Вот теперь хоть дышать можно свободно, а то все как в бабкином сундуке было, чесслово! разнесся по кухне пронзительный и явно довольный голос, который Анна Павловна различила бы среди тысячи.
Она так и застыла прямо в прихожей, не успев опустить на пол мешки с дачными гостинцами, политрусы и яблочный запах, который повис в воздухе, мгновенно растворились в ядовито-лакированном химическом аромате и чужих резких духах. Ключ вошел в замок подозрительно мягко, скрип любимой рассохшейся доски у входа куда-то исчез.
Анна Павловна шагнула вперед и огляделась. Прихожую не узнать. Куда подевалась старинная вешалка из ореха, которую строгал еще покойный муж, Василий? На стене висят какие-то гнущиеся хромированные крючки ну, как в местном травмпункте. Зеркала в раме с розочками и петушками больше нет теперь просто стекло в пластиковом уголке.
Сердце застучало тревожной барабанной дробью. Анна Павловна заглянула в гостиную и ахнула: прижала ладонь к губам вот это удар!
Комната пустая. Ну, почти но абсолютно чужая, без души, без уюта, без прошлого. Пропал дубовый шкаф, куда она складывала сервиз «Гжель» и тонкий хрусталь из Чехии. Исчезла библиотека, собираемая Василием по книжным развалам и подпискам тридцать лет, тургеневские тома соседствовали с энциклопедиями, и всем тут было тесно, но мило. Исчезло любимое качающееся кресло у окна.
А теперь диван-кирпич. Цвета серого бетона, всю гостиную занимает. На стене черный телевизор размером с половину всей квартиры. На полу белоснежный ковер будто кусок снегирицы вывалился из холодильника. И стены унылый, больничный, холодно-серый цвет.
Анна Павловна! на кухню вылетела Ирина, невестка, вся в коротеньком халатике и с кружкой болотного напитка. Уже вернулись? Мы вас к вечеру только ждали, что так рано? Электричка, что ли, не задержалась?
Следом выполз сын, Саша, грустный и виноватый прямо щенок, которого отругали.
Где? только и выдохнула Анна Павловна, жестом обвела это унылое пространство. Где все?
Что «все»? Ирина захлопала наращенными ресницами. Ну вы про мебель, что ли? Так мы сделать вам решили подарок! Пока вы на грядках копались мы тут ремонт-перемену навели. Сейчас модно светло и широко! «Минимализм» называется. Красота, не правда ли?
Где мои вещи? голос задрожал, колени тоже. Смотрела на сына. Саша Где ваш отцовский шкаф? Где книги? Где машинка «Чайка» моя?
Саша прокашлялся, будто это поможет выглядеть уверенней:
Мам, ну Не переживай мы это, вывезли. Все!
Куда? На дачу? В кладовку?
На мусорку, Анна Павловна, вмешалась Ирина, отпивая свой зелёный сок. Да правда, зачем вам этот скарб? Шкаф у вас рассохся, только место занимал. От книг пыль одна. Кто их сейчас читает? Всё в интернете есть: хочешь Лермонтова, хочешь колбасу солить. Аллергия от этих книг, клещи какие-то
У Анны Павловны потемнело в глазах. Ухватилась за косяк.
На помойку? Мою библиотеку, что Василий всю жизнь собирал? Машинку, которую я и вам, и соседям полгорода джинсы штопала и занавески корпела? Хрусталь, что с Васей из Праги в газетах везли?
Тьфу, это вообще совдепия! отмахнулась Ирина. Всё по нынешнему делаем: Икея, Сканди, Хюгге! Машинка ваша на ножной привод бандура жуткая, три мужика тащили! Мам, вы же жаловались: тесно, неудобно! А теперь просторно. Энергия Ци гуляет! Визуальный шум убрали!
«Визуальный шум» эхом проглотила Анна Павловна. А меня спросили? Квартира-то моя. Вещи мои!
Ой, начинаем, закатила глаза Ирина. Денег кучу угробили, кредит оформляли, а вместо «Спасибо» нам скандалишь! Как Плюшкин, чесслово патологическая привязанность.
