Добилась, чтобы сын развёлся, а потом пожалела…
Сынова супруга вчера опять привела внучку на выходные, сетовала мне на лестнице соседка Валентина Семёновна, ну никакими силами не могу накормить ребёнка по-человечески! Сядет за стол, скажет: «Мама мне сказала, что царевны много не едят!» съест пару ложек и отодвигает тарелку. А сама бледная, худенькая прямо светится на фоне остальных детей!
Валентина Семёновна невзлюбила жену сына Дарью с самого начала. Всё потому, что та была старше Бориса на семь лет, а он только школу закончил, глаза ещё детские.
До неё женщин он и не знал, возмущалась Валентина. Ну что тут удивительного, что влюбился без памяти в опытную-преопытную? Заворожила его своим жизненным складом и всё!
Дарья была красавица: высокая, яркая, следила за внешностью, элегантно одевалась, строила карьеру. Мужчины всегда смотрят глазами, тут я не вижу ничего удивительного. Да и Борис поддался не на колдовство а на красивую женщину.
Питание у неё было по всем правилам: режим, диеты. Этому и дочку учила: есть понемногу, не переедать, следить за фигурой и здоровьем.
Через несколько месяцев после знакомства Дарья забеременела. То ли на зло будущей свекрови, которая, не скрываясь, попыталась разрушить их отношения, то ли просто мечтала о семье. Или случайность. Это уж как взглянуть. Главное, что Борис, едва отметив восемнадцать лет, твёрдо решил жениться на Дарье, которой было двадцать пять.
Как только получил аттестат зрелости, Борис подал документы в техникум. Продолжал учиться, а деньги зарабатывал внеурочно молодые ведь жили отдельно. Сначала снимали комнату на окраине города, потом купили крохотную комнатушку в стареньком общежитии.
Молодая семья радовалась жизни, но Валентина Семёновна не сдавалась: то борщ у невестки «не как у людей», то рубашки мужу неправильно глажены, то дочь в сад одета слишком легко. Чем бы девушка ни занималась, всё получалось не так, по мнению свекрови одна лишь критика и недовольство.
В итоге Дарья всё общение со свекровью сократила до минимума. Сама возила дочку маленькую Таню то в детский сад, то на уроки гимнастики, то в шахматный кружок при Доме пионеров. Едва успевала после работы забрать её, развести по занятиям, да ещё и для себя выкроить час в спортзал пойти, на причёску записаться… По сути, дома бывала намного реже, чем хотелось.
Борис возвращался к вечеру а в квартире пусто: то жена занята, то Таня в кружке.
И в один такой вечер постучалась соседка по общежитию, Нина Ивановна вдова лет сорока, с двумя подростками-сыновьями. Кран на общей кухне начал подтекать попросила Бориса помочь. Он парень дельный, руки на месте: перекрыл воду, нашёл нужные инструменты, всё подчинил.
Пока Борис возился, Нина Ивановна варила на плите макароны с котлетами. В знак благодарности налила ему тарелку да он и не отказался: Дарья домашней еды не готовила, времени у неё едва хватало на себя и ребёнка.
С тех пор Нина Ивановна всё чаще звала Бориса: как только дом пуст, ужин на столе, чай по-русски, разговоры душевные. Варила пироги и галушки, вручную лепила пельмени. Постепенно между ними пробежала искра. И не заметили, как начали скучать друг по другу и нуждаться в этих тёплых вечерах.
Но в общежитии всё на виду стены тонкие, язык без костей. Нашлась добрая душа, что донесла Дарье, как супруг коротает время у соседки, явно не за книгами.
Скандал разразился на весь этаж: Дарья не стерпела, собрала вещи Бориса, выставила за порог. Ночью идти было решительно некуда, у родителей тесно пришлось стучать к Нине Ивановне. Она впустила: одинокая ведь.
На тот момент Тане исполнилось шесть лет. Борису двадцать пять, Дарье тридцать два, Нине Ивановне тридцать девять.
Валентина Семёновна, только услыхав, что сын ушёл, обрадовалась победа! Но когда услышала: ушёл он к женщине с двумя детьми, старше его на четырнадцать лет, вот тут-то и притихла… Словно бы и не она придиралась столько к Дарье за возраст.
Время прошло всё это случилось, страшно подумать, лет пятнадцать назад. С тех пор Борис живёт с Ниной Ивановной, и хотя своих детей у них так и не появилось, живут в полном согласии, душа в душу. Сейчас ему сорок, ей пятьдесят четыре. Валентина Семёновна давно приняла невестку, и в доме у них теперь тепло да мирно, без упрёков, без скандалов. Я вижу настоящий у Бориса уют и счастье.
А как вы думаете, бывает ли счастье, если женщина старше?
