«Как это ты не собираешься заниматься сыном моего сына? — не выдержала будущая свекровь» — Во-первых, я вовсе не отворачиваюсь от Игорька. Хочу напомнить, что именно я, как приличная жена и мать, по вечерам после работы тяну вторую смену — готовлю, стираю, убираю в этом доме. Помочь — пожалуйста, подсказать — легко, но перекладывать на себя все родительские обязанности я не собираюсь. — Ну то есть как это — не собираешься? Выходит, вот ты какая, лицемерка? — Дура ты, Ритка. Кому нужна работа, если за неё не платят? — как и всегда, на встрече одноклассников Светка не упустила возможности всех обсуждать и осуждать. Но те времена, когда Рите нечего было ответить, давно прошли. Теперь она не лезла за словом в карман, и потому не упустила случая поставить язвительную Светку на место. — То что у тебя забота, где взять деньги, не значит, что у других людей такие же проблемы, — пожала плечами Рита. — Мне вот от папы две квартиры в Москве достались. Одна его, где жили до развода родителей, вторая — от бабушки с дедушкой сначала ему, потом мне перешла. Цены на аренду сами понимаете какие — мне хватает и на жизнь, и на приятности, поэтому работаю не там, «где только платят». Ты ведь именно поэтому из врача в продавщицы переквалифицировалась? Вообще-то это был секрет. Вообще-то Рита обещала никому не рассказывать. Но если Света действительно хотела сохранить это в тайне, ей бы стоило думать, что говорит. По крайней мере, не называть Риту дурой при других. Она что, по-настоящему надеялась, что ей такое с рук сойдёт? В таком случае, дура здесь точно не Рита. — Продавщица, серьёзно? — Ты же обещала молчать! — вспыхнула обиженно Света. И, схватив сумку, бросилась к выходу из ресторана, едва сдерживая слёзы. — Так ей и надо, — отрезал Андрей после короткой паузы. — Да уж, достала, сил нет. Кто её вообще позвал? — спросила Таня. — Я всех собирала, — извинилась Аня, бывшая староста класса, теперь организатор встреч. — Да, Светка в школе не самый приятный человек была, но люди же со временем меняются. Вроде бы. Некоторые. — Да не всегда, — усмехнулась Рита. Компания засмеялась. А потом Риту начали расспрашивать про её профессию. Любопытство это (без наездов на выбор Риты и её умственные способности) было вполне понятно. Мало кто сталкивается с подобным (и врагу не пожелаешь), так что вокруг профессии много мифов и заблуждений. Рита терпеливо развеивала их во время общения с одноклассниками. — Вообще зачем их лечить, если смысла нет? — спросил кто-то из бывших одноклассников. — А кто сказал, что нет? Вот у меня есть мальчик, пять лет. При родах всё пошло не так, гипоксия — теперь задержка психического развития. Но прогноз хороший. Просто заговорил позже, а сейчас родители водят его по неврологам и логопедам. Но есть все шансы пойти в обычную школу и жить нормальной жизнью. А если бы не занимались — всё было бы иначе. — Понятно. В общем, не нуждаясь в рублёвом заработке, ты выбрала дело с пользой для общества, — подвёл итог Валера. Беседа перешла к обсуждению семей и жизненных перипетий других одноклассников. А Рита вдруг почувствовала на себе взгляд. На миг списала на паранойю, но позже поняла — нет, никого подозрительного нет. Она вернулась к общению, а через пару дней произойдёт то, что полностью перевернёт её жизнь. Прошла неделя после встречи. Утром, собираясь ехать на работу, Рита обнаружила, что её машину заперли на стоянке. Позвонив по номеру, указанному на чужом авто, она услышала извинения и обещание сейчас же перегнать машину. — Вы извините, — улыбаясь, парень засыпал девушку извинениями. — По делам приехал, а встать некуда было, только так. Кстати, я Максим. — Рита, — представилась она. В Максиме было что‑то такое, располагающее… Манеры, одежда, даже парфюм — всё вызывало симпатию, так что Рита без колебаний согласилась сходить с ним на свидание. А потом было ещё одно свидание. Спустя три месяца она уже не представляла жизни без Макса. Тем более, что и его мать, и сын от первого брака приняли её как родную. Мальчик был с особенностями, но Рита быстро нашла с Игорем общий язык благодаря своим навыкам. И даже подсказала Максиму парочку методик, которые помогли бы наладить общение с сыном. К концу первого года жизни вместе Рита переехала к Максиму и Игорю. Свою одноподъездку сдала, а сама перебралась к будущему мужу и его сыну. Тогда и начались тревожные звоночки. Сначала — «помоги Игорёк собрать рюкзак», потом — «посиди с ним полчаса, пока я схожу в магазин». Сначала это Риту не напрягало, но постепенно просьбы становились всё обременительнее. Ей пришлось объяснить Максиму: его ребёнок — его ответственность, она готова помогать, но не заниматься Игорём по полной. Максим казалось бы понял, но перед свадьбой они с его матерью вдруг стали активно обсуждать всё по реабилитации сына и внука. Причём явно рассчитывали на Ритино участие в свободное от работы время. — Так, стоп, уважаемые, — быстро осадила их Рита. — Мы с тобой, Макс, обо всём договорились: своим сыном ты занимаешься сам. Я же не прошу тебя ездить чинить маме кран или делать ей ремонт — сама справляюсь. — Ну ты сравнила! — хмыкнула свекровь. — Мать взрослый человек, а ребёнок — ребёнок. Думаешь, после свадьбы ты и дальше так и будешь воротить нос от Игорька, а мы на это спокойно смотреть будем? — Во-первых, я не воротила нос. После работы, как приличная жена, тащу вторую смену — готовка, уборка… Но на себя реабилитацию Игоря взваливать не собираюсь. Это сын Макса, пусть он и занимается. Я могу помочь и подсказать, но полностью брать на себя все обязанности не буду. — То есть ты не собираешься? Лицемерка! Своим подругам рассказывать, как ты важна на работе — тут ты первая, а по-настоящему заботиться о ребёнке — тебя и не допросишься? — Вы о чём вообще? — не поняла Рита. Вдруг вспомнила: мама Макса подрабатывает посудомойкой в том ресторане, где была встреча одноклассников. — То есть вы специально всё подстроили, чтобы повесить на меня своего больного ребёнка?! — А ты что думала, я прямо в восторге от тебя? — не выдержал Макс. — Если бы не Игорь и твоя работа, я бы на тебя и не посмотрел… — Ах, не посмотрел бы? Ну и не смотри, — сняв кольцо, Рита швырнула им в бывшего жениха. — Пожалеешь ещё, — фыркнули Максим с мамой. — Мужику не нужна такая серая мышь с бесперспективной работой и без денег. — У меня две квартиры в Москве, так что с деньгами порядок, — парировала Рита. И, смакуя изменившееся выражение лиц, пошла собирать вещи. Потом был стандартный набор: попытки помириться, обещания, извинения… Но Рита не поверила ни единому слову. Посмеялась, что, мол, Максим упустил мышку, и даже не похоже, будто это она жалеет. С одноклассниками потом эту историю вспоминали с улыбкой. А Рита до сих пор надежды не теряет встретить того, кто полюбит её не за деньги и не за навыки, а просто за то, что она есть. Пока же ей хватает любимой работы, друзей. А если что — кота завести можно: вот уж кто лучше мужчин поддаётся воспитанию.

