Мужчина, перестаньте толкаться, будь вам не ладно. Ой, это от вас пахнет?
Извините, буркнул мужик и отодвинулся в сторону,
что-то еще бубня себе под нос глухо и тоскливо. В ладони он считал какую-то мелочь Рита невольно подумала: не хватает, что ли, на пузырь? Она скользнула взглядом по его лицу. Вот ведь странно запойным он не выглядел.
Мужчина простите, я не хотела грубить, почему-то не отпускало её, чтобы просто развернуться и уйти.
Всё нормально, кивнул он, и поднял глаза на неё ярко-синие, почти ледяные, совершенно не выцветшие даже с годами. Хотя, явно её ровесник. Ничего себе такие глаза она за всю жизнь ни у кого не встречала.
Рита взяла его под локоть, чуть ли не инстинктивно, и отвела в сторонку от короткой очереди к кассе.
У вас что-то случилось? Может, нужна помощь? спросила она, стараясь не показывать брезгливости.
Сейчас она уже поняла от мужчины пахло не перегаром: просто застоявшийся запах пота. Он молчал, упрятав ладони с монетками обратно в карман. Было неудобно говорить незнакомой женщине, симпатичной, хорошо одетой, что он попал в беду.
Я Рита. А вы как?
Юрий.
Так что, помочь чем-то? вдруг почувствовала, что навязывается.
Бомжу навязывается, подумала она с некоторой досадой. А он раз взглянул своими синими глазами и снова отвёл взгляд. Ну и ладно. Она уже собралась уходить, как он вдруг нехотя пробормотал:
Работа мне нужна. Не знаете, где можно подработать? Может, ремонт какой или по хозяйству. Посёлок у вас хороший, люди приличные, а я тут никого не знаю, простите…
Рита молчала, пока Юрий смущённо бормотал что-то себе под нос. Она колебалась: можно ли в дом незнакомца запускать? Но вот сын всё тянет с ремонтом ванной обещал, но работы навалились, не до мамы. А у неё плитка вся осыпается, вода на пол течет…
А плитку класть умеете? спросила она вдруг.
Умею.
Сколько возьмёте за санузел на десять квадратов?
Мужчина хмыкнул. Кажется, его удивила русская ширь её ванной.
Надо бы посмотреть на месте. А вообще сколько дадите, столько и возьму.
Юра сделал ремонт блестяще трудился спокойно, не торопясь. Вначале спросил разрешения вымыться Рите это понравилось, сама бы предложила. Потом дала ему вещи покойного мужа, свои Юра постирал и развесил на балконе. Работал почти без перерыва. К воскресенью новая плитка сияла свежестью, всё было чисто, аккуратно, инструмент сложен по полочкам.
Рита немного нервничала, пока Юра заканчивал. Он явно бездомный. Оставить на ночь? Странно. Выгонять ночью на улицу жестоко. В субботу почти не спала прислушивалась через дверь. Юрий, похоже, просто устал и спал на диване без задних ног.
Принимайте работу, Маргарита! позвал он.
Что тут говорить? Всё выше всяких похвал.
Юра, а кто вы по профессии? спросила она, лёжа взглядом на ванной.
Физик. В прошлом учитель. Ленинградский пединститут закончил.
Сейчас же Петербургский, верно?
Когда учился был Ленинград. Ну и… каждый мужчина должен уметь что-то делать руками я так считаю.
Рита кивнула, достала купюры. Не скупилась дала ровно столько, сколько просили бы строители. Юра не стал пересчитывать, просто убрал рубли в карман и пошёл собираться. Постиранная одежда высохла, он переоделся.
Стойте! Вы вот так просто уйдёте? почти возмутилась Рита.
А что такого? недоверчиво посмотрел он на неё те самые синие глаза.
Да хоть поешьте, вы же работали целый день! Чай только пили.
Юрий замялся, повёл плечом.
Ладно, не откажусь, спасибо.
Рита и сама перекусила с ним кусочком солёной скумбрии, хотя после шести обычно даже воды не пила. Сидели, болтали оказалось, с ним интересно. Умён, добр, шутлив, хотя и неприкаянный. Чувствовался какой-то давний надлом, но время наверное, вылечит. Это лечится временем.
Юра, а что с вами случилось? всё же спросила Рита, нарушая тишину.
Он замолчал, взгляд стал тяжёлым. Ответил:
Если рассказывать, прозвучит как геройство или глупая сказочка. За восемь лет столько таких историй понаслушался от других… Только моя не сказка. Вам это зачем?
Просто удивляюсь, как такой человек и в таком положении…
Юра посмотрел ей прямо в глаза, и они оба поднялись практически одновременно. Она шла на кухню, он мимо столкнулись. И всё завертелось Рита не ожидала, что в свои пятьдесят три способна на такую страсть. Думала, всё осталось в молодости. Оказалось нет.