Саша набрал в грудь воздуха:
Мам, ну ты чего? Всё старье было! Теперь у тебя диван ортопедический, спать мечта!
Анна Павловна всмотрелась в сына. Ни стыда, ни раскаяния, лишь желание быстрее закончить этот ужас и разлегшись на новом диване смотреть новости.
Когда вы всё это выбросили? спросила она ледяным тоном.
Три дня назад, как ремонт начали, махнула рукой Ирина. Наняли грузчиков, за час всё вынесли уже и вывезли и забыли! И не ищите, Анна Павловна, глаза только позорьте!
В своей комнате Анна Павловна обнаружила сиротливый пенал вместо спальни комод исчез, зеркальце простое, шкатулка с пуговицами пропала, фотоальбомы тоже.
А альбомы? крикнула она.
Всё в макулатуру! отозвалась Ирина бодро. Оцифруем если надо. Бумажные фото это уже позапрошлый век! Экология!
Анна Павловна села на краешек дивана. Вместо слёз каменная пустота. Всё, чем жила книги, альбомы, вазочки и даже нитки оказалось «визуальным шумом» и мусором, на помойке. Тридцать лет брака смяли и погрузили в грузовик.
К ужину не вышла. Лежала в темноте, слушала, как Ирина учит Сашу, что надо покупать миндальное молоко, а ещё, мол, теперь у них дома «гуляет энергия Ци».
Квартира была ее. Сын прописан, но вся собственность по документам на ней. Пусть поживут, думала, пока на ипотеку не соберут. Вот только три года собирают а все деньги на фитнес, маникюр и Турцию, коммуналку опять платит она из пенсии. Детям «помогает»
Утром Анна Павловна вышла на кухню с абсолютно спокойным лицом.
Будете сырнички? Без сахара стевия и кокосовая мука, бодро щебетала Ирина. ПП, понимаете?
Спасибо, чай погрею, вздохнула Анна Павловна. Саша уже ушёл?
Да, на работу. Я сегодня саморазвиваюсь: вебинар про порядок смотрю! Я за всем присмотрю, вы отдыхайте.
Ну, я тогда поеду к сестре, в Люберцы, до вечера наверное, нервы подлечу. Давление подскакивает.
Флаг в руки! радостно подхватила невестка.
Анна Павловна оставила Ирину на хозяйстве, а сама вышла. Через пару часов вернулась: к тому времени Ирина уже «саморазвивалась» где-то в салоне красоты.
Анна Павловна надела рабочий халат, повязала платок и достала из кладовки здоровенные мешки, что остались после ремонта.
Зашла в комнату молодых. Обычно не нарушала «чужих границ», но Ирина эти границы уничтожила сама.
Вся комната царство шопоголика. На туалетном столике горы банок, тюбиков, пузыречков. Сыворотки, маски, кремы по цене нового холодильника, лампа для селфи, бижутерия, тридцать палеток теней.
Анна Павловна начала «вести порядок».
Визуальный шум пробормотала она с удовольствием. Будет вам порядок.
Засвистели в мешках баночки Chanel, Dior, корейские редкости, бутылёк за пять тысяч, сыворотка за десять. Всё, не разбирая полный или пустой флакон. Дальше шкаф: одежда висит так плотно, что комом выходит. Платья с бирками, десяток джинсов. Ботфорты, туфли величиной с голову, куртки и пуховики.
Пылесборник, пришла к выводу Анна Павловна, укладывая добро в мешки. Синтетика, глаз режет!
С последним мешком взялась за декор: буддистские головы, свечи, ловцы снов, постеры со слоганами на ломаном английском.
Кому это надо шепнула.
Через два часа шестьнадцать здоровых мешков и абсолютная пустота: только кровать и табуретка.
Мешки не понесла к контейнеру, нет, она заказала Газель, погрузила и отправила всё к брату на дачу, пусть там в сарае полежат.
Протерла полы, заварила себе чаю, открыла недавно купленную на развале книгу (с запахом типографской краски!) и села ждать.