Как это ты не собираешься заниматься ребёнком моего сына?! не смогла сдержаться свекровь.

Во-первых, я не отворачиваюсь от Игорька, спокойно ответила я. Напоминаю, что именно я, работая целый день, потом прилетаю домой и бегаю здесь на второй смене: готовлю, стираю, убираю, как положено приличной жене и матери.

Могу, конечно, помочь, подсказать чего-то, но чтобы целиком взять родительские обязанности? Нет уж, увольте.

Это как понимать? Не собираешься? Ты что, двуличная, что ли? взвилась она.

Дура ты, Ритка, как водится, всполошилась Светка ещё на встрече выпускников. Кому вообще нужна работа, где не платят? Всё у тебя напоказ!

Знаешь, те времена давно прошли, когда мне нечего было ответить. Сейчас у меня язык за зубами не прячется. И тут я решила не упускать момент и поставить Светку-проныру на место.

Если тебе приходится думать, где копейку наскрести, это не значит, что у всех такие же заботы, небрежно пожала плечами. Мне вот от отца две квартиры в Москве остались.

Одна где жили, пока родители не развелись, вторая перешла ко мне от бабушки с дедушкой через папу.

Ну а цены на аренду сами знаете московские. Мне на жизнь хватает с лихвой, ещё и балую себя по мелочам, так что могу позволить себе работу не выбирать по принципу «лишь бы платили».

Ты ведь врача-то бросила и в продавцы пошла именно из-за денег, так?

