Проучила и мужа, и свекровь, и золовку
Где мой ужин, Мария? Я спрашиваю, где есть?!
Мария даже не повернула головы к мужу. Сидела на краю дивана, медленно укачивая на руках младенца, из пеленок доносился хриплый всхлип.
Максим, тише, одними губами проговорила Мария. Только успокоилась Полдня провела в поликлинике, потом в аптеке, потом
Мне плевать, где ты была! муж без раздумий вошёл в комнату, не сняв даже сапог. Я работаю. Я вас кормлю и тебя, и ребенка!
Я хочу приходить домой и видеть на столе горячий борщ, а не твое уставшее лицо и этот бесконечный плач.
Чем ты, интересно, весь день занималась?
Я лечила нашу дочь, наконец, Мария подняла на него взгляд. Опять щёки все покрылись сыпью.
Врачи сами не знают, что делать, ищу мази сама.
Ты хоть раз спросил, как она себя чувствует?
А что тут спрашивать? Орёт живой ребенок! Ты мать, вот и занимайся.
Твоя обязанность обеспечить мне порядок. Я ради чего женился?
Чтобы жевать магазинные котлеты и ночами не высыпаться?
Ты женился для собственного удобства, устало отрезала Мария. А я тебя выбрала только потому что все твердили: «Пора, Машенька, пора».
Вот тебе это «пора»!
Максим поморщился, пнул ногой коляску в углу. Коляска откатилась, врезалась в комод. Дочка в руках Марии завопила еще громче.
Укрой её, процедил Максим. Иначе сам укрою за себя не ручаюсь.
Год назад жизнь Марии выглядела совсем иной. Она была той самой красавицей, за которой оборачивались мужчины: утонченные платья, светлая голова, все выходные расписаны заранее.
Максим казался идеалом: рослый, с характером, целеустремленный.
То сходились, то разбегались с громкими выяснениями отношений, а потом с те же громкими возвращениями друг к другу.
Когда Максим подарил кольцо, Мария колебалась, но родители настояли.
Машенька, пора бы уже, резала пирожки мама. Тебе двадцать семь.
Максим парень надежный, из хорошей семьи. Квартиру возьмёте. А дети? Кто тебя в старости воды подаст?
Мам, какая старость? Я о работе думаю, проект новый начинаю.
Работа пшик, буркнул отец, отрываясь от «Коммерсанта». Женщина без семьи как берёза без корней. Завянет и не заметишь.
Максим тебя любит, характер дело наживное, пообтрётесь.
Мария уступила. Слабость, о которой потом пожалела, ночами не находя места от тоски.
Свадьба была широкой, квартиру в ипотеку взяли, а беременность как снег на голову.
Сразу всё закрутилось: не успела понять себя женой, как уже стала матерью.
Очень ждала сына. Мечтала: будет ходить на хоккей, будет похож на неё спокойный, умный.
На УЗИ сказали: «Девочка». И внутри будто кто-то порвал нить.
Роды стали кошмаром. Осложнения, капельницы, затхлый больничный коридор и невидимая тоска.
Когда выписали, Мария словно склеенная ваза, вся в трещинах.
Смотрела на малышку в кроватке и кроме раздражения не чувствовала ничего.
Почему она всё время орёт? шептала маме, приехавшей помочь.
Колики, Маруся, нужно терпеть. Все терпели. Ты терпи. Есть хочет.
Она грудь не берёт, мне больно, мам!
Значит, плохо стараешься. Ты мать теперь у тебя нет «хочу». Есть «надо».
Максим в это время устранился. Сначала пытался изображать заботливого папу, да быстро сдался.
Раздражала дочка, раздражали пелёнки, а больше что Мария перестала быть личной хозяйкой и утешением.
***
Мама звонила, сказал Максим на кухне, наблюдая, как Мария одной рукой помешивает пустой суп, а другой держит ноющую дочь. Жалуется, Карина опять вся в слезах.
Карина сестра Максима, на три года старше, замужем много лет, детей нет.
Каждый раз, когда Карина видела Машины фотографии в интернете или слышала о племяннице, закатывала скандал.
И что мне делать? Извиняться, что родила? Мария бросила ложку.
Ты бы вела себя скромнее. Мама говорит, ты только и делаешь, что хвастаешься своим материнством.
И вообще, мама считает тебя плохой хозяйкой. Пыль по углам, Мария.
Твоя мама не была у нас две недели, Максим. Как она знает про пыль?
Она всё видит, стукнул кулаком по столу Максим. Она права. Посмотри на себя. Халат грязный, лицо безжизненное. Распустилась как колхозница.
Если бы ты хоть раз помог ночью
Я работаю! закричал он. Запомни раз и навсегда! Деньги приношу я, а твоё дело дом и ребёнок.
В субботу на дачу к твоим. Они просят воздух для малышки. Мои будут тоже.
Я не хочу на дачу! Там холодно, воды нормальной нет, твоя мама с моей будут обсуждать меня за спиной.
Не волнует. Родители сказали значит поедем. Соберёшь всё к восьми. И без нытья.
***
На даче стало ещё хуже. Родные Марии, воодушевлённые ролью бабушки и дедушки, вырывали младенца из рук.
