Свекровь позвонила мне, сказав почти ласково:
Приходи, помоги чуть-чуть, буквально на два часа.
Я и не подозревала никакой ловушки: подумала, что надо будет порезать что-нибудь, может, сделать салат, попить вместе чай. Но когда вошла на кухню, увидела кастрюли, сковородки, списки блюд на листке бумаги, услышала: «Гости придут через четыре часа», тут всё стало ясно: меня ждали не как гостью, а как работницу на смену.
Она стояла у плиты, мешала в огромной кастрюле и обернулась с улыбкой теперь она уже была совершенно другой.
Вот и пришла! Отлично, что успела. Видишь ли, оказалось, гостей будет больше, чем планировали. Человек двадцать. Надо запечь рыбу, сделать три вида салатов, приготовить мясо, всё накрыть
Я застыла у двери, всё ещё в пальто.
Двадцать человек? Вы же сказали, помощь на два часа
Да, на два часа! отмахнулась, будто вопрос закрыт. Нас ведь двое, справимся быстрей. Давай, раздевайся, фартук вон там. Начинаем с салатов, потом
Подождите, сказала я, не снимая пальто и только положив сумку. Я думала, что речь о чём-то простом. У меня свои планы на вечер.
В её взгляде мелькнула жесткость.
Какие планы? Семья и есть твои планы. Тут юбилей, ты об этом должна думать, а не о своих делах.
Вот он, этот тон когда твоё мнение ничего не значит и от тебя ждут только покорности.
Я бы с радостью помогла, если бы заранее знала объём. Но вы сказали совсем другое.
Прости, что не расписала тебе всё по секундам! снова повернулась к плите. Думала, что ты понимаешь: к юбилею всё готовится по-серьёзному. Или считаешь, что мне, в мои годы, всё самой делать положено?
Я прикусила губу. Узнавала эту тактику: вина, давление, упрёк.
Можно было попросить других. Или хотя бы заранее предупредить меня.
Она резко повернулась:
Зачем других? Ты невестка. Или ты уже забыла, что значит семья?
В это время мой муж находился в комнате с телефоном, работал телевизор. Он всё слышал, но не вмешивался.
Я не отказываюсь помогать, сказала я. Но меня ввели в заблуждение. Это нечестно.
В заблуждение! развела она руками. Слышите? Это я ввела её в заблуждение! Попросила помочь, а она устраивает сцены. Вот она, новая молодёжь все им что-то должны, а совести у них нет.
У меня всё внутри сжалось. Уйти значит конфликт. Остаться значит резать, таскать, выслушивать замечания.
Хорошо, вздохнула я. Помогу с салатами. Но встречать и обслуживать гостей не останусь.
Она скривилась.
То есть я одна с подносами буду бегать?
Я говорю только о том, что можно было всё организовать иначе. Можно попросить и сына вашего.
Он мужчина! возмутилась она. Мужчине на кухне делать нечего, у него иная роль.
Какая? Сидеть с телефоном?
Не твоё дело! голос стал резким. Ты пришла помогать или философствовать?
Я сняла пальто, надела фартук, принялась за нарезку овощей. Она довольно кивнула и вернулась к кастрюле.
Через время заговорила вновь:
Когда гости придут, переоденешься, ладно?
Я не останусь. Помогу и уйду.
Она уронила половник.
Как это уйдёшь? Кто будет встречать, накрывать?
Вы. Или ваш сын.
Он будет гостей развлекать. Он тут хозяин.
Хозяин, который ни разу за жизнь не подал тарелку.
Значит, мужчины шутят, женщины прислуживают?
А как иначе? прищурилась она. Ты что, феминистка?
Просто не понимаю, почему я должна быть бесплатной работницей.
Бесплатной?! чуть не вскрикнула она. Ты невестка! Мы семья! Или совсем забыла, кто помогал с вашей квартирой?
Вот и главный аргумент деньги, которые мы давно вернули, но в её глазах остались вечным долгом.
Мы вернули всё, спокойно ответила я.
А моральный долг? Благодарности не осталось?
Я положила нож.
Хотите, чтобы я чувствовала себя обязанной всю жизнь?
Просто веди себя по-человечески. Как часть семьи, а не как наёмная прислуга.
А вы ведь именно так ко мне относитесь. Только без зарплаты.
Она бросила тряпку на стол.
Всё! Делай что хочешь, но со стола не уйдёшь, пока не накроешь!
Я посмотрела на неё и вдруг поняла: сколько бы я ни уступала, ничего не изменится.
Нет, сказала я тихо, но твёрдо. Не буду.
Что ты сказала?
Я сказала «нет». Я ухожу.
Я сняла фартук, взяла сумку, накинула пальто.
Не посмеешь! голос её дрожал.
Муж вышел в коридор.
Что тут?
Она уходит! указала на меня мать.
Ты что, уходишь?
Спроси у своей мамы, почему я должна работать на двадцать человек, когда звали «часа на два».
Но она сказала, что совсем немного
Помощь это помощь по-человечески, вмешалась свекровь, а не чтобы ковыряться с салатиком полчаса!
Это всё повторяется, сказала я. И каждый раз вы вспоминаете деньги.
Просто помоги! махнул рукой муж.
А ты? Почему не режешь? Почему не накрываешь?
Это не мужское дело.
Я рассмеялась устало, горько.
Ну, тогда справляйтесь сами.
Я направилась к двери.
Уйдёшь больше в наш дом не приходи! крикнула она.
Хорошо.
И я вышла.
В машине руки дрожали. Телефон звонил, но я не ответила.
Позже пришло сообщение:
«Вернись немедленно.»
Я отправила:
«Я не бесплатная прислуга.»
Вечером я сидела дома с чаем. Мне было всё равно, что обо мне скажут.
Муж вернулся поздно.
Довольна? Все теперь думают о тебе плохо.
А ты как думаешь?
Он промолчал.
Ты должен был тогда быть рядом со мной, тихо сказала я. Но выбрал промолчать.
Потом долго была тишина.
Две недели никто не звонил. И я вдруг поняла:
иногда уйти важнее, чем остаться.
Даже если за спиной кричат, что ты не права.
