Оставь её в роддоме, наставляли родственники.
Зачем ты её вообще забирала? возмущался муж, указывая на крошку, кувыркающуюся в кроватке. Тебе же всё ясно сказали, какой у неё диагноз!
Как ты могла так? Ты хоть понимаешь, во что ввязываешься?
Она, вопреки мнению всех, в том числе любимого Алексея и всей семьи, пыталась понять ситуацию. Даже её мать Надежда, бабушка Марины так они назвали девочку вопила:
Зачем, Алёнка? Позволь себе ещё одного ребёнка! А эта травма! Возьми ношу, чтобы не упасть, дочурка!
Говорили, что малышка долго не продержится. Так и сказали. Предложили оставить её в роддоме это было естественно: не каждому родителю под силу такой шок. Если иногда здоровых детей оставляют, то больных
Крошка даже не плакала: у неё были синенькие губы и кончики пальцев в медицине называют это акроцианозом. У девочки диагностировали врождённый порок сердца средней тяжести дефект межжелудочковой перегородки: выжить можно, но будет трудно. Доктор сказал так же.
Тогда Алёна захотела забрать ребёнка домой: в вопросах, касающихся малыша, решающее слово всегда остаётся за матерью. И вот всё началось.
«Любящий» муж и отец отвернулись почти сразу, когда стало ясно, что она не собирается отказываться от дочери. В последний момент он крикнул, что если жена передумает, может, он и вернётся. И если она ещё хочет строить жизнь с ним, то надо поторопиться. Такова, по их мнению, была сильная любовь.
Алёна не винила мужа: не каждый способен полностью отдаться, а в её случае это было необходимо. В конце концов муж приехал, но без букетов и шаров к чему радоваться?
Бабушки с обеих сторон сразу заявили: оставляй её в роддоме нам этот «малыш» не нужен. И вы ещё будете утверждать, что чужих детей не бывает?
Девушка пыталась увидеть позицию родных и мужа, но у неё ничего не получалось: хотя бы небольшой букетик можно было бы принести? Никто не поддержал молодую маму!
Единственный, кто встал на её сторону, был старый школьный друг влюблённый в неё с детства Михаил Коростылёв. Они давно не созванивались. Алексей возражал:
Дружба между мужчиной и женщиной невозможна, не вешай мне лапшу на уши! Я никогда не поверю, что у вас было чтото!
Михаил и Алёна смирились. Но девушка часто вспоминала своего друга весёлого парня из простой семьи, которого мать Надя не любила.
Александр, напротив, был отличным парнем, а не тем «шалопаем», который после колледжа работает на заводе.
Михаил работал оператором на заводе управлял механизмами и был этим доволен.
Знаешь, Алёнка, так он называл её, что раздражало Надежду, мне повысят зарплату! Может, мать разрешит тебе выйти за меня?
Наивный влюблённый надеялся, что если мама согласится, то Алёна станет его женой: они же давно дружили!
Но Алёна уже влюбилась в Алексея интеллигентного парня из хорошей семьи, одобренного мамой.
Вот это я понимаю, говорила она, не стыдно показывать подругам! Не то, что твой поклонник простой, как три копейки!
Алёнке было непонятно, зачем показывать избранника подругам, но ей нравилось, что любимая мать одобрила её выбор. Иначе бы возникли проблемы властная бабушка добивалась своего, давила и шла напролом.
В итоге Алёна, привезённая из роддома, оказалась в положении, похожем на героиню фильма про Москву и слёзы, но с реальными осложнениями: у её дочери, названной Леной, выявили серьёзный порок сердца.
Она не думала, что сразу отвернутся все: и муж, и обе мамы, и даже папа уже не будет.
Вся родня поддержала Надежду:
Ты что, совсем сошла с ума? Хочешь всё время корябиться? Отдай ребёнка обратно, пока не привыкла! И Алексей сразу вернётся!
Но Алёна, в шоке от предательства, не хотела, чтобы Алексей возвращался. Любовь к мужу ещё жила, но внутри начинался процесс её разрушения.
Было ясно, что жить дальше вдвоём уже нельзя за время всё изменилось, и не в лучшую сторону.
