Аграфена Павловна помнит, как стояла у двери «Операционной» в московской больнице, её взгляд приковывался к мерцающему вывесочному знаку, а мир вокруг казался смазанным от долгих часов ожидания. Сердце стучало, будто бы впрямь готово было вырваться наружу. Она сжимала в руке маленький красный пластмассовый трактор любимую игрушку своего четырёхлетнего младшего сына Ванечки, которую папа подарил ему в день рождения. Сначала Ванечка хотел синий трактор, как в мультфильме, но со временем привязанность к подарку стала столь же сильна, как к собственному сердцу.
Наконец, сквозь мутные стекла появился мужской силуэт, дверцы резко открылись, и в коридор вошёл уставший хирург. Аграфена бросилась к нему, почти падя.
Доктор, как всё прошло? Как наш Ванечка? спросила она, голос дрожал от тревоги.
Врач склонил голову, сняв маску, и шепотом произнёс:
Аграфена Павловна, нам очень жаль Мы сделали всё, что могли
***
Аграфена лежала, свернувшись калачиком, на кровати своего сына. Подушка всё ещё хранила аромат его маленькой ладошки. На зеркале напротив виднелась отпечаток печёночных пятен, оставленных Ванечкой, когда он раскладывал печенье. Как же хорошо, что она не успела стереть его Теперь он больше никогда не будет загрязнять стекло и не опустит уставшую голову на подушку. Слёзы скатывались по её обветренной щеке, разжигали печаль глубоко в сердце. Здоровое сердце, которого не хватало у младшего Ванечки, оставалось лишь у старшего сына Матвея, уже 18ти лет, учащегося в Московском государственном университете и почти самостоятельного. А Ванечка Его радость, возникшая в последний момент, обернулась огромным горем. Всё обследование показывало исправность, но перед родами случайно обнаружили сложный порок сердца, и при радикальной коррекции чтото пошло не так. Теперь его уже не было.
***
Аграфена закрыла глаза, погрузилась в тревожный сон, и вновь увидела солнечную полянку, усыпанную ароматными ромашками разных сортов. Вдалеке стоял её Ванечка в любимой рубашке с машинками, держал в руках букет ромашек.
Ванечка! воскликнула она, но мальчик будто бы не слышал, задумчиво перебирая лепестки. Она мчалась по полю, раскидывая руки, но каждый её шаг лишь отдалял её от него. Ванечка улыбнулся, поднял глаза, и, как дым, растворился в воздухе, оставив лишь облако ромашковых лепестков, медленно опускавшееся на землю.
Под лепестками Аграфена увидела надпись, выложенную из белых цветов ровным шрифтом: адрес, который она гдето видела в своих снах.
***
Проснувшись от телефонного звонка, она посмотрела на экран: «Матвей». Хрипло ответила она:
Да, сынок?
Мамочка, сегодня приеду, приготовь мне что-нибудь! воскликнул он, и её улыбка будто бы натянулась до предела. Прошло почти три месяца с тех пор, как ушёл Ванечка, но старший сын всё ещё был рядом, и надо было взять себя в руки и жить дальше.
Конечно, что хочешь? Блины приготовить?
Будет здорово, мам! Я уже в автобусе, скоро буду!
Матвей приезжал каждое воскресенье, пытаясь отвести маму и отца от горечи, ведь и у него сердце болело от мысли о младшем брате. Жизнь шла дальше, и семья должна была вместе пережить печаль.
Вытаскиваясь из постели, Аграфена пошла на кухню. Открыв холодильник, обнаружила, что молока нет. Её муж, Виталий, сидел за столом, штопая микросхему в ноутбуке. Он поднял глаза и спросил:
Чтото нужно, сходить в магазин?
Матвей звонил, он едет, просил блинов, ответила она, молоко закончилось, пойду сама, немного прогуляюсь.
Виталий, удивлённо поправив очки, лишь молча кивнул. Выходя на улицу, лёгкий весенний ветер ласкал лицо, птицы пели, а деревья уже набухали зелёными листочками. Аграфена вздохнула:
Ах, Ванечка, пятой весны тебя не увидела
Отгоняя мрачные мысли, она направилась к магазину.
