Ты только подумай, как она могла! Не спросила, не посоветовалась, взяла и явилась сюда, будто к себе домой, и начинает порядки наводить! Вот уж никакого уважения! За что мне это? Всю жизнь вокруг неё крутилась, а вот какая благодарность! Она меня за человека не держит, честное слово! Нина смахнула слёзы со щёк, ей, видите ли, моя жизнь не нравится! Пусть бы на свою посмотрела сперва! Живёт в своей однокомнатной на отшибе, считает себя царицей, словно жизнь удалась. Ни мужа, ни нормальной работы, одни копейки с её этой удалёнки. И ещё меня учит, как жить! Да я уже позабыла все те глупости, о которых она только сейчас начинает думать!
От такой обиды у Нины прямо ноги сами собой понесли на кухню. Поставила чайник, встала у окна.
А из окна как раз видно праздничную Москву: огни, ёлки, народ везде суетится, все готовятся к Новому году А у меня, думает Нина, никакого уюта в душе, никакого праздника. Одна осталась, как перст этот
Чайник уже давно закипел, аж паром шипит, а Нина всё в своих мыслях.
Ей ведь двадцать было, когда мама их с сестрёнкой родила, маме тогда сорок пять было, и все родственники удивлялись: зачем тебе, мол, ребёнок в таком возрасте?
Не хочу, чтобы ты одна осталась в этом мире, объясняла потом мама, сестра это самая настоящая поддержка. Потом поймёшь.
Да я и сейчас всё понимаю, равнодушно тогда отмахнулась Нина, только заранее говорю: нянчиться с малышкой не буду, у меня своя жизнь.
Вот теперь у тебя своей жизни не будет, улыбнулась мама.
Как в воду глядела Мамы не стало, когда малышке три года исполнилось. А отец и раньше ушёл. Вот вся тяжесть и забота легла на плечи Нины стать старшей, а по сути, второй матерью для маленькой Кати. До школы, вообще, Катя иной раз мамой её называла.
Нина замуж так ни разу и не вышла, хотя не в Кате было дело, просто не встретился ей человек по сердцу. Да и где было встречаться? Дом работа Катя, и так по кругу. Пока подруги в столичных кафе зустричались, она домой спешила.
С тех пор вся жизнь у старшей забота: вырастила, на ноги поставила, университет помогла закончить.
Катя теперь взрослая, сама по себе живёт, замуж собирается. Часто к Нине приходит: сестрёнки очень дружны, но разные очень и по возрасту, и по характеру, и по взглядам на жизнь.
Вот Нина, например, за всё бережёт и к вещам прикипает. Квартира как музей: есть и халат десятилетней давности, и старые платёжки времён Ельцина, и кастрюли с трещинами, и сковородки без ручек. Всё жалко выкидывать может, пригодится! Ремонт в последний раз делала, когда ещё по талонам сигареты продавали, а после только обои подклеивала где отвалились, и то, если уж совсем терпения не было.
Катя совсем другая: легка на подъём, в её квартире всё свободно, дышится легко. У неё правило: если вещью не пользуешься год выкидывай, не захламляй пространство. Заходишь светло, чисто, уютно.
Катя раза три предлагала сестре:
Давай ремонт затеем. И заодно старое разберём, а то скоро и тебе самой места здесь не останется.
Ничего не хочу менять и ничего не выкину, бурчала Нина, мне и так нормально.
Ну как нормально? У тебя в прихожей обои ещё с советских времён, темно, угрюмо как в подвал заходишь! Барахло это силы отнимает, ты же чувствуешь, убеждала Катя.
Но у Нины всё по-прежнему.
Тогда Катя решила сделать всё по-своему. Пусть сестра сама увидит разницу!
До Нового года оставалась неделя. Когда Нина была на суточном дежурстве (она в медицине работала посменно), Катя с женихом Сашей пришли к ней, у них у обеих были ключи. Взялись за прихожую мебели мало, вещей минимум. Оклеили стены новыми светло-зелёными обоями с золотистым узором, всё расставили обратно и ушли.
Нина вернулась домой, дверь открыла и сразу выскочила обратно: подумала, что ошиблась квартирой! Проверила номер всё верно…
Зашла ещё раз поняла. Да это же Катя!
Как она посмела?!
Тут же звякнула сестре:
Ты что натворила?! с порога начала ругаться, потом трубку бросила.
Через полчаса Катя уже стояла у Нины в прихожей.
Я хотела тебе сюрприз сделать, посмотри, как уютно и светло, оправдывалась Катя. Всё для тебя!
Не смей у меня тут хозяйничать! ни в какую не унималась Нина.
Обидные слова посыпались на Катьку и та не выдержала:
Всё, живи как хочешь среди того барахла и пыли, больше я сюда не приду!
Ага, правда глаза колет! поддела Нина.
Жалко мне тебя, тихо ответила Катя и ушла…
Неделя уже прошла, а сестра не звонит. Никогда раньше столько не ругались… А Новый год совсем скоро. И что, встречать по-отдельности теперь?
Нина вышла в прихожую, присела на стул. Взглядела по сторонам.
“А ведь и правда, посвободнее стало, тихонько подумала, всё аккуратно, светло. Наверное, мне только кажется, что прежняя обстановка лучше… А Катя ведь старалась ради меня! Сашка помогал… Представляю, как они тут клеили, смеялись, ждали как я удивлюсь…” вдруг стало на душе теплее.
И тут телефон зазвонил.
Ниночка, всхлипывает Катя, прости меня… Я ж только радость хотела тебе подарить…
Солнышко моё, я уже не сержусь, Нина сама заплакала, ты права, у меня теперь действительно красивый коридор! После праздников помоги завалы разобрать, пожалуйста, если не против.
Конечно помогу! А сегодня? Ну что я Новый год без тебя встречать буду?
Я тоже не хочу.
Тогда собирайся скорее, всё готово: настоящая ёлка, гирлянды, свечи всё, как ты любишь. Только не набрасывайся по магазинам, я всю еду приготовила, тебя ждём! Саша за тобой заедет и точка.
Нина ещё раз подошла к окну. И Москва выглядела внезапно совсем другой: яркой, праздничной, доброй.
“Спасибо тебе, мамочка моя, подумала она, за сестру”