Это, между прочим, был секрет. Рита пообещала никому не рассказывать, но если Света звала меня дурой прилюдно, надеялась, что ей сойдёт с рук? Нет уж.

Серьёзно, продавец?

Ты же обещала! запричитала Светка, собирая в охапку сумку и вылетая из ресторана, чуть не плача.

По делам ей, буркнул Андрей после паузы.

Согласна. Что она вообще здесь забыла? поддержала Таня.

Да всех собирала же, извиняющимся голосом сказала организатор встречи, наша бывшая староста, Аня. Помню я, что Светка та ещё была, не самая милая. Но, казалось бы, люди меняются…

Ага, не всегда, усмехнулась я.

Компания расхохоталась, и разговор плавно переключился на мою работу. Ну, понятно любопытно же, особенно без насмешек и дурацких намёков.

Профессия у меня такая, что мало кто сталкивался, а уж мифов вокруг пруд пруди! Так что я заодно раздала «лекбез».

А зачем их вообще лечить, если толку нет? спросил кто-то.

А кто сказал, что нет? Вот был у меня мальчик, пять лет. Во время родов там что-то пошло не так, гипоксия, как следствие задержка психического развития. Но с поддержкой речь догнала ближе к трём, родители по врачам, специалистам его возят и вот, есть все шансы в обычную школу пойдёт и проблем больше не будет. А если бы не занимались им совсем бы другая история вышла.

Понятно… То есть у тебя нет нужды бегать за рублём, вот и занимаешься делом для людей, подвёл итог Валерка.

Потом уже все болтали за жизнь да семью, обсуждали старых друзей. Тут я вдруг почувствовала, что на меня кто-то смотрит. Сперва решила, что показалось, но это ощущение не отпускало. Обернулась ничего такого. Вроде никто в ресторане и внимания на меня не обращает.

Ну и ладно, вернулась к своим. Забыла про это ощущение.

Прошла неделя после встречи. Утром собираюсь ехать на работу а машину кто-то как назло запер. Звоню по номеру на лобовом парень на том конце сыплет извинениями, обещает, что сейчас спустится.

Простите ради Бога, улыбнулся, едва прибежал. Тут по делам заехал, а мест вообще не было. Я, кстати, Максим.

Рита, представилась я. И вот что-то в Максе было такое уютное как будто сразу человек свой. И манеры, и разговор, даже запах духов.

Запросто согласилась поужинать с ним, а потом встретились ещё раз, и ещё. Через три месяца уже не представляла, как без него жить.

А его мама и сын от первого брака приняли меня как родную. Мальчик оказался особенный, но я ведь работаю с такими детьми, быстро с Игорьком нашли общий язык.

Максу даже помогла, рассказала, что и как можно делать для лучшей адаптации сына.

Через год съехались. Я в свою однушку, как обычно, квартирантов заселила давно агентство занимается всеми моими московскими квартирами и села с вещами к Максу и Игорю.

Вот тогда и началось то, чего раньше не замечала.

Поначалу просили о пустяках мол, помоги Игорю одеться или посиди с ним, пока сходят в магазин. Я не против, тем более мальчишка ко мне привык, и свободная минута найдётся.

Но со временем просьбы все чаще становились серьёзнее. Мне пришлось поговорить с Максом: мол, твой сын твоя и ответственность. Помогу, но на себя весь груз брать не буду. С кружками, занятиями, этими «особенными» историями у меня и так работы хватает.

Максим вроде понял. Но накануне свадьбы он с мамой стали обсуждать реабилитацию Игоря, явно намекая резать прямым текстом не хотели, что я должна этим заниматься.

Стоп-стоп, прервала я их живо. Макс, у нас был договор: ты занимаешься своим сыном. Я же не прошу тебя за мамой моей ухаживать, решать её бытовые дела. Сама справляюсь.

Да как ты сравниваешь вообще! фыркнула будущая свекровь. Мама взрослая женщина, отдельно живёт, а тут ребёнок.

Ты, может, после свадьбы тоже от Игорька отстранишься, и мы должны это проглотить?

Во-первых, я не отстраняюсь. Напомню, что именно я после работы тут как белка крутишься готовишь, стираешь, убираешь. Но реабилитация сына это всё равно дело его родных родителей.

Могу и советы дать, и подменить иногда, но полностью заниматься нет.

Как это нет? Прямо перед друзьями рассказывать, как с особенными детьми работаешь так ты первая, а заботу, значит, нести не хочешь? Лицемерие!

