Злата металась по комнатам, пытаясь втиснуть в чемодан самое необходимое. Её движения были резкими, будто ктото гнался за ней. Воздух вырывало из лёгких со свистом, а пальцы безуспешно пытались застегнуть переполненную сумку. Примерно час назад прозвонил телефон поликлиники в трубке звучал удивлённый голос главного врача, пытающегося понять причину внезапного освобождения. Её, разумеется, отпустили без лишних вопросов, но в воздухе всё ещё висела волна непонимания, на которую у Златы не осталось ни сил, ни желания отвечать.
Она ничего не стала объяснять. Мысль озвучить всё, что произошло, казалась ей невыносимой.
В памяти всплывала история их знакомства с мужем яркими, но теперь горькими красками. Они встретились, когда Злата ещё проходила практику в городской больнице. Искра, пролетевшая между ними, разгорелась в пламя, охватившее всё. Не теряя ни минуты, они устроили скромную, но искреннюю свадьбу. Позже Злата устроилась в поликлинику, и они решили сначала встать на ноги, построить карьеру, а уже потом думать о детях. Сначала стабильность, всё остальное потом.
Время шло, и вдруг всё стало «не до этого». Злата иногда почти беззастенчиво намекала мужу, как мечтает услышать в доме детский смех, но он лишь отмахивался, говоря о нестабильности и трудностях. Теперь, вспоминая те моменты, она чувствовала, как в горле поднимается тяжёлый, жгучий узел.
Её мир разрушила подруга Вероника, та, которой Злата доверяла все свои тайны и мечты. Вчера Злата с жёсткой ясностью осознала, что Вероника никогда не была настоящей подругой.
Ночной дежурный график отменили в последний момент, и, обретя возможность устроить маленький сюрприз, она решила вернуться домой значительно раньше. Вставила ключ в замок, отворила дверь и застыла в дверном проёме, будто получив удар под дых.
Из гостиной донёсся звонкий женский смех, знакомый ей слишком хорошо.
Ты каждый раз меня удивляешь, сказала Вероника, в голосе её звучала нежность. Даже не могу представить, что ты выдумаешь в следующий раз!
Всё только для тебя, моя радость, ответил мужской голос, такой знакомый и когдато родной. Ты мой мир. Я готов свернуть горы, лишь бы увидеть твою улыбку
Слушать дальше было невозможно. Каждое слово вонзалось в сердце, словно игла. Злата медленно, очень медленно отступила назад, оставив дверь приоткрытой, и беззвучно, словно тень, спустилась по лестнице.
Этой ночью она провела без сна, сидя в пустой ординаторской и глядя в одну точку. Мысли рвали душу на части, но к утру в голове появилось холодное, чёткое решение. Она уедет. Исчезнет.
Для всех, кто её знал. Для того мира, который принёс ей столько боли.
У неё было место, где её никто и никогда не найдёт. Давно её бабушка оставила в наследство небольшое, но очень крепкое домишко в далёкой деревушке Тверской области. О нём почти никто не знал. После смерти матери Злата переехала к отцу, а путь к той части страны был навсегда забытый. Теперь же это забытьё стало её спасением.
Настал момент вспомнить о нём.
Через несколько часов чемодан, наконец, был собран. Она медленно осмотрела квартиру когдато это место было наполнено светом и счастьем, а теперь выглядело серым и безжизненным, словно болото, поглотившее всю её веру в людей и в любовь.
От моей души здесь не осталось и следа, прошептала она в тишину, и эти слова стали приговором.
Через два дня Злата уже была в деревне. По дороге она навсегда выбросила старую SIMкарту и купила новую никому неизвестную. Не хотела, чтобы ктонибудь мог её отследить.
Дом встретил её глухой тишиной и запахом старой древесины и сухих трав. Открыв скрипучие ворота, Злата неожиданно ощутила лёгкость неописуемую, почти невесомую.
Здесь её никто не обидит. Здесь начнётся новая жизнь.
Прошло две недели. Злата постепенно приходила в себя. Соседи простые, искренние люди оказались необыкновенно доброжелательными. Они помогали, чем могли, без лишних вопросов. Вместе быстро привели дом в порядок: отремонтировали крышу, вырвали сорняки во дворе. Тепло их сердца начало оттаивать её собственное, боль отступала медленно.
Но судьба приготовила новое испытание такое, что проверило бы её на прочность.
Однажды утром к её двери прибежала заплаканная соседка Валентина, бледная от страха.
Златочка, простите, сегодня не смогу помочь с огородом, беда случилась! У моей Марии живот крутит невыносимо, её всё выворачивает, ни глотка воды не удерживает! А глаза бледные, словно чужие!
Ей срочно нужна капельница, сразу сказала Злата, поврачебски. У ребёнка сильное обезвоживание, это опасно.
Какая там капельница, дорогая, у нас и врача нормального нет! воскликнула Валентина, почти плача.
