Мой муж содержал свою бывшую за наши деньги и я поставила ему ультиматум.
С самого начала я знала, что у него есть бывшая. Он никогда не скрывал, что был женат, что у него есть дочь, и что он исправно платит алименты. Мне это казалось правильным даже благородным. Я уважала его за эту ответственность.
Но постепенно я начала понимать нечто гораздо более тяжелое: его чувство долга оказалось болезненным грузом вины. Эта вина грызла его изнутри, была постоянной, навязчивой. Она висела над ним, как невидимая туча, которую кто-то очень ловко использовал в своих целях.
Алименты уходили регулярно, суммы были приличные, тысяч двадцать рублей в месяц. Но кроме них существовал огромный мир «дополнительных расходов».
То дочери срочно нужен новый ноутбук для учебы старый тормозит, ведь у всех одноклассников лучше. Муж тяжело вздыхал… и покупал.
То необходимо отправить ребёнка на языковой лагерь. Без него дочка, якобы, отстанет от сверстников. Муж соглашался, хотя сумма равнялась нашей годовой поездке на море.
Подарки к Новому году, ко Дню рождения, ко Дню защитников Отечества, просто “потому что” всё должно быть самое дорогое, самое модное, самое роскошное. Потому что «папа обязан быть хорошим».
Бывшая жена умела находить подход. Звонила с усталым, чуть надрывным голосом:
Её это очень расстроит Пойми, я одна не справляюсь.
И он понимал.
Понимал так остро, что переставал смотреть на реальность вокруг себя ту самую, где жил со мной, где были у нас планы, мечты, общее будущее.
Вот только деньги для этого будущего каплями уходили в прошлое, которое не желало отпускать.
Я пыталась поговорить.
Ты не думаешь, что это уже чересчур? У неё всё есть, а мы второй месяц не можем позволить себе нормальную стиральную машину. Проснись…
Он смотрел виновато и твердил:
Ну это же ребёнок Не могу отказать. Мне сказали, у неё сейчас сложный возраст. Я должен помогать.
А как же моя самооценка? Наши мечты? спрашивала я уже жёстко.
Он только недоумевал:
Ты ревнуешь? К ребёнку?
Это была не ревность.
Это была справедливость.
Наши жизни превращались в постоянное тушение чьих-то «неотложных» потребностей, которые не заканчивались никогда.
Стиральная машина у нас была на последнем дыхании гремела, прыгала, застревала на полпути. Я мечтала о простой, тихой машине. Копила от зарплаты, нашла модель по акции. День покупки был назначен.
Я уже представляла, как наконец запущу стирку без страха, что всё опять сломается.
Утром в этот день муж был каким-то не своим. Ходил взад-вперёд по квартире, словно искал что-то по углам.
И только когда я уже брала сумку, он вдруг сказал:
Я взял деньги… на стиральную машину.
У меня похолодели пальцы.
Взял? Куда?
Для дочери. Срочно понадобилось лечение зубов. Бывшая звонила ночью, паника, сказала, что ребёнок умирает от боли, нужен немедленно частный стоматолог, дорого. Я не смог отказать
Я прислонилась к дверной раме.
И полечили?
Да, да! обрадовался он, как будто всё позади. Всё хорошо. Сказали, что всё прошло отлично.
Я смотрела на него несколько секунд тихо сказала:
Позвони ей сейчас.
Что? Зачем?
Позвони. Спроси, как дочь и какой именно зуб болел.
Он нахмурился, но позвонил. Говорил мало, и я видела, как его лицо меняется из самоуверенного стало напряжённым и растерянным.
Положил трубку.
Ну всё нормально. Боли прошли.
Какой зуб? переспросила я.
Не важно…
КАКОЙ ЗУБ? мой голос стал чужим, резким.
Он тяжело выдохнул.
На самом деле, не болел. Это была плановая процедура. Отбеливание. С её возраста уже можно. И дочь ждала целый год
Я просто села за кухонный стол.