Вы про что вообще? удивилась я. Потом поняла. Максова мама ведь посудомойкой работала в ресторане, где мы встречались с одноклассниками. Всё сложилось: они заранее всё подготовили, чтобы спихнуть на меня мальчика.

Ты что думала, не сдержался Макс, что я прямо мечтав о тебе? Если бы ни Игорь, ни твоя работа, ты мне и даром не нужна была бы

Ну и не смотри больше! сняла кольцо с пальца и бросила ему в лицо.

Ещё пожалеешь, грозилась его мать. Такую серую мышку даже хороший мужик не возьмёт ни профессии, ни денег.

Как раз с деньгами у меня всё нормально, две квартиры в Москве не дадут скучать, холодно отрезала я.

А потом, глядя, как у Макса и его мамаши вытягиваются лица, пошла собирать вещи.

Потом, конечно, были попытки вернуться и обещания, что всё сам буду делать, и слова «случайно нагрубил», и «люблю тебя, больше так не поступлю!». Не поверила я ни одному.

Посмеялась напоследок: мол, мышку отпустил, не похоже, что это я страдать начну.

С одноклассниками мы потом всей компанией эту историю обсмеяли.

А я верю, что встречу однажды человека, который не ради денег или удобства полюбит, а просто потому, что душа к душе тянется.

Пока этого не случилось, хватает мне работы да друзей. А вдруг кота заведу? Он хоть воспитанию поддаётся, в отличие от некоторых мужиков.

