Сестра Ольга живёт в СанктПетербурге, а я в Москве. Её дочь, девятнадцатилетняя Агата Петрова, мечтает поступить в МГУ, где будет жить в общаге. На пару недель она прилетела, будто бы в спешке решить какието экзамены или оформить документы. Сестра договорилась, что Агата будет ночевать у меня.
Вопрос, кто будет готовить еду, мы так и не обсуждали. Если её мать, Елена Ильина, молчит об этом, значит, они сами решают, кто и что ест. Я зашла в гостиную и вижу, как Агата сидит, вздыхая. «Что случилось?» спросила я. Она ответила, что ожидала тёплого ужина от меня. Я, не моргнув глазом, репликнула: «Не только еду я тебе не предоставлю, но и по своему расписанию живу. Сейчас мне срочно нужно идти! Позвони маме, пусть переведёт тебе рубли на карту, купи себе сырков, булочек и чай. Чай тоже купи у меня закончился! Ну что ты, уже почти взрослая, 18 уже!»
Елена давно не болтала со мной о семейных делах, и не знает, что после того, как наши дети вылетели из гнезда, муж ушёл в неизвестном направлении, а я ушла в работу. График у меня жёсткий, дома бываю нерегулярно, силы на домашние хлопоты почти испарились. Спать бы и выспаться, и то было бы счастьем.
Тем не менее, я не собираюсь отказывать гостеприимству. Приятно, конечно, увидеть Агату она подросла, стала женственной, но я уже не та расторопная тётя Люда, которая могла бы приготовить даже слона, не жалей ни времени, ни сил. Пусть сама покупает продукты, нарезает, варит, жарит, парит. А лучше пусть берёт готовую еду, чтоб не испортить плиту или квартиру.
Агата, конечно, разругалась и теперь молчит, будто бы каждый день хранит обиду. Видимо, рассчитывала на полный пансион с мамой. Может, всё уляжется со временем. Трудно сразу перестать быть «хорошей» и «удобной», ведь я годами держала мирные отношения с близкими. Сейчас я всё ещё миролюбива: предоставила бесплатную кровать, но без «второго» элемента. Сначала пошла к психологу, чтобы мягко и ласково объяснить родственникам, что теперь я не так функциональна, как была. Нужно меньше на меня рассчитывать!