Потом Юра рассказал ей свою судьбу: восемь лет назад он вступился за мальчика из бедной семьи ученика, которого зацепила плохая компания. Влез сам, нарвался на драку а занимался дзюдо. Сделал всё, что мог но один из тех, молодой отчаянный парень, неудачно ударился и погиб. Юрий сразу вызвал полицию и скорую, был уверен: никаких преступлений, только самооборона. Но суд дал двенадцать лет по 105-й. Отсидел восемь, вышел по УДО. После домой не звал никто: мать умерла, брат не принял, жена развелась. Потащился из Питера в Москву, там ни жилья, ни работы. Он честно искал подработку, но за спиной срок кто возьмёт? В посёлке, куда просто добрел с сумкой, всё чужое. Люди кто шарахается, кто злится. Знакомый, что приютил на пару недель, со временем попросил уйти.
И сколько так? спросила Рита, глядя на светящийся в темноте уголёк его сигареты.
Да вот, недели две уж.
Курил он её сигареты пачка завалялась давно, раз в несколько лет баловалась. Сходить купить свои Юру она не пустила неудобно. Рита думала про себя: каково это две недели быть никому не нужным.
В той тишине Юрий признался ей она же уже всё поняла. Он теперь ночует у неё. И разговаривать глупо скрытничая.
А паспорт есть?
Есть. усмехнулся Юра. Только прописки нет, вот и все беды.
Юра остался у неё. Рита оформила ему временную регистрацию, Юра устроился в хозмаг продавцом. Судьба повернулась пусть не по специальности, но с этого начал. От работы не бегал. В свободные дни а график был два через два начал брать учеников по физике, репетиторствовать. Жили мирно, душа в душу. Через два с половиной месяца приехал Ритин сын Дима. Быстро раскусил ситуацию, вызвал мать на разговор во двор:
Слушай, мам, давай заканчивай с этим Юрием.
Ты что несёшь? опешила Рита.
Раньше в её личную жизнь он не совался.
Я тебе говорю: избавляйся. Тебе этот голодранец зачем? Он с тобой только потому, что жить негде. Ты не дура?
Она отвесила Диме пощёчину.
Не лезь! В мою жизнь не твоё дело!
Мам, не забывай: я твой наследник. Не собираюсь делить что-то с каким-то леваком. Ты выйдешь за него ещё и права получит…
Ты меня уже хоронишь?! зло спросила Рита. Да я тебя ещё переживу, и смотреть не заплачу!
Мам, я тебя предупредил. За неделю чтобы этого мужика тут не было, иначе по-своему решу.
Рита сдерживала слёзы, влетая в дом.
Он менты что ли? тихо спросил Юра.
Следователь в прокуратуре… Извини, что не сказала.
Да ладно, ты ни в чём не виновата. Что теперь будешь делать?
Рита опустилась на табурет. Как жить дальше не знала. Сын характер знает, если сказал доведёт. Может, и Юру вновь нагадит, если не уйдёт. Вариантов мало.
Весна… тихо сказал Юра. Может, я скажу первым? Я почти накопил денег. Здесь на участок не соберётся, а чуть дальше, километров за двадцать, хватит. Поставим бытовку, будем строиться. Возьмусь за репетиторство с огоньком, а потом дом своими руками подниму. Ты что скажешь?
Рита онемела. Юра запаниковал:
Я понимаю, ты к комфорту привыкла… Но это временно, обещаю. Всё потом сделаем по-людски.
А у меня тоже есть сбережения. Я могу вложиться…
Не могу просить такого.
И не нужно просить, улыбнулась она. Это для нас двоих.
Юра подошёл, обнял её. Она чувствовала с этим человеком правда спокойно. Кто бы мог подумать любовь приходит даже в их годы…
Всё потом делали быстро и точно. Юра настаивал, чтобы земля была на неё оформлена, но Рита упёрлась:
У меня есть своя квартира. А у тебя ничего, и наследник у меня есть не с руки рисковать.
Поставили обогреваемую бытовку, провели свет. Юра начал строить дом, как настоящий хозяин. Денег не хватало он бросился репетиторствовать с утроенной силой: ученики, занятия, объявления. Скрывал, что преподаёт почти в полевых условиях. Всё вкладывали каждый кирпичик. Летними вечерами расстилали плед, смотрели на звёздное небо.
Что ты чувствуешь? спрашивал Юра, прижимая её к себе.
Второе дыхание… шептала она.
Нет, это я его чувствую! смеялся Юра. Ты же чувствуешь мою любовь?
Чувствовала. Конечно, чувствовала…
Осенью Рита заехала в прежний дом забрать вещи, одежду, подушки, посуду. На кухне застала сына тот курил, хмурился.
О, привет, Димочка. За вещами заехала, заберу и обратно.
Он поглядел на неё цветущая, похудевшая, озарённая каким-то светом.
Мам, что с тобой? Почему не звонишь?
Так ты занят, а у нас так принято.
Почему тебя дома не найти?
Я тут не живу больше. Забираю свои вещи надеюсь, не возражаешь?
Дима растерялся мать будто другой человек. Лёгкая, счастливая.
Достроим пригласим тебя обязательно! Сейчас, прости, спешу.
Накидала сумки, на ходу чмокнула сына в щёку и выскочила за двери.
Мам! Что с тобой?
Рита повернулась, широко улыбнулась:
Второе дыхание, сынок. И ещё любовь. Конечно, любовь! Пока, дорогой, и засмеялась звонко и радостно.
До вечера времени не было сегодня строили крыльцо.