Деньги, которые могли стать частью нашей нормальной жизни ушли на отбеливание зубов по чей-то прихоти.
Но самое страшное?
Он даже не усомнился. Не проверил. Просто отдал, потому что вина плохой советник, но отличный инструмент для манипуляций.
В доме поселилась ледяная тишина.
Я почти не разговаривала с ним. Он пытался загладить вину мелкими поступками, но это было, как приклеить пластырь к большой ране.
Я вдруг осознала борюсь не с его бывшей.
Я борюсь с призраком, который живёт в нём.
Призраком неудачного брака. Тревожным чувством, будто он что-то “не додал”, будто “обязан компенсировать”.
Этот призрак был голодным.
Он требовал всё больше и больше денег, времени, энергии, собственного достоинства.
Кульминация произошла на дне рождения дочери.
Я устремила остаток сил, купила красивую, качественную, но скромную книгу именно ту, которую девочка упоминала вскользь.
А все шикарные подарки были «от мамы и папы»: модный телефон, о котором мечтают самые состоятельные подростки в классе.
Бывшая жена выглядела, словно вышла со страниц журнала, принимала гостей, улыбалась но в этой улыбке была сила.
Когда пришёл момент подарков, и дочь взяла мою книгу, бывшая сказала на всю комнату, с улыбкой:
Вот, дорогая тот, кто действительно любит тебя, подарил то, о чём ты мечтаешь. показала на дорогой подарок. А это кивнула презрительно на книгу это просто «от тёти». Так ради приличия.
В комнате повисла пауза.
Все взгляды переместились на меня.
Потом на мужа.
И он промолчал.
Не вступился. Не поправил. Не сказал ничего.
Глядел на стол, в тарелку, в себя внутри. Забитый, сгорбленный, будто хотел исчезнуть.
Его молчание было громче любого удара.
Это было согласие.
Я выдержала праздник с каменным лицом. Улыбалась, кивала но внутри всё уже решилось.
Не конец. Не «кризис».
Край.
Вернувшись домой, я не устроила сцену. Сцены для тех, кто ещё борется.
Я пошла в спальню, сняла старый, запылённый чемодан с антресолей тот самый, с которым он когда-то приехал ко мне.
И начала собирать его вещи.
Медленно. Спокойно. Без суеты.
Рубашки. Брюки. Носки. Всё на свои места.
Он услышал звук, вошёл и, увидев чемодан, застыл.
Ты что делаешь?
Помогаю тебе собрать вещи спокойно сказала я.
Куда? Это что за глупости? Из-за сегодняшнего? Она всегда была такой
Не из-за неё, перебила я. Из-за тебя.
Я положила последнюю вещь.
Ты живёшь в прошлом. Каждая твоя рубль, каждый твой поступок, каждое твое молчание там. А я в настоящем. В настоящем, где нет денег на стиральную машину, потому что они ушли на отбеливание по чьей-то прихоти. В настоящем, где меня унижают публично, а мой муж смотрит в пол.
Я застегнула чемодан. Поставила его.
Взглянула ему в глаза.
Иди. Иди к ней. Помогай ей со всем зубы, учеба, вечные драмы и манипуляции. Иcкупай свою вину, если она так тебе дорога. Только делай это там, не тут. Освободи место.
Какое место?
Место мужчины в моей жизни. Оно занято. Занято призраком другой женщины. Я устала делить с ним и кровать, и деньги, и будущее.
Я отнесла чемодан к входу, поставила.
Он взял и ушёл.
Я не посмотрела ему вслед.
Впервые за долгое время я почувствовала, что воздух принадлежит мне.
Что дом мой только мой.
Что душе наконец есть куда вернуться.
Через два месяца наш брак был официально расторгнут.
В жизни наступает момент, когда надо перестать ждать перемен от другого. Оставлять место тем, кто умеет жить настоящим, а не вечно платить долги прошлому. Уважение к себе лучший подарок, который можно себе сделать.