Муж ушёл в тот же день, привёз их домой: квартира была у Алёны, а вещи он забрал позже. Алёна осталась одна со своей больной Леной, совсем не так представляя будущее с розовой детской.
Алексей сам клеил обои: «У моей дочки будет всё самое лучшее!»
Теперь розовая детская была, мебель стояла, но будущее Лены выглядело туманным. Слёз не было лишь эмоции.
Алёна позвонила Михаилу, с которым связь почти потерялась: «Как же всё было, брат?» муж был против.
Михаил, понимая абсурдность, не смог скрыть радости. К залу ожидания, где он провёл последние годы, приближался поезд Михаил, наконец, нашёл своё счастье.
В квартире началась суета: девушка успокоилась, попив чай с молоком. Михаил сбежал в магазин, купил всё нужное для младенца. Кроватка перенесена в другую комнату, чтобы Алёна могла спать рядом.
Усталость обрушилась на неё, но она постепенно приходила в себя. Когда проснулась, подгузник уже сменён, на кухне варился бульон, Михаил дремал рядом со спящей Леной, а Алёна спала на другой стороне двуспальной кровати.
Проснувшуюся охватило странное спокойствие и уверенность: всё будет хорошо, они выкарабкаются.
Михаил приходил каждый день, помогал и физически, и финансово: лечение девочки было дорого. Чтобы Алёна могла легче ухаживать за малышкой, наняли няню на несколько часов в день.
Вечером Михаил гулял с Леной, помогал её купать одна Алёна бы не справилась. Ни муж, ни мама не звонили.
Через полтора месяца к Алёне пришёл Алексей за вещами:
Я знал, что ты у меня за спиной а может, и не моя у нас в роду дефектных не было! И матерям моей не звонить! И на алименты не рассчитывай!
Она и не надеялась.
Тут Михаил оттолкнул крикливого программиста из «хорошей семьи» за дверь:
Убирайся, программист!
Алёна подала на развод, но уклониться от алиментов от биологического отца всётаки не удалось.
Время шло, лечение дочки давало результат: она постепенно покраснела. Операцию уже назначили, и после неё ожидалась полная реабилитация.
Михаил оставался рядом, и когда Алёна попросила его остаться, она не делала этого из благодарности, а потому что действительно нуждалась в нём.
Лену прооперировали, послеоперационный период прошёл без осложнений, началась реабилитация и привычка к здоровой жизни.
Девочка пошла в школу, её записали в студию фольклора: у неё оказался абсолютный слух, и она пела русские народные песни.
У Алёны появился собственный блог, завёл его Михаил.
Алёнка, ты умница! Фоткай Лену, подписывай интереснее и публикуй регулярно! говорил он.
Люди стали интересоваться простыми радостями девочки, её выздоровлением, увлечениями. Записи её песен стали популярны, число подписчиков росло.
Отношения с мамой Надеждой оставались холодными: она так и не простила дочери неповиновения.
Первой позвонила бывшая свекровь после победы Лены в конкурсе:
Алёнка, девочка полностью похожа на моего Сашу, одно лицо!
Потом позвонил бывший муж:
Прости, я тогда перегрелся. Теперь вижу, что был неправ. Может, сходим вместе с Леной?
Алёна ответила:
Конечно, но только если и твоя дочь захочет.
Тринадцатилетняя Лена, зная о двух папах, ответила:
Зачем? Я его совсем не знаю, мамочка! О чём мы будем с ним говорить?
Извините, дорогие, но таков уж реальный сценарий.
На следующее утро позвонила Надежда, придающая значение внешнему виду: «Красивый ребёнок, голос золотой, призы собирает не стыдно показывать подругам».
Алёна, несмотря на свою доброту, оказалась злопамятной и не простила бабушке, захотевшей увидеть внучку.
Всё же лучше вырастить такую умную, здоровую и талантливую девочку самой, чем получать готовый «чудопродукт».
И Михаил стал для неё настоящим отцом, а Алёна настоящей мамой.
А остальные пусть идут, куда захотят: в лес, на дачу, с сетками для ловли бабочек им не рады.
Жестоко? Да. Справедливо? Тоже. И это касается всех: папы, мам и бабушки.
