Тётя в гостях, жена в слезах
Меня разбудил громкий звонок в дверь. На другой стороне кровати просыпалась моя жена. Осторожно погладив её по плечу, я прошептал:
Дорогая, лежи, я сам посмотрю, кто там.
Я прошёл к двери и спросил едва слышно:
Кто там, так поздно?
Открыв дверь, я увидел на пороге свою тётю с огромной сумкой в руках. Позади неё, переминаясь с ноги на ногу, стоял её муж, мой дядя.
Ох, племянничек! воскликнула тётя. Ну что, не рад меня видеть? Иди, обними свою тётушку! она схватила меня за руку так крепко, будто хотела задушить в своих объятиях.
“Прощай, покой!” с тоской подумал я, таща тёткины вещи по коридору.
Остаток ночи прошёл в сплошной суматохе. Тётя наотрез отказалась спать на диване дескать, ему очень неудобно. Потом она сказала мне, что, возможно, я сам бы смог её уложить спать.
Моя жена была в полном недоумении. Не прошло и часа с приезда тётки, а та уже перевернула вверх дном всю квартиру. В конце концов, все легли спать. Тётя с дядей заняли кровать, а мне с женой достался диван.
Как думаешь, надолго они к нам? прошептала мне жена за завтраком.
Не знаю. Спрошу вечером, когда вернусь с работы, пробурчал я.
Жена продолжала нервно вслушиваться в храп из спальни и взмолилась:
Я их тихо боюсь, вернись пораньше, пожалуйста!
Постараюсь, пообещал я и ушёл на работу.
Когда я вернулся домой, меня встретил накрытый стол.
Ну-ка, племяш, проходи, будем отмечать нашу встречу! позвала тётя из кухни.
Жена шепнула так, что услышал только я:
Как я рада, что ты пришёл!
Все уселись за стол.
Тётя Мария, надолго вы к нам? осторожно спросил я.
Уже выгоняешь нас? Ну всё понятно, тут нас не ждут, забурчала тётя, повернувшись к дяде.
Да что ты, тётя! Живите сколько хотите! растерялся я.
Мы останемся у тебя, Ваня, навсегда. Мы свою квартиру уже продали. Ты единственная наша семья. Не собираешься же ты выгнать тётку с дядькой на улицу? Потерпи нас оставшееся время! театрально всхлипнула Мария.
У меня отвисла челюсть от удивления, а жена поспешила выбежать из комнаты, сдерживая слёзы.
В комнате повисла неловкая тишина. Дядя спокойно доедал свою салат.
Ну и чего ты молчишь? прикрикнула тётя на мужа. Только и можешь, что есть. Хоть бы слово сказал.
Дорогая, я полностью с тобой согласен, кивнул он.
Ах ты тряпка! вспыхнула тётя. Всё решаю я, а он всё только соглашается. Какой же он муж? она повернулась ко мне. А ты счастлив, племянничек?
Живите, сколько хотите, вымолвил я и тут же услышал, как жена всхлипывает у двери.
Я нехотя взялся за вилку. Тётка с дядей уплетали наготовленное, будто давненько не ели.
Когда со стола было снято всё, Мария откинулась на спинку стула и сказала:
Сытно. Ваня, я пошутила. Мы здесь всего-то на обследование в больнице, задержимся дня три. А ты, племяш, молодец. Испугался, но не растерялся не забыл о семье. После моей смерти квартира тебе останется: своих детей у нас нет, ты мой единственный наследник.
Я никогда ещё не чувствовал такого облегчения, поэтому с улыбкой сказал:
Тётушка, тебе бы жить сто лет! Пока дядя с тётей гостили у нас, жена моя превратилась в девочку, что только и делала плакала из-за того, что никак не могла угодить тёте: борщ не такой, котлеты жестковаты, бельё не так постирано, пол не по-русски вымыт.
При прощании тётя прошептала мне на ухо:
Как ты женился на такой плаксивой? Она что, беременна? Всё время слёзы да слёзы.
Когда за родней захлопнулась дверь, жена пустилась в пляс от радости:
Может, не вернутся! сказала она с надеждой.
Не знаю Думаю, тёте у нас понравилось.
Я больше не выдержу! простонала она.
Вдруг снова затрезвонил звонок.
Да ладно, опять? я подпрыгнул, а потом рассмеялся. О, это всего лишь будильник значит, впереди отличный день!
