БЕЗ ДУШИ…
Давным-давно, когда память свежа, а чувства теперь затерты годами, Клавдия Васильевна возвратилась домой после похода в любимую парикмахерскую. Неважно, что за плечами уже шестьдесят восемь лет, в ней жила привычная строгость к себе голова всегда аккуратна, ногти ухожены, а такие простые радости словно заново зажигали огонь жизни.
Клавочка, тебя какая-то родственница искала. Я сказал, что появишься позже. Она обещала ещё прийти, доложил ей муж Юрий Петрович.
Какая ещё родственница могла ко мне заглянуть? Всех уж давно нет… Наверняка далёкая родня, что-нибудь выпросить захочет. Надо было сказать, что я уехала за тридевять земель, буркнула Клавдия, недовольно щурясь.
Да что ты, почему же так? Зачем обманывать? Мне показалось, она точно из твоих высокая, статная, напоминает покойную тёщу, и одета достойно, интеллигентно. Вряд ли попрошайничать пришла, осторожно возразил Юрий.
Минут через сорок раздался звонок в дверь. Клавдия сама открыла, пустила незнакомку на порог. Та и правда походила на ушедшую мать: элегантная, с дорогим московским пальто, сапожками на каблуке, в руках кожаная сумочка, серьги с мелкими бриллиантами. В его мире Клавдия разбиралась отлично.
Женщину усадили к накрытому столу. Тон задался деловой, отстранённый.
Давайте уж знакомиться, раз уж родственники объявились. Я Клавдия… можно просто так, без отчества. Вижу, вам тоже больше пятидесяти. Это мой муж Юрий Петрович. По какой ты мне линии родня? спросила она, холодно.
Гостья замялась, щеки её полыхнули румянцем:
Я… Галина Владимировна. Действительно, мы почти ровесницы: мне 50 исполнилось двенадцатого июня. Вам дата ничего не напоминает?
Клавдия вдруг стала бледна, словно поперхнулась воздухом.
Вижу, вы догадались… Я ваша дочь. Не переживайте, ничего от вас не требую просто хотела, наконец, взглянуть в лицо матери. Вся моя жизнь сплошное недоумение: почему мама не любит меня? Маму не стало уже восемь лет назад. А папу потеряла совсем недавно, два месяца прошло… Перед смертью он всё мне рассказал. Просил передать вам, чтоб простили его, если сможете, тихо поведала Галина.
Я ничего не понимаю… Клавдия, у тебя дочь есть? в недоумении спросил муж.
Значит, выходит, есть… Потом все расскажу тебе, твёрдо произнесла Клавдия.
Значит, дочь… Приехала, посмотрела? Если ждёшь от меня раскаяния и прощения не дождёшься. Моей вины тут нет, сказала она Галине жёстко. Всё отец твой тебе рассказал? Материнского чувства во мне нет, прости, совсем не пробудится!
Можно к вам ещё заглянуть? Я живу неподалёку, в пригороде, в большом доме. Приезжайте с мужем, постепенно привыкнете, что я есть. Привезла фотографии: есть ваш внук, правнучка… Может, взглянете? робко предложила Галина.
Нет, не надо. Не приезжай. Забудь обо мне, прощай, оборвала Клавдия.
Юрий Петрович вызвал Галине такси, пошёл её проводить. Вернувшись, обнаружил, что Клавдия тихо убрала посуду и отошла к телевизору.
Вот уж выдержка у тебя! Тебе бы армиями командовать. Неужели души у тебя нет? Я и раньше догадывался, что ты жесткая, но в такой мере… упрекнул её муж.
Познакомились мы с тобой, когда мне 28 было? Так знаешь, дорогой, мою душу вытоптали задолго до тебя.
Я из русской деревни, в детстве мечтала вырваться в город для этого и грызла гранит науки, поступила в институт единственная из класса. В семнадцать лет встретила Володю. Старше был лет на двенадцать, а мне казалось: какая разница? Городская жизнь после голодных лет казалась раем. Стипендия копейки, всегда голодная, но предложения Володиной сходить выпить чаю с пирожным принимала с восторгом.
Он ничего не обещал, я верила любовь у нас настоящая, со временем женится. Когда позвал на дачу, согласилась. Потом встречи стали привычным делом. Вскоре оказалось, что беременна.
Володе сообщила радости у него было не меньше моего. Понимала, что скоро живот будет заметен, спросила, когда поженимся? Мне восемнадцать стукнуло, заявление в ЗАГС пора.
Я когда-то тебе обещал жениться? ответил вопросом Володя.
Не обещал, и не женюсь. Да и женат я давно… сказал спокойно.
Как же ребёнок? Как же я?
Ты еще молодая, здоровая. В институте академический отпуск возьмёшь. Пока не видно учись, потом мы с женой заберём тебя к себе.
С женой никак детей не выходит она намного старше. Родишь ребёнка заберём. Как оформим не дело твое. Я хоть и молодой, но весомый человек в исполкоме. А жена заведующая отделением городской больницы. За ребёнка не волнуйся, с тобой рассчитаемся.
Про суррогатное материнство тогда и не слыхивали, но стала я первой русской «суррогатной матерью». Что делать? В деревню не поедешь семью опозорить.
До родов жила у них в особняке, жена ко мне не заходила, видно, ревновала. Родила девочку дома, пригласили акушерку, всё строго. Кормить грудью не разрешили её сразу увезли. Больше не видела дочку. Через неделю меня мягко выпроводили, Володя деньги дал.
Вернулась в институт, потом на завод. Заселили в семейное общежитие. Сначала работала мастером, потом старшим мастером ОТК. Друзей немало было, но замуж звал лишь ты. Мне двадцать восемь тогда, вроде и не хотела я уже, но надо.
Дальше ты сам знаешь. Хорошо мы с тобой жили: три легковушки сменили, дом полная чаша, дача ухожена, каждый год отдых на Черном море. Завод в лихие девяностые выстоял, потому что для тракторов узлы только наш цех делал. Завод всё ещё окружён забором с колючкой и сторожевыми башнями.
На льготную пенсию вышли, всё имеем. Детей нет, и не надо. Какие сейчас дети закончила Клавдия свой рассказ.
Плохо мы с тобой прожили. Я тебя любил, пытался отогреть сердце, а оно как лёд. Ладно, детей не было, но ты ни котёнка, ни щенка пожалеть не можешь. Сестра просила племянницу приютить ты и на неделю не пустила.
Сегодня дочь приехала, а ты как её встретила? Дочь твоя, твоя кровь… Ей-богу, были бы мы моложе я бы ушёл, а теперь уж поздно. С тобой рядом как в пустой избе, воскликнул Юрий.
Клавдии стало тревожно так с ней муж не разговаривал ни разу.
Всю спокойную жизнь вывела из равновесия эта встреча с дочерью.
Юрий пересел на дачу. С тех пор там и живёт. Там у него три собаки: нашёл на улице щенков, подходящих котов и кошек не считать.
Дома теперь редкий гость. Клавдия знает, что он общается с её дочерью Галиной, познакомился со всеми, правнучку обожает.
Всегда был странным, странным и остался. Пусть живёт, как знает, думает Клавдия.
У неё не возникло желания познакомиться с дочерью, внуком, правнучкой.
Она ездит одна к морю. Отдыхает, набирается сил, и чувствует себя прекрасно.