Часа через три вернулась Ирина вся на бодрых щах, с пакетами.
Анна Павловна, вы уж вернулись? Как-то быстро. Всё в порядке?
Ну да, спокойно отпила чаю свекровь. Следую твоему примеру: навожу порядок. Организация пространства!
Ирина неприязненно скривилась, но прошла в комнату переодеться. Следом с университетским визгом вылетела обратно:
Где?! Где мои вещи?! Где моя косметика?! Где шуба?!
Не кричи, Ирочка, спокойно отпила чаю Анна Павловна. Я просто освободила пространство. Столько хлама, столько пыльных банок и тряпок. Ты же говорила: энергия застоялась! Разгрузила тебе жизнь!
Это мои вещи! срываясь на писк, задыхалась Ирина. Вы хоть представляете, сколько всё это стоит?! Да вы… Я в полицию!
Вызывай, пожала плечами Анна Павловна. Пусть определят, как называется то, что вы устроили с моими вещами: памятью, книгами, сервизом от мужа! Ты сказала: мусор. Я посмотрела на твои «сокровища» и решила: мусор!
Тут зашел Саша. Видит: жена красная, Анна Павловна ледяная.
Саша! Она всё выбросила! Всё!
Мам, и правда, не перегнула ли ты…?
Нет, сынок: я от души помогла освободить пространство. Минимализм. Теперь у вас настоящий фен-шуй можно устраивать. Можете хоть йогой заняться!
Не имели права! орала Ирина. Это моё!
А библиотека моя. А машинка моя. А спросить меня надо было, прежде чем выкидывать на помойку мою жизнь! Теперь мы квиты.
Где вещи?! шепела Ирина. Если на помойке, не прощу!
Не на помойке. В сарае у брата. Но адрес не скажу. Пока.
Что значит «пока»?
Значит, собираетесь и чинно выдвигаетесь куда желаете: гость вы у меня, не прописаны. У меня уже слесарь во дворе, через час поменяю замок. А свои вещи получишь, когда библиотеку вернешь. Машинку и хрусталь тоже.
Но мы же всё выбросили! в отчаянии визгнула Ирина.
Значит, и твое добро подождет. Не найдешь дело твое.
Скандал продолжался полчаса. Через сорок минут собрали документы, зубные щетки, пакеты и ушли. Юркнули, хлопнув дверью так, что вся лестница дрогнула.
Через пять минут пришёл дядя Миша и поменял замок.
Осталась Анна Павловна одна в чужой, серой, но вдруг облегченно-свежей квартире. Впервые за годы легко вздохнула.
На следующий день дала объявление: «Куплю или приму в дар советскую мебель, бытовую технику, библиотеку». За неделю притащили старый, но крепкий сервант, полку, машинку «Чайка» 1981 года. Поскрежетала новыми-старыми ножками по полу. Купила на Авито ковер шерстяной, с узорами.
Книги и машинку вернула Ирине через две недели: Забери, что чужое мне не надобно.
Пришел Саша, похудевший, виноватый.
Прости, мам. Сняли квартиру дорого, не тянем. Ирина клянется: больше ни слова…
Нет, сынок, мягко сказала Анна Павловна. Люблю, но жить буду среди родных вещей, а вы стройте своё счастье. Минимализм и энергия Ци на новоселье, пожалуйста.
Саша забрал мешки и ушел.
Анна Павловна осталась наедине со своим бытом: ковёр, книжки, швейная «Чайка», фотки мужа на комоде. Завела чайник, налила покрепче, села к окну. Взяла свежий кусок ткани, нажала на педаль машинки. Легкий, дорогой сердцу стук наполнил комнату. Она шила новые занавески с цветочками, чтобы никакого визуального шума. Только уют.
Иногда, чтобы что-то по-настоящему ценить, надо всё потерять. А иногда достаточно выдворить из жизни тех, кто не ценит тебя. И тогда даже в серых стенах можно вернуть себе счастье и свой фен-шуй только по-русски, чтоб с пирожками и швейной «Чайкой».
Понравилось? Подпишитесь! Дальше будет интересней жизнь ведь продолжается.
