Дежавю
Она всегда ждала писем. Всю жизнь, с самой малолетства. Улицы, квартиры, города менялись, деревья за окном становились короче, люди дальше, а ожидания тише, спокойнее.
Он никому особо не верил и ничего особенного не ждал. Внешне самый обыкновенный мужчина: крепкий, не в потертых джинсах, но и не франт, работает спокойно. Дома его ждал только пес Шарик. Путешествия устраивал вдвоем с четвероногим или один и ладно, хватает.
Она обаятельная девушка с заметно русскими чертами и огромными грустными глазами. Как-то спросили:
Без чего из дома не выйдешь?
Без улыбки! отвечала она всегда, и смешливые ямочки на щеках были лучшим тому доказательством.
Сколько себя помнила больше дружила с мальчишками, чем с девчонками. «Пиратка в юбке» так в их дворе и звали. Но была у нее одна потаённая игра: оставшись одна, мечтала быть мамой с кучей ребятишек, добрым мужем и уютным большим домом, полный яблонь и сирени.
Спорт был его религией. В гараже в коробке мирно пылились кубки, грамоты, медали трофеи юности. На вопрос «зачем хранишь?» неопределенно пожимал плечами. Для родителей скорее. Для мамы с папой, которыми так гордился. Побеждать интересно ради процесса: выкладываться до седьмого пота, а потом приходил тот особый прилив, второе дыхание.
Родителей у нее не стало, когда было семь авария, как назло. Младший брат в одном детдоме, она в другом. Виделись мало, но год за годом стали семьей друг для друга. Недавнее прошлое с казёнными кроватями и линолеумом осталось позади. Теперь жили напротив: район панелек, теплыми подъездами, рыночком и бабушками у подоконников. Лучший друг брат и его семья.
Был тот самый тревожный день. Ее смена заканчивалась, переходила двор автобазы тут тебя догоняет дядя Василич, обнимает по-отечески:
Дурочка, отдохни дома!
Успею, Василич, не переживай.
Он только вздохнул ей вслед, смотря, как она вприпрыжку садится в свою «Ладу».
Праздники бич для всех врачей: мало кто рвётся дежурить. Обычно её ставили в паре с мужчинами: мужчины-коллеги её недолюбливали слишком уж всегда аккуратна, даже после смены. А ей так хотелось, чтобы врач выглядел бодро ну вдруг атмосферу изменишь улыбкой и причёской?
Он по трассе мчал, кубки колотились, Шарик на заднем сидении тёрся и поскуливал. Отец недавно предложил встретить Новый год вместе. Переживал. Он быстро кинул коробку в машину: «Может, дома останутся». Редкие встречи с родителями настоящая ценность. Но за пару дней до праздника раздался звонок ранним утром:
Маме плохо. Голос строгого вида полковника-отца был совсем не по-военному взволнован. Родители вместе с школы. Даже сейчас умудрялись друг-друга разглядывать так, что не верилось в возраст Огонь в их глазах загадка семейная.
Она, уставшая, радовалась, что в дежурке удалось урвать пару часов сна. Пироги накануне испекла, полгорода уже развезла. Если бы была уставшей, Василич точно бы не пустил за руль и сам ее отвёз, счастливый, как ребёнок.
Километров десять и дом родителей. Метет, дорогу почти не видно. Шарик в машине, ворчит, морду треть по стеклу. Дороги вьюжатся да вьюжатся
Мам, пап, держитесь. Кроме вас никого
Шарик лизнул в ухо мол, не унывай, человек.
Прости, дружище, и ты тоже
Она притормозила. Метель невыносимая, на капоте снег толстым слоем. Оставался один пирог, надо было в дачный посёлок за город, к бабуле ее любимой пациентке. Какая бабушка? Языком не называть огонь в глазах, и муж рядом, оба такие светлые вместе Мечта, а не пара.
И тут черная тень прямо подколесами. На фоне белой муки с неба.
Ты откуда, пес? Из леса, что ли? Глаза красивые Почему шерсть мокрая? Свитер в кровь. Глаза слипаются Джек, Джек, дружище Больно Мам, еду Пап, еще чуть-чуть Темнота
До Василича не дозвониться. Поехал за внуками там занесло все, ни одна «Скорая» не проедет.
Ну, парень, держись Господи! Там еще и собака
Она тронулась с места вдруг мимо пролетела серая машина.
Кто-то торопится домой мелькнула мысль. Через пять минут тот же «серый» лежит колесами кверху в кювете, Шарик уткнулся в сугроб, но вроде держится.
Сколько времени вообще? в душе она не любила горячую воду, но сейчас только кипяток согревал. С дрожащими руками плюхнулась прямо на пол ванной усталость валит.
Как ты его вытащила? Богатырь же! звучал в голове голос брата. Тяжесть по всему телу мышцы вспоминают боль.
Мужика, двух собак грузит к себе в машину, на полпути встречает брат помогает. Всё живы, все целы. Вечером возвращается к дачному, отдавать пирог и зачем-то коробку из перевернутого багажника.
Мало ли, вдруг ценно. Главное, живы. Очнется отдам.
Дверь открывает муж той бабушки. Вид растерянный.
Случилось что?
Жена в больнице, вот собираюсь туда. Сына не дождался Гудки и ничего.
Она молчит, опустив глаза.
Может, вас подвезти? предложила девушка.
Доехали молча, метель утихла.
Коробку вижу, откуда она? не выдержал полковник, заметив ее в салоне.
Авария была. Мужчина пытался объехать собаку из лесу машину перевернуло Кубки, медали всё высыпалось
Серая машина, белый пес, а та собака черная? спрашивает тихо.
Она тормозит, поворачивается. Полковник сжал кулаки, молчит.
Жив! И жена ваша поправится, обняла его она.
Дочка можно я так тебя назову?
Конечно в глазах отчаянно застыли слезы.
У жены несколько дней подряд снилась черная собака. У сына белый пес. А эта откуда?..
Глаза прекрасные Грустные первое, что он подумал, приходя в себя. Рядом на табурете дремлет отец.
Мама, авария Всё вспомнил. Глаза той девушки
Новый год справили только к концу января. Мама на поправку шла, отец сиял. Шарик слегка хромал, но уже веселее, а нового хвостика и вовсе не отпускал от себя. Пора было возвращать мальчишек на тренировки каникулы, соревнования скоро. Но в голове всё крутилась та девушка
Собирался уходить тут из окна чердака кричит отец, улыбается лукаво:
Бать, что делать?
Отец махнул рукой смотри, мол. На полках трофеи.
Откуда, товарищ полковник?
Подумай-ка! только и сказал. Я пока Шарика прогуляю.
Она домой возвращалась раньше обычного. Дина ждала не смогла не забрать её у знакомого ветеринара, когда сверху так заглянули карие глаза. Черная, с белым пятнышком на груди в форме сердца, иначе не назвать.
Зашла в подъезд, на автомате дернула свой почтовый ящик, чуть не захлопнула, но заметила белый конверт.
В письме было:
«Я зайду сегодня вечером. Спасибо тебе, родная!
Любовь, как компас, всегда выводит домой».
На столе остывал чай, а Дина взывала к совести у двери и хвостом сметала коврик.