Rate article
«Как это ты не собираешься заниматься сыном моего сына? — не выдержала будущая свекровь» — Во-первых, я вовсе не отворачиваюсь от Игорька. Хочу напомнить, что именно я, как приличная жена и мать, по вечерам после работы тяну вторую смену — готовлю, стираю, убираю в этом доме. Помочь — пожалуйста, подсказать — легко, но перекладывать на себя все родительские обязанности я не собираюсь. — Ну то есть как это — не собираешься? Выходит, вот ты какая, лицемерка? — Дура ты, Ритка. Кому нужна работа, если за неё не платят? — как и всегда, на встрече одноклассников Светка не упустила возможности всех обсуждать и осуждать. Но те времена, когда Рите нечего было ответить, давно прошли. Теперь она не лезла за словом в карман, и потому не упустила случая поставить язвительную Светку на место. — То что у тебя забота, где взять деньги, не значит, что у других людей такие же проблемы, — пожала плечами Рита. — Мне вот от папы две квартиры в Москве достались. Одна его, где жили до развода родителей, вторая — от бабушки с дедушкой сначала ему, потом мне перешла. Цены на аренду сами понимаете какие — мне хватает и на жизнь, и на приятности, поэтому работаю не там, «где только платят». Ты ведь именно поэтому из врача в продавщицы переквалифицировалась? Вообще-то это был секрет. Вообще-то Рита обещала никому не рассказывать. Но если Света действительно хотела сохранить это в тайне, ей бы стоило думать, что говорит. По крайней мере, не называть Риту дурой при других. Она что, по-настоящему надеялась, что ей такое с рук сойдёт? В таком случае, дура здесь точно не Рита. — Продавщица, серьёзно? — Ты же обещала молчать! — вспыхнула обиженно Света. И, схватив сумку, бросилась к выходу из ресторана, едва сдерживая слёзы. — Так ей и надо, — отрезал Андрей после короткой паузы. — Да уж, достала, сил нет. Кто её вообще позвал? — спросила Таня. — Я всех собирала, — извинилась Аня, бывшая староста класса, теперь организатор встреч. — Да, Светка в школе не самый приятный человек была, но люди же со временем меняются. Вроде бы. Некоторые. — Да не всегда, — усмехнулась Рита. Компания засмеялась. А потом Риту начали расспрашивать про её профессию. Любопытство это (без наездов на выбор Риты и её умственные способности) было вполне понятно. Мало кто сталкивается с подобным (и врагу не пожелаешь), так что вокруг профессии много мифов и заблуждений. Рита терпеливо развеивала их во время общения с одноклассниками. — Вообще зачем их лечить, если смысла нет? — спросил кто-то из бывших одноклассников. — А кто сказал, что нет? Вот у меня есть мальчик, пять лет. При родах всё пошло не так, гипоксия — теперь задержка психического развития. Но прогноз хороший. Просто заговорил позже, а сейчас родители водят его по неврологам и логопедам. Но есть все шансы пойти в обычную школу и жить нормальной жизнью. А если бы не занимались — всё было бы иначе. — Понятно. В общем, не нуждаясь в рублёвом заработке, ты выбрала дело с пользой для общества, — подвёл итог Валера. Беседа перешла к обсуждению семей и жизненных перипетий других одноклассников. А Рита вдруг почувствовала на себе взгляд. На миг списала на паранойю, но позже поняла — нет, никого подозрительного нет. Она вернулась к общению, а через пару дней произойдёт то, что полностью перевернёт её жизнь. Прошла неделя после встречи. Утром, собираясь ехать на работу, Рита обнаружила, что её машину заперли на стоянке. Позвонив по номеру, указанному на чужом авто, она услышала извинения и обещание сейчас же перегнать машину. — Вы извините, — улыбаясь, парень засыпал девушку извинениями. — По делам приехал, а встать некуда было, только так. Кстати, я Максим. — Рита, — представилась она. В Максиме было что‑то такое, располагающее… Манеры, одежда, даже парфюм — всё вызывало симпатию, так что Рита без колебаний согласилась сходить с ним на свидание. А потом было ещё одно свидание. Спустя три месяца она уже не представляла жизни без Макса. Тем более, что и его мать, и сын от первого брака приняли её как родную. Мальчик был с особенностями, но Рита быстро нашла с Игорем общий язык благодаря своим навыкам. И даже подсказала Максиму парочку методик, которые помогли бы наладить общение с сыном. К концу первого года жизни вместе Рита переехала к Максиму и Игорю. Свою одноподъездку сдала, а сама перебралась к будущему мужу и его сыну. Тогда и начались тревожные звоночки. Сначала — «помоги Игорёк собрать рюкзак», потом — «посиди с ним полчаса, пока я схожу в магазин». Сначала это Риту не напрягало, но постепенно просьбы становились всё обременительнее. Ей пришлось объяснить Максиму: его ребёнок — его ответственность, она готова помогать, но не заниматься Игорём по полной. Максим казалось бы понял, но перед свадьбой они с его матерью вдруг стали активно обсуждать всё по реабилитации сына и внука. Причём явно рассчитывали на Ритино участие в свободное от работы время. — Так, стоп, уважаемые, — быстро осадила их Рита. — Мы с тобой, Макс, обо всём договорились: своим сыном ты занимаешься сам. Я же не прошу тебя ездить чинить маме кран или делать ей ремонт — сама справляюсь. — Ну ты сравнила! — хмыкнула свекровь. — Мать взрослый человек, а ребёнок — ребёнок. Думаешь, после свадьбы ты и дальше так и будешь воротить нос от Игорька, а мы на это спокойно смотреть будем? — Во-первых, я не воротила нос. После работы, как приличная жена, тащу вторую смену — готовка, уборка… Но на себя реабилитацию Игоря взваливать не собираюсь. Это сын Макса, пусть он и занимается. Я могу помочь и подсказать, но полностью брать на себя все обязанности не буду. — То есть ты не собираешься? Лицемерка! Своим подругам рассказывать, как ты важна на работе — тут ты первая, а по-настоящему заботиться о ребёнке — тебя и не допросишься? — Вы о чём вообще? — не поняла Рита. Вдруг вспомнила: мама Макса подрабатывает посудомойкой в том ресторане, где была встреча одноклассников. — То есть вы специально всё подстроили, чтобы повесить на меня своего больного ребёнка?! — А ты что думала, я прямо в восторге от тебя? — не выдержал Макс. — Если бы не Игорь и твоя работа, я бы на тебя и не посмотрел… — Ах, не посмотрел бы? Ну и не смотри, — сняв кольцо, Рита швырнула им в бывшего жениха. — Пожалеешь ещё, — фыркнули Максим с мамой. — Мужику не нужна такая серая мышь с бесперспективной работой и без денег. — У меня две квартиры в Москве, так что с деньгами порядок, — парировала Рита. И, смакуя изменившееся выражение лиц, пошла собирать вещи. Потом был стандартный набор: попытки помириться, обещания, извинения… Но Рита не поверила ни единому слову. Посмеялась, что, мол, Максим упустил мышку, и даже не похоже, будто это она жалеет. С одноклассниками потом эту историю вспоминали с улыбкой. А Рита до сих пор надежды не теряет встретить того, кто полюбит её не за деньги и не за навыки, а просто за то, что она есть. Пока же ей хватает любимой работы, друзей. А если что — кота завести можно: вот уж кто лучше мужчин поддаётся воспитанию.