурчал отчим, а через пару дней сообщил: пожаловался Ирине, решил жениться. У неё двойня, а третий ребёнок им ни к чему. Так и сказал:
Понимаешь, трое младенцев в доме это перебор.
А Лера что, с нами останется? удивилась Варя.
Нет, если будешь упрямиться обеих выгоню! повторял отчим. Варя знала, что говорит он не своё тётя Ирина надавила.
Но ребёнка оставить она не могла.
Не волнуйся, сказала Ирина. Такие малыши сразу забирают, быстро найдут хорошую семью.
Варя плакала, звонила Паше, пыталась придумать, где им жить с Лерой и малышкой, но решение не находилось. И тут однажды Ольга Степановна, увидев пожилую пару в магазине, сказала:
Вот, всё в чёрном ходят… Всю жизнь в горе. Родили бы кого-нибудь или усыновили…
Варю эта пара часто встречалась: оба вежливые, добрые, чуть грустные. Но о трагедии она не знала.
У них дочь погибла газель с детьми разбилась по дороге на экскурсию. Водитель заснул, девочка погибла. Отец педиатр, мать учительница английского. Я раньше рядом жила. После катастрофы все несли им ангелочков так девочка купила фигурку ангела, держала её, и её смогли найти после аварии… Не знаю, кто начал, но потом все приносили ангелов вроде как помогает им.
Варя видела такой сюжет в фильме: девушка отдала своего ребёнка бездетной паре. Конечно, не факт, что эти согласились бы взять чужого младенца, но Варя почему-то всё время думала о них. Уже восемь месяцев беременности, а Варя всё работала боялась потерять место. В день, когда пара снова оказалась у её кассы, мужчина спросил:
Девушка, не пора в декрет? А то прямо у кассы родите.
Варя и правда уставала: поясница болела, ноги отекают, ночью спит плохо. Но никто не сочувствует, только участковая ругалась не считается. Слова мужчины тронули Варя чуть не расплакалась, в последнее время это случалось часто.
Через пару дней после смены она тащила продукты домой, её догнал этот мужчина, предложил помочь донести. Варя смутилась, но было приятно хороший человек.
Ангелочка сперва заметила в витрине летний распродажный, недорогой. Купила, спросила у Ольги Степановны адрес пары, пошла.
Найдя нужную дверь, Варя нервничала: вдруг никому не нужны эти ангелочки сейчас? Женщина открыла, сразу узнала её: брови задёрнулись.
Варя протянула фигурку, замирая: сейчас дверь захлопнут или накричат. Но женщина спокойно взяла ангелочка, улыбнулась:
Заходи. Чаю хочешь?
Пили чай, женщина рассказала свою историю ещё больнее, чем у Ольги Степановны.
А почему вы не усыновили? шепотом спросила Варя.
После родов пришлось удалить матку. С тех пор не могу иметь детей.
Мы думали о приёмном ребёнке, добавила женщина, будто прочитав мысли. Даже школу для усыновителей прошли. Но я передумала, попросила у дочки знак. И ничего не произошло…
В этот момент раздался звон будто стакан упал. В квартире, оказывается, кто-то был. Оба пошли в зал. Варя боялась, что там как склеп: свечи, фото, мрак. Но нет, фотография одна, зал светлый, полка с ангелочками. Одна фигурка упала и разбилась.
Женщина взяла кусочки, внимательно смотрела. Потом тихо сказала:
Это та самая статуэтка, её.
Варя почувствовала жар. Не знак ли это?
Дочку она родила вовремя. К тому времени тётя Ирина давно жила с ними, тоже родила по-срочному, двойняшки были ещё в больнице, но скоро должны были вернуться: для них купили две белые кроватки с кокосовыми матрасами. Для Вариной малышки никто ничего не купил ожидали, что она оставит ребёнка в больнице. Лера только вечерами шептала:
А может, её можно спрятать? Пусть никто не узнает, что это твоя девочка. Я помогать буду…
Варя едва не плакала от таких слов, но при сестре держалась.
Для записки Варя всё заранее обдумала. Написала, что не может забрать ребёнка; малышка здорова, могут не бояться. Добавила про ангела разбитую статуэтку. В конверт вложила все свои накопления восемнадцать тысяч рублей, это была её пенсия: хорошие люди, им хватит.
Выписка из роддома утром. Подкидывать ребёнка среди белого дня страшно. Варя целый день сидела в торговом центре, потом долго на лавочке. Под вечер решилась: вошла в подъезд, когда кто-то выходил с собакой.
Дочку несла в переноске (купила на свою зарплату, привезла с помощью Ольги Степановны). Поставила её аккуратно у двери, под одеяльце конверт с запиской и деньгами, хотела позвонить и убежать… но дверь сама открылась. На пороге стоял мужчина тот самый отец погибшей девочки.
Ты что тут делаешь?
Варя вздрогнула.
Он заметил переноску.
Это что?
Варя уже не могла удержать слёз и рассказала всё про Пашу, который исчез, отчима, который воспитывал этих девочек семь лет, но теперь женился, у него своя жизнь, двойняшки, тётю Ирину, написавшую отказную.
Он выслушал внимательно, спокойно сказал:
Галя уже спит, не стоит её тревожить. Утром поговорим. Пойдём, я тебе постелю в зале.
В комнате с десятками ангелочков было странно, но Варя быстро уснула, крепко прижав малышку.
Проснулась, когда почувствовала пустоту ребёнка рядом не было. И тут вдруг чётко поняла: не сможет расстаться, ни за что.
В тот же миг в комнату вошла Галина с дочкой на руках.
Вот, возьми, улыбнулась. Кормить пора, я укачала тебя, хотела дать поспать, но долго так не продержится.
Пока Варя кормила малышку, головы поднять на Галину не могла: что, если они решили усыновить девочку? Как сказать, что передумала?
Твоей сестре сколько лет? вдруг спросила Галина.
Двенадцать, удивилась Варя.
А если бы она к нам переехала?
Варя удивлённо подняла глаза.
Что? не поняла сразу.
Саша всё рассказал. Вам негде жить, отчим грозится выгнать. Я подумала: если Лера останется там, сделают из неё домработницу. Пусть живёт у нас.
Что значит “тоже”? прошептала Варя.
Галина кивнула на склеенную статуэтку возле фотографии.
Думаю, это знак. Мы должны вам помочь, твёрдо сказала она. У нас места много. Приезжайте обе. Я помогу с девочкой. А глупости свои брось нельзя мать с ребёнком разлучать.
Варе стало так радостно и так стыдно, что щеки пылали.
Так что согласна?
Варя кивнула, пряча слёзы в одеяльце дочери, чтобы Галина не заметила…