Мария, неправильно держишь! кричала её мама из беседки. Поддерживай голову! Дай-ка я сама.
Не трогайте меня, выходила она в дальний угол сада.
Максим же на даче демонстративно игнорировал и жену, и дочь. Сидел с тестем, разбирая коробку с инструментами, только поддавал масла, когда свекровь начинала на Машу шипеть.
Ой, Машенька, снова у малышки щёки в сыпи? подошла к коляске Анна Павловна, свекровь, щурясь. Плохо следишь. Наверно, диету не держишь.
Вот Кариночка моя, если бы у неё был малыш, она бы за ним ухаживала аккуратная
Пусть и родит, кто мешает? резко бросила Мария.
Анна Павловна всплеснула руками.
Максим! Ты слышал? Она смеётся над несчастьем Карины!
Максим встал, схватил Марию за руку и больно сжал.
Извинись. Быстро.
Отпусти! Больно же!
Извинись, ты совсем границ не ощущаешь?
Родители Марии стояли рядом, но встали не на её сторону.
Мария, не груби матери мужа, мрачно заметил отец. Максим прав, уважение иметь надо.
В тот момент Мария поняла: она одна. Против неё все.
Муж хочет от неё только уюта, родители заботятся о своём статусе, а свекровь подтачивает их брак завистью.
***
Всё рухнуло через неделю после возвращения в город.
Дочь изнывала животом, Мария не спала вторые сутки.
Когда девочка, наконец, забылась, Мария присела возле холодильника прямо на кухонный линолеум и прикрыла глаза, чтобы хоть немного отдохнуть.
В прихожей хлопнула дверь. Максим заходил с работы рассерженный до предела.
Почему в коридоре пакеты с мусором? с порога бросил.
Мария не отвернулась к нему. Не было сил.
Ты глухая? шагнул на кухню, задев Машу ногой. Встала и выбросила! Быстро!
Вынеси сам, еле слышно прошептала. Я не могу, у меня поясница немеет, и я сейчас просто рухну. Пусть хоть час посплю, Максим. Прошу.
Ты не можешь?! схватил её за халат, потащил на ноги, ткань лопнула под пальцами.
Смотрите на неё: королева устала. Другие и пятерых рожают, на ферме пашут, а ты с одной ребёнком валишься!
Из комнаты опять раздался плач. Максим вбежал туда, лицо налилось злостью.
Опять визги! подбежал к кроватке, с силой тряхнул. Заткнись!
Маленькая девочка захлёбывалась от ужаса.
Мария кинулась перекрыть дорогу мужу.
Не трогай! Не подходи!
Она мне жизнь сломала! сжал кулаки и ударил Марию по лицу.
Она отлетела к стене, остро ударившись головой о шкаф.
В голове помутилось. Но страшнее было другое: Максим снова подступил к кроватке и со злостью ущипнул малышку за ножку.
Девочка так закричала, что Мария не выдержала.
В этот миг всё усталое, обиженное, безразличное ушло. Остался только гнев.
Мария схватила тяжёлую фарфоровую фигурку нелепый подарок свекрови и шагнула вперёд.
Ещё раз, тихо процедила она, поднимая руку, ещё раз тронешь её голову проломлю.
Убирайся.
Максим обомлел.
Ты с ума сошла, Маша? Ты у меня дома!
Квартира совместная, Мария чётко выделяла каждое слово. Ипотеку гасили из моих декретных, из твоих премий, а часть закрыл мой отец. Здесь всё пополам.
Но мне всё равно. Проваливай, пока я не вызвала полицию и не сняла побои.
След от твоей руки у меня на щеке. А на её ножке синяк.
В тюрьму посадить не посадят, а вот жизнь я тебе испорчу, будешь всю зарплату адвокатам отдавать.
Мария вышла из комнаты и вызвала наряд.
***
Долгое разбирательство. Максим таскал маму, сестру те звонили Марии, угрожали, крыли матом. Но она их блокировала.
Родители Марии явились «мирить» молодую семью, но Мария не пустила за порог.
Или вы со мной, или забывайте дорогу в мой дом.
Ваш зять поднимал руку на новорождённую внучку. Если вы это нормально считаете нам не о чем говорить!
Отец промолчал, мама плакала, но, увидев синяк на ножке малышки, замолчали оба.
Жестокость к малышу нельзя простить признали они.
Мария не только подала на развод она пришла к Максиму на работу. Спокойная, с папкой документов, без истерик.
Показала начальнику службы безопасности, знакомому отца, видео с камеры-няни, которую сам же Максим купил до рождения дочери.
Там было всё и крики, и тот самый момент у кроватки.
Максима тихо попросили уйти «по собственному желанию». В их организации скандал такого рода приговор.
Свекровь, узнав, что сын уволен, слегла с гипертонией; Карина, опасаясь, что видео появится в интернете, вдруг затихла и перестала писать Марии гадости.
***
Теперь Мария живёт спокойно. Да, не всегда хватает денег, но она стойко справляется.
Максим отказался от доли в квартире в счёт алиментов Марии это устроило.
Семья бывшего мужа тут же забыла о ребёнке, отец не навещает.
А новым женщинам Максим говорит: «Я никогда не был женат».
