БРАК КАК СОЛЁНЫЙ СНЕГ
Павел Аркадьевич, можно с вами поговорить? в проёме узкой двери кабинета появилась пшеничная голова Варвары. Эта всегда недовольная и шумная девушка вдруг стала тихой, даже прозрачной.
Чего тебе надо? недовольно качнулся Павел Аркадьевич, отрываясь от монитора, и скользнул тяжёлым взглядом по пасынке.
У меня к вам большая просьба, Варвара не ждала приглашения, будто границы комнат и столиц России стерлись, а двери сами распахивались под её бесцеремонным взглядом. Она закрыла за собой дверь, легко опустилась напротив изумлённого мужчины.
Зарплату тебе не подниму! жёстко бросил Павел Аркадьевич, словно угадывая всё наперёд, даже не пытайся! Ты свои обязанности совсем забросила приходишь, когда захочешь, дедлайны рвёшь, тянутся за тобой недоделанные дела, словно след из липкой смолы, а коллектив уже тенью шарахается
Он уже давно хотел бы уволить своенравную Варвару, но что-то не отпускало. Она была дочерью его единственной, незабвенной Марии. С Марией они встретились ещё под шум зимнего Невского проспекта, прожили пятнадцать лет до тех пор, пока в семье не появился страшный диагноз. Мария ушла два года назад, и теперь мужчина пытался защищать взбалмошную девочку хотя бы изобразив заботу.
Про зарплату я поняла уже очень давно, фыркнула Варвара. Дело совсем в другом.
И в чём же? Павел Аркадьевич вопросительно поднял густую бровь.
Вы же помните, что после маминой смерти я будто выпала из привычного мира? Вся любовь, вся поддержка растворились, как пар в морозном воздухе Петербурга…
Вот только и мучила её своим характером, мужчина нахмурился сильнее. Он помнил, что Мария любила дочь до дрожи, но беспокойство не отпускало её ни на миг. К чему все эти слова? К делу.
Варвара ёрзала, подбирая края невидимой простыни воспоминаний.
Павел Аркадьевич, вы не могли бы мне помочь деньгами? Я хочу учиться бизнесу, открыть маленькое бистро или что-то своё. Но без вложений никак.
Нет, отрезал он, словно ломал сухарь, работать у тебя не выходит, доучиться не сможешь. Сотню раз говорил, Варя: пора взрослеть! По-прежнему то мальчишка, то вихрь.
Если вы поможете мне с началом, я обещаю, всё изменю… мне самой надоело бродить наугад, хочу как все: учёба, работа, карьера, замуж, дети…
Павел Аркадьевич странно посмотрел по сторонам; в окне танцевали гигантские хлопья снега.
Ну что ж У меня есть предложение, благодаря которому ты получишь всё, что пожелаешь.
Какое?
Я готов дать тебе стартовый капитал, но с одним условием, его голос стал как ледяная вода с тёмных просторов Онежского озера.
Каким? Варвара напряглась всем телом, схватившись в оцепенении за подлокотники.
Стань моей женой, и тебе будет открыта любая дорога, он переплёл руки на груди и посмотрел на неё, будто она была не человеком, а ключом от давно забытого сундука.
Жена? Варя сначала остолбенела, потом смеялась звонко, как будто где-то за стеной стихли будильники. Да ну вас, Павел Аркадьевич, нельзя так с падчерицей шутить!
А кто сказал, что я шучу? строго взглянул Павел Аркадьевич, и снег за окном, казалось, встал столбом.
Счастье вдвоём? Вы ведь мне в отцы годитесь! Зачем я вам?
Ты ведь знаешь про мой проект: если хочу заключить контракт с московским холдингом, нужен официальный брак. Партнёры требуют этого: мол, семейный человек человек доверия.
Почему не другая?
Первое: ты моя почти-родственница, и ты знаешь, как я любил твою маму. Второе: ты точно промолчишь. Третье: ты нуждаешься в рублях. Я открою на тебя дело.
Значит, фикция? Варвара умолкла.
Только фикция, никаких чувств. Решайся.
Мне нужно подумать.
Думай, махнул он рукой, а за окном снег кружил портреты ушедших лет.
Он сожалел о своей затее Варвара могла перемениться на островке перед свадьбой и исчезнуть навсегда но уже остановить ничего нельзя было.
Варвара никогда не думала о отчиме как о мужчине, равно как и отцом его не считала официально он её не удочерял, да и всегда были они далеки друг от друга, как города в разных часовых поясах.
Но после этого разговора нечто сместилось в глубине души Варвары. Она разглядела в Павле Аркадьевиче не только властность, но и шарм взрослого мужчины, его сдержанную щедрость. Главное у него водились деньги.
В итоге она согласилась: обвенчались молча, расписались и договорились ни минуты не жить вместе две параллели.
Павел Аркадьевич тут же выполнил всё: подарил просторную квартиру у Финского залива, выдал нужную сумму на бизнес, оплатил учёбу и обеспечил полностью, будто старый купец на масленой ярмарке.
Варвара не уклонялась: на деловых встречах была неразлучной спутницей, играя роль счастливо влюблённой супруги. Её прежний беспечный характер исчез, как растаявшие скульптуры из снега во дворе Эрмитажа.
С каждым днём Варя всё реже думала о разлуке она вдруг поняла, почему мать любила этого человека.
За год Варвара ни разу не пожалела о своём странном выборе. Когда пришло время разводиться (контракт уже был заключён, Павлу Аркадьевичу не требовалась легенда), что-то не давало им сделать шаг к двери. Теперь она не чужой ребёнок, а он не просто мужчина в дорогом пальто.
Спасибо, теперь ты сама управляешь своей жизнью, с улыбкой сказал он у крыльца ЗАГСа, рубли в их разговоре звучали как голоса глухарей.
Ты действительно хочешь развода? Варя внезапно остановилась.
А ты? он увидел в её глазах живое сожаление.
Я не хочу
И я не хочу, мягко сказал Павел Аркадьевич. Но если ты останешься, то только по-настоящему.
Я согласна.
В ЗАГС они так и не пошли. Снег за окнами закружил их по новой траектории уже не раздельной, а общей.
