Она же не мать, бросила в сторону Людмила, поправляя седую прядку за ухом и завязывая фартук. Убирайся, у меня полно дел: готовить, ждать, когда муж вернётся с завода, а внуки уже ждут ужина. Кастрюль у меня хватает, а тебя нет.
Тётя Марфа, жалко же её, пробормотала Татьяна.
Жалко? Забирай её, если так уж «душа добра», проскользнула Людмила, отодвигая племянницу к двери. Лучше в детдом, там ей полегче.
Зарина, о которой так спорили родственники, осталась без родителей в раннем детстве, а спустя ещё немного без бабушки и дедушки, которые воспитывали её до шестилетнего возраста. Точнее, её лишил родителей суд.
Моя мать начала пить ещё в школе, теперь уже тридцатилетняя Зарина рассказала своей подруге Анастасии. Бабушка с дедушкой, её родители, всё время баловали дочь, не ставя ни границ, ни требований. Учёбу она бросала, получала двойки. В шестинадцать лет родила меня от того же алкоголика, семнадцатилетнего Семёна.
Это же ужас, вздохнула Анастасия, удивлённая откровениями.
Зарина объяснила, что её воспитывали лишь бабушка с дедушкой со стороны матери, а со стороны отца была «династия алкашей», где каждый поколение тащилось к бутылке.
Дедушка болел сердцем, а бабушка умерла через год от тоски, горько сказала Зарина. Моя мать тогда была их единственным ребёнком, её слишком баловали, но они рано ушли, оставив меня без опоры.
И что с тобой случилось дальше? спросила Анастасия.
Меня отправили в детский дом. Родственники отказались от меня, даже отец сначала не захотел. Провела там три года, каждый день плакала, а школаинтернат не давала шансов наверстать упущенное. Учительница математики однажды обругала меня, сказав, что дети алкоголиков «тупыми рождаются, тупыми и помрут».
Но отец, Семён, не забыл о дочери. Три года он боролся за восстановление родительских прав, бросил пить и стал владельцем небольшого дома в посёлке Пятницкое, где когдато жили их предки. Однажды, проснувшись после бурной ночи, он увидел во сне свою умершую мать, которая грозила, что «похоронит его как собаку», если он не изменит жизнь. Взбудораженный этим видением, он решился: «Если я смогу выжить, то и дочь спасу».
Семён, собрав деньги, отремонтировал свой дом, а затем продал его за 250000рублей, чтобы купить квартиру в Воронеже. Он подал все необходимые документы в суд и добился восстановления прав. При этом попытался убедить свою бывшую любовь, Нину, снова стать семьёй, но та отвергла его, предпочтя привычный алкогольный круг.
Когда папа пришёл за мной, я не могла поверить своему счастью, вспоминала Зарина, слёзы блестели в её глазах. Думала, что останусь в детдоме навсегда, как в тюрьме без срока.
Ты заслужила лучшую жизнь, подбодрила её Анастасия.
В девятом классе Семён устроил всё так, чтобы Зарина смогла закончить одиннадцать лет школы, а потом поступить в вуз. Он продал старый дом за 300000рублей, вложил часть в собственный бизнес на складе, построенном неподалёку, и обеспечил себе и дочери стабильный доход. Нина же продолжала пить, переходя от одного «кевзала» к другому, а Зарина лишь стыдилась её поведения.
Семён и Зарина переехали в однокомнатную квартиру в Воронеже, где отец перегородил пространство, создав отдельные комнаты. Жили они лучше, чем когдалибо.
Зарина пошла в новую школу, где никто не знал о её прошлом, а тем более о её «алкогольной» матери, которая просиживала часы в грязи, просила деньги и воровала взгляды прохожих.
Как она находила деньги? спрашивала Анастасия, качая головой. Мне стыдно, будто я както причастна к её падению.
Я просто отвращаюсь, отвечала Зарина.
В двадцать пять лет Зарина потеряла отца.
Вероятно, последствия тех прежних злоупотреблений отразились на здоровье, объяснила ей врач. Сердце перестало справляться, и он ушёл.
Сочувствую, тихо сказала Анастасия. Почему ты только сейчас всё рассказала?
Потому что давно меня это тяготило, призналась Зарина. Позвонят, напишут родственники со стороны матери, которые считают меня своей. Ольга, её муж, тётя Марфа, её дочь Тех, кто давно уже не нужен.
Что они хотят? спросила подруга.
Месяц назад мать, Нина, перенесла инсульт, теперь она лишь вращает глазами, ничего не может, прошептала Зарина. Я узнала об этом от Татьяны и Марфы, с которыми поддерживала связь со времён бабушки. Они пришли, дарили подарки, помогали с похоронами отца, а теперь хотят, чтобы я ухаживала за Ниной.
Она же тебе не мать! воскликнула Анастасия.
Нет, они меня «мучат», присылают видео, где мать беспомощно лежит, заявила Зарина, чувствуя отвращение. Я планирую переехать в соседний город, поменять телефон и начать новую жизнь.
Ты смелая, ты справишься, поддержала её подруга, обнимая.
Утром Зарина стояла на платформе, ждала электричку, чтобы добраться на работу в Воронеж. Её новая однушка, хоть и небольшая, казалась просторной после того, как отец разбил её на две комнаты. Молодая женщина наслаждалась свободой от прошлого, которое, словно тяжёлый дым, окончательно рассеялось. Иногда она думала, живёт ли ещё Нина, но быстро отмахивалась, понимая, что даже её беспокойство не стоит тени её души.
И вот, в один момент, Зарина осознала: судьбу можно изменить, но главное не терять веру в себя и в то, что добро, вложенное в труд, вернётся. Ведь кто, как не мы сами, способны построить своё будущее, когда отпускаем прошлое.