***
Ставя в корзину молоко, конфеты, хлеб и курицу, она подошла к кассе, когда из соседних рядов услышала знакомый детский смех. В груди сжалось от тоски: так смехал Ванечка. Она бросилась в ту сторону, но заметила лишь маленькую фигурку ребёнка, скрытую за стеллажами. По инстинкту она последовала за ней, пока не наткнулась на рекламу с тем самым адресом, который видел в сне.
Ванечка, что ты хочешь сказать? прошептала она.
Домой она вернулась, размышляя, что всё это не случайно. Нужно будет проверить адрес в интернете, но не сейчас. Сегодня придёт единственный её сын, и она должна встретить его достойно.
***
Вечер прошёл тепло. Матвей с аппетитом съедал домашнюю еду, а Аграфена с Виталием, глядя на него, словно видели в нём своё продолжение. Наконец все разошлись по комнатам, ночь полностью вступила в свои права. Утомлённая, Аграфена быстро уснула, но проснулась посреди ночи от приглушённого пения из ванной. Голос был будто бы из мультфильма про синий трактор точно голос Ванечки.
Схватив дыхание, она тихо прошла к ванной, открыл
дверь, но никого не нашла. Слёзы хлынули.
Что я ждала? Ванечки нет! Это лишь больное воображение! бросилась она в себя.
Подойдя к раковине, включила воду, пытаясь смыть тревогу. Взгляд в зеркало отразил её осунувшееся лицо, бледные глаза с синяками. Взбешённо намыливала рукою стекло, и вода, стекающая вниз, образовывала буквы того же адреса. Внезапно за спиной прошёл холодок, и детский голосок прозвучал:
Я жду тебя, мама
***
Ты чего не спишь? разбудил Виталий, свет от ноутбука бросал пятна на стену.
Аграфена сидела в кресле, глядя в экран.
Виталик, подойди Если ты почувствуешь то же, значит всё, что происходит, не пустая фантазия
Виталий, поджав плечи, встал и подошёл к жене. Его взгляд упал на старую фотографию мальчика, подпись под которой гласила: Зиновьев Егор, 4 года. Слёзы всплыли в его глазах: мальчик, потерявший родителей в ДТП три года назад, воспитывался бабушкой, а потом оказался в детском доме.
Этот адрес преследует меня, сказала Аграфена, мой Ванечка передаёт его мне
Виталий, обдумав всё, твёрдо сказал:
Поедем
***
Екатерина Алексеевна, директор детского дома в Подмосковье, вела их по светлому коридору, постоянно оглядываясь и пытаясь объяснить ситуацию.
Когда к нам попал Егорка, думали, что это временно. Он умный, но замкнутый, трёхраз пытались усыновить, но мальчик отказывался. В последние три месяца у него появился воображаемый друг, которого он зовёт Ванечкой, и тот сказал, что его родители скоро придут. Может, вы поможете ему открыть сердце
Аграфена и Виталий переглянулись: неужели их покойный сын хочет помочь этому сироте? Их взгляды встретились, а в игровой комнате сидел худой мальчишка, собирающий башню из кубиков, напевая любимую песню Ванечки.
Мама! Папа! крикнул Егорка, бросив кубики, подбежал к ним.
***
Екатерина ускорила процесс усыновления. Когда она узнала о смерти Ванечки, её сердце сжалось ещё сильнее. Через месяц Аграфена, Виталий и Матвей приехали за Егоркой, чтобы взять его домой. На пороге мальчик схватил её за руку и сказал:
Мама, подожди! он посмотрел в конец коридора, Там Ванечка, он хочет попрощаться!
Сердце Аграфены сжалось от грусти, но теперь эта грусть была светлой, полна понимания, что нельзя изменить прошлое, но нужно жить дальше ради Егорки, который теперь зависел от неё. Она никогда не забудет Ванечку, но теперь у неё появился ещё один человек, ради которого она должна быть сильной.
Егорка бросился к окну, остановился, обернулся и вернулся к своей семье. За окном из оцинкованного отлива вырвался белый голубь, облетел здание, кружась над головами Аграфены, Виталия, Матвея и Егорки, и поднялся ввысь, растворившись в облаках.