К счастью, у Златы всегда была при себе небольшая, но хорошо укомплектованная медицинская сумка. Она поставила Марии капельницу, и уже через несколько часов стало легче. К вечеру Маша даже слегка улыбнулась и просила пить.
На следующий день о случившемся знали все жители деревни: новая поселенка Злата не просто горожанка, а настоящий врач. Скрывать свою профессию уже не было возможности.
Тогда Злата окончательно поняла: отказываться от призвания она не в силах. Только помогая людям, отдавая часть себя, она ощущала живое, наполненное смыслом существование, а не бесцельную жизнь.
Через ещё месяц Злата официально стала работать в местном ФАПе том же фельдшерскоакушерском пункте, где раньше никому не хотелось задерживаться надолго. Для неё это стал своего рода убежищем: возможностью убежать, спрятаться, начать путь заново, словно с чистого листа.
Время шло, наступали новые месяцы.
Както на заре её позвали к девочке, у которой резко поднялась температура. Двери старого, но ухоженного дома открыл мужчина.
Доброе утро, я Дмитрий, представился он с заметным волнением. Очень прошу, помогите моей дочери.
Злата лишь на миг посмотрела на него: запомнились глубокие, выразительные глаза и спокойный, уверенный голос. Но она мгновенно отрезала лишние мысли. После того, что случилось когдато, в её сердце места для мужчин больше не было оно было надёжно заперто.
Проведите меня к ней, крикнула она, возвращая профессиональную сосредоточенность.
Маленькая девочка лежала под лоскутным одеялом. Бледная, горячая, но удивительно доверчивая её большие голубые глаза смотрели прямо в душу.
У неё сильные хрипы, диагностировала Злата после осмотра. Выпишу необходимые препараты, но их придётся купить в городе. Пожалуйста, позовите вашу жену, я объясню, как лечить
Жены нет, тихо сказал Дмитрий. Я один воспитываю Орису. Мать умерла, когда она родилась.
Злата снова посмотрела на ребёнка, и чтото резко сжалось в груди. Как же несправедлив мир устроен Годами она умоляла бывшего мужа о ребёнке, а теперь чужая, незнакомая девочка растопила в ней всё, что, казалось, давно умерло.
Она нежно коснулась горячей щёки:
Ты обязательно поправишься, маленькая принцесса. Я о тебе позабочусь.
Ориска чуть улыбнулась, и эта улыбка стоила дороже любых слов. Дмитрий кивнул с благодарностью.
Я даже не знаю, как вам отблагодарить. Позвольте хотя бы подвезти вас домой, или каждое утро привозить на работу ведь вам нельзя идти пешком этими дорогами.
Злата собиралась вежливо отказаться, но чтото внутри её остановило. В его голосе не было фальши, только искренность. А девочка уже навсегда поселилась в её сердце.
Хорошо, после паузы согласилась она. Спасибо.
Время шло. В деревне царила тихая, размеренная жизнь.
Злата сидела на старой скамейке у дома, держа в руках чашку ароматного травяного чая. Неожиданно подошёл Дмитрий, осторожно обнял её за плечи и коснулся её щеки губами.
Любимая, прошептал он нежно. Ты моя навсегда.
Злата улыбнулась, закрыла глаза, ощущая тёплое касание его рук. С крыльца с радостным криком выскочила Ориска, а Дмитрий, смеясь, поправил:
Прости, не моя, а наша.
Злата рассмеялась, и их смех слился с детским в единую мелодию счастья.
Прошёл целый год. Это был самый спокойный и светлый период её жизни. Ради Дмитрия и Ориски она осмелилась вернуться в город, чтобы окончательно подписать бумаги о разводе.
Бывший муж и Вероника уже жили вместе. Им было всё равно на её возвращение это оказалось больно, но одновременно освобождало. Она поставила подпись, вышла из зала суда и больше не оглянулась.
Теперь её жизнь стала совсем иной наполненной новым смыслом, доверием и светом. Она вновь научилась верить людям. Снова смогла любить. И позволила себе быть любимой.
Всё это счастье она получила благодаря маленькому, когдато забытому сельскому домику, оставленному ей в наследство мудрой бабушкой.
Злата тихо вздохнула, положила ладонь на крепкую руку Дмитрия.
Впереди у нас целая жизнь, улыбнулась она, глядя в его тёплые глаза.
Я тебя люблю, ответил он, сжимая её пальцы. Ты моё вдохновение. Мой тихий берег.
За окном вечер осторожно касался неба персиковыми и лавандовыми оттенками. Тихий поток реки неподалёку нес свои воды, смывая все прежние тревоги. В этой тишине родилась новая музыка музыка любви, пережившей боль. Две души, когдато заблудившиеся, теперь соединились, чтобы охранять друг друга.
И именно в этом самая главная правда о настоящем доме: его строят не из кирпича, а из доверия, поддержки и безмолвного понимания.
