Вчера я уволилась — без заявления, без двух недель, просто поставила торт на стол, взяла сумку и ушла из дома дочери Оксаны, своей «работодательницы». Зарплатой считалась любовь, но вчера поняла: моя любовь не стоит ничего рядом с новым планшетом. Меня зовут Анна, мне 64, по документам пенсионерка, а по факту — водитель, повар, уборщица, учитель, психолог и скорая помощь для двух внуков, Максима и Даниила. Я — настоящая «деревенская» бабушка, та, что воспитывает всей общиной, но сегодня это чаще всего одна уставшая женщина на кофе и валерьянке. Вторая бабушка, Светлана, видит детей дважды в год, живёт у моря, дарит планшеты и веселье. Вчера на день рождения Максима я связала ему одеяло и испекла торт, а Светлана — принесла дорогие планшеты и мгновенно стала героем праздника, а я превратилась в «ежедневную бабушку». Бабушку, которую не замечают. Когда меня назвали скучной, я сложила одеяло, сняла фартук и сказала: «Я — всё». Я ушла и проснулась впервые за много лет без боли в спине. Любовь — это не самоуничтожение, а бабушка — не бесплатный ресурс. Если хотят бабушку режима — пусть уважают режим. А пока… возможно, я запишусь на танцы. Говорят, так делают «весёлые бабушки».

Вчера я уволился.
Без заявления, без двухнедельного срока.
Просто поставил на стол тарелку с тортом, взял свою сумку и тихо вышел из квартиры дочери.

Моя «работодательница» моя собственная дочь, Мария.
Зарплата как я верил всё это время любовь.

Но вчера понял: в экономике родных моё тепло ничего не значит рядом с новеньким смартфоном.

Меня зовут Владимир. Мне 64 года.
В паспорте пенсионер, медбрат на пенсии, живу на небольшую пенсию в пригороде Санкт-Петербурга.

Фактически я водитель, повар, уборщик, домашний учитель, психолог и личный «Скорой» для двух внуков: Илья (9 лет) и Кирилл (7 лет).

Я та самая «родовая деревня».

Помните как раньше: «Ребёнка воспитывает всё село»?
В наше время это обычно один уставший дедушка, который живёт на крепком чае, корвалоле и компрессах.

Мария трудится в рекламе.
Её муж, Сергей, финансист.
Люди они неплохие, если честно.
Вечно уставшие, занятые, садик дорого, школа сложно, секции настоящие квесты.

Когда Илья только родился, оба смотрели на меня взглядом тонущих.

Пап, нам не по карману няня, тогда Мария едва не расплакалась. Да и чужому не доверяем. Только тебе.

Я не стал спорить.
Не хотел быть для них лишним.
Стал опорой.

Мой день начинается в 5:45.
Еду к ним варю кашу, настоящую, потому что Кирилл откажется от быстрой.
Собираю детей, вожу их в школу.
Возвращаюсь мою полы, которые не пачкал, и туалет, которым не пользовался.
Потом опять школа, секция, английский, футбол, домашка.

Я дедушка-режим.
Дедушка «нет».
Дедушка правил.

Есть ещё Татьяна, мама Сергея.
Живёт в новой квартире у Финского залива.
Лицо молодо, машина свежая, отпуск каждые полгода.

Видит внуков дважды в год.

Татьяна не знает, что у Ильи аллергия.
Не разбирается, как успокоить Кирилла, когда тот нервничает из-за математики.
Ни разу не стирала детское кресло после поездки.

Татьяна бабушка «да».

Вчера Илье исполнилось девять лет.

Готовился заранее, денег немного, но хотелось подарить что-то настоящее.
Три месяца вязал ему плотный плед он плохо спит, выбрал любимый цвета.
Всё вложил тепло и заботу.

И сам испёк торт, домашний, по старому рецепту.

В 16:15 позвонили в дверь.

Татьяна ворвалась духи, причёска, пакеты.

Где мои зайчики?!

Внуки оттолкнули меня, бросились к ней.

Бабушка!

Села на диван, открыла красивый мешок.

Я не знала, что выбрать, поэтому купила по последнему слову техники, сказала она.

Два игровых планшета самые навороченные.

Без ограничений, подмигнула. Сегодня мои правила!

Дети забыли обо всём о торте, о гостях.

Мария и Сергей радостно улыбались.

Мам, ну зачем так? пробурчал Сергей, наливая ей шампанское. Баловать их постоянно нельзя.

Я стою с пледом в руках.

Илья… у меня тоже подарок… торт испек…

Он даже не посмотрел.

Не сейчас, дед, я тут уровень прохожу.

Я всю зиму вязал

Он вздохнул:

Сейчас плед никому не нужен. Татьяна планшеты принесла. Почему ты всегда такой скучный? Только еда и вещи от тебя.

Посмотрел на Марию.

Ждал, что она вмешается.

Мария смущённо посмеялась:

Пап, не обижайся. Он ведь ребёнок. Конечно, планшет интереснее. Татьяна это «весёлая бабушка», а ты… ты каждый день.

Обыденный дедушка.

Как обычная посуда. Пробка на Московском нужная, но незаметная.

Я бы хотел, чтобы Татьяна жила с нами, сказал Кирилл. Она не заставляет делать уроки.

В этот момент что-то внутри у меня оборвалось.

Я сложил плед.
Поставил на стол.
Снял халат.

Мария. Я всё.

В смысле? Торт резать?

Нет. Совсем всё.

Взял сумку.

Я не бытовая техника, которую можно выключить. Я твой отец.

Пап, подожди! она вскрикнула. У меня завтра дела! Кто заберёт детей?!

Не знаю, отвечаю. Может, продадите планшет. Пусть «весёлая бабушка» посидит.

Пап! Ты нам нужен!

Я остановился.

Вот в этом и беда. Я нужен, а меня не видят.

Я вышел.

Сегодня проснулся в девять.
Варил себе кофе.
Сидел на балконе.

Впервые за много лет у меня не болела спина.

Я люблю внуков.
Но больше не буду бесплатным работником под соусом «семьи».

Любить не значит стирать себя в ноль.

А дедушка не запасной ресурс.

Если нужна дисциплина пусть уважают мою дисциплину.

А пока…

Запишусь на танцы. Говорят, это делают настоящие «весёлые дедушки».

Жизнь слишком коротка, чтобы забывать о себе.