22 декабря. Сегодня было тихо, я сидел дома в пижаме, несмотря на то что уже три часа дня, ел гречневые хлопья прямо из пачки и смотрел в окно, когда вдруг повернулся ключ в замке.
Чёрт. Лена всё ещё не сдала ключи.
Но это была не Лена. Это была Варя, с двумя огромными чемоданами и своей университетской рюкзаком.
Привет, папа.
Пачка с хлопьями выпала у меня из рук.
Варя? Ты что?
Я переезжаю к тебе. Поставила чемоданы с грохотом. Ну, если только ты не против Если против, будет крайне неловко, потому что я уже всё притащила.
Я вскочил с дивана так резко, что аж закружилась голова.
Переезжаешь? Мама в курсе?
Конечно. Мы провели этот «разговор». Варя изобразила кавычки пальцами. Я сказала ей, что хочу жить здесь. Что это всегда был мой дом. Лена поплакала, я тоже, полный бардак. Но она меня поняла.
Но…
Папа, посмотрела так же строго, как бывало, когда в детстве требовала исправить ей причёску, у мамы новая жизнь, новая белоснежная квартира, где даже чашку некуда поставить боишься, вдруг испачкаешь. А у тебя этот дом, где я хоть кружку могу оставить в любом углу, и никто не нервничает.
Эй, вообще-то я убираюсь.
Разумеется. Особенно это заметно по трем кружкам в гостиной.
Она права. Плюс ещё шесть на кухне.
И потом, скидывая пальто, Варя посмотрела на меня, кто ещё проследит, чтобы ты не питался исключительно лапшой быстрого приготовления и собственной тоской?
Я засмеялся несмотря на ком в горле.
Я ем палочками. Считаю это достижением.
Это скорее навык выживания, чем достойная жизнь.
Варя зашла на кухню и осмотрелась.
Господи, тут хуже, чем я думала. Открыла холодильник. Соевый соус, три бутылки пива и просроченный кефир? Папа, это печально.
Он просрочен всего две недели.
Тут март написано.
Март был… Ладно. Согласен.
Варя упёрлась в бока, точь-в-точь как в детстве, когда заставляла меня развязывать ей бантики.
Завтра идём за продуктами. А сегодня закажем пиццу, как цивилизованные люди. У тебя остался телефон той новой пиццерии, где сыр дают двойной?
Быстрый набор остался.
Ну вот, как и ожидала.
Пока ждём пиццу, Варя обошла всю квартиру с видом риелтора.
У тебя в комнате ужас, а вот моя совсем не изменилась. Она улыбнулась, заходя в старую комнату. Даже мои чудовищные плакаты подростковые не снял.
Это твое. Я никогда не трогал твои вещи.
Она замолчала, бегло осмотрела стены, фото, книжный столик с кучей старых книг.
Знаешь, что смешно? Лена предложила мне самой всё обустроить в её новой квартире, «как хочу». Но здесь уже так, как я хочу. Варя опустилась на кровать. Это моё.
Я сел рядом.
Варя, ты не должна оставаться из жалости. Со мной всё нормально, честно.
Это не жалость, а любовь, дурачок. Она легонько толкнула меня в плечо. Потому что когда я ещё ходить не умела, ты ловил меня, когда я падала. Потому что, когда мне снились кошмары, ты всегда разрешал спать у тебя. Потому что, когда я закончила школу, ты плакал больше меня.
Я не так уж сильно плакал.
Пап, три платка израсходовал.
Это аллергия была.
На чувства?
Она улыбнулась, положила голову мне на плечо.
Ты мой папа. Не тот, кто дал мне фамилию, а тот, кто дал всё остальное. Теперь, когда у тебя огромная квартира и ты ешь унылую гречку в пижаме, думаешь, я тебя тут одного оставлю? Не дождёшься.
Я едва смог выговорить:
Люблю тебя, малыш.
Я тебя тоже, старик. Но, серьёзно, завтра убираемся, тут чем-то странным пахнет.
На Сочельник Варя, как обещала, потащила меня в супермаркет.
Приготовим нормальный ужин. Никаких коробочек с лапшой.
Но это традиция
Новая традиция домашняя еда. Всё, пошли.
Мы накупили полно продуктов, и она закидывала их в тележку с каким-то безумным энтузиазмом.
А мы вообще знаем, как это всё готовить? спросил я.
Нет, конечно. Но есть интернет и энтузиазм. Этого должно хватить.
Не хватило.
Индейка внутри как будто ещё бегает, картофельное пюре превратилось в клей, а овощи угольки.
Мы глядели друг на друга поверх разгрома на столе.
Ну что, сказала Варя, всегда можно же…
Заказать лапшу?
Сейчас же заказывай.
Мы ели прямо из коробочек, смеялись над кулинарным провалом, и это был лучший Сочельник за долгие месяцы.
Знаешь что? сказал я. Пусть так. Это будет наша новая традиция.
Готовим красиво, проваливаем по полной и заказываем китайское?
Идеально.
После ужина она вынула маленькую коробочку.
Это тебе подарок.
Внутри лежал ключ с самодельным брелком надписью «Дом».
Копия моего ключа. Официально я теперь здесь живу. Варя улыбнулась. Он кривоват, но с душой.
Я крепко обнял её.
Лучший подарок.
Осторожно, задушишь.
Помолчи и дай насладиться моментом.
Она рассмеялась и тоже обняла меня.
Спасибо за всё, пап. За эти восемнадцать лет. За то, что всегда был. За тебя.
А я тебе за то, что осталась.
Всегда.
Той ночью я долго не спал, глядя на новый ключ в руках.
Лена ушла и это было больно.
Но Варя осталась.
А это… это было всё.
