Я построила дом на земле свекрови. Муж умер, а она решила продать участок ради своей дочери. Я позвонила трактористу.
Когда мы с мужем познакомились, были молоды, влюблены и бедны, как церковные мыши. Женились стремительно, наплевав на советы доброжелателей. Любовь окрыляла, казалось, всё по плечу. Мать мужа предложила нам кусок своей земли.
Стройтесь здесь, сказала она. Земли навалом, всей мне точно не надо.
Мы с мужем переглянулись глаза загорелись надеждой. Появился шанс. Стали копить каждую копейку. Он работал на стройке с темна до темна, я же бралась за всё подряд: домработница, портниха, репетитор. По выходным вместе крутились на участке кирпич за кирпичиком, возводили свой угол.
Помню его мозолистые руки и уставшую, но счастливую улыбку в конце дня.
Будет у нас красота, говорил он, целуя меня в лоб. Тут нам детей растить.
Три года понадобилось. Три года экономии, кредитов, бессонных ночей. Зато получилось: поставили дорогущую металлическую крышу, пластиковые окна, сделали настоящую ванную с плиткой, которую я подбирала сама. Муж даже маленький бассейн во дворе устроил.
Дети будут летом плескаться, гордился он.
Дом не был дворцом, но был наш. Каждая стена пропитана потом, любовью и мечтой.
Свекровь часто приходила в гости. Сидели, пили чай на лавочке перед домом, делилась радостью. Её дочь практически не появлялась, но если и заезжала, смотрела на дом как на бельмо и завидно, и гадливо.
А потом грянул тот самый чёртов вторник.
Муж утром ушёл на работу, как всегда, обнял меня у двери:
Вечером увидимся. Люблю тебя.
Это были его последние слова.
Говорят, всё случилось мгновенно. Балка. Не мучился. Я да.
Погрязла в боли так глубоко, что дышать забывала. Через две недели после похорон выяснилось: я беременна. Четыре месяца. Девочка. Мечта без него.
Сначала свекровь каждый день приходила еду носила, обнимала. Думала: хотя бы не одна. Но через месяц всё изменилось.
Воскресенье. Я гладила живот в гостиной, когда услышала их машину. Зашли без стука. Свекровь смотрела мимо.
Нам нужно поговорить, сказала она.
Что случилось? спросила я, леденея внутри.
Моя дочь в тяжёлом положении. Развелась. Ей негде жить.
Жаль Если надо, пусть поживёт, пока не устроится
Нет, перебила она, ей НУЖЕН этот дом.
Мир застыл.
Что?
Земля моя, сухо бросила свекровь. Была и есть. Вы строили, а земля моя. Сына нет и всё.
Но мы всё здесь сделали! голос дрожал. Каждый рубль, каждая плитка
Жалко, что так вышло, сказала дочь. Но юридически дом стоит на нашем участке. Значит, и дом наш.
Я же беременна от его сына! закричала я.
Вот именно, сказала свекровь. Сама с ребёнком не справишься. За улучшения кое-что получишь.
Открыла пакет. Внутри смехотворная сумма. Насмешка.
Это издевательство, ответила я. Не согласна.
Тогда уйдёшь с пустыми руками, фыркнула она. Решение принято.
Я осталась в доме, который мы строили с любовью. Продолжала рыдать по мужу, по ребёнку и по разбитой жизни.
В ту ночь сон не пришёл. Обошла все комнаты, потрогала стены. Тогда и приняла решение.
Если мне этот дом не достанется, им он не достанется и подавно.
На следующий день начала обзванивать специалистов. Разобрали крышу, сняли окна, унесли бассейн, трубы, проводку всё своё.
Вы уверены? подозрительно спросил рабочий.
Абсолютно, отвечаю.
Свекровь примчалась в бешенстве:
Ты что вытворяешь?!
Забираю своё. Вам нужна земля вот она!
Документов никаких не было только наш труд.
В тот день приехал экскаватор.
Точно решились? спросил тракторист.
Это уже не дом, сказала я. Дом умер вместе с моим мужем.
Машина завелась. Стены падали. Боль была страшная, но появилась лёгкость.
Когда всё закончилось, остались лишь руины.
Живу теперь у мамы, в крохотной комнате. Продала крышу, окна, на эти деньги проживём до рождения дочки.
Буду рассказывать ей про отца. Как строили дом сами. И научу: когда жизнь у тебя всё отбирает главное, чтобы достоинство не отняли.
А ты как считаешь, правильно я поступила, или надо было молча уйти и всё оставить?
