Ого, папа, тебя встречают! И зачем тебе этот санаторий, если дома настоящий “олл инклюзив”? Когда Дима вручил Еве ключи от своей квартиры, она поняла: бастион взят! Ни один Ди Каприо так не ждал “Оскара”, как она ждала своего Диму — еще и с личной крепостью. Отчаявшаяся тридцатипятилетняя Ева все чаще бросала сочувствующие взгляды на дворовых котов и на витрины “Всё для рукоделия”. А тут он — одинокий, потративший молодость на карьеру, здоровое питание, спортзал и поиски себя, да еще и без детей. С двадцати лет Ева мечтала о таком подарке, и, похоже, на небесах наконец поняли, что она говорила не в шутку. — У меня последнее командировка в этом году, а дальше я весь твой! — сказал Дима, вручая заветные ключи. — Только не испугайся моего логова — я обычно дома только сплю, — добавил он и улетел в другой часовой пояс на выходные. Ева взяла зубную щетку, крем и отправилась посмотреть на его берлогу. Проблемы начались сразу на входе: Дима предупредил, что замок иногда заедает, но она и представить не могла насколько. Штурм входной двери длился сорок минут: толкала, тянула, вставляла ключ, заходила “на половину зубчика” — но дверь категорически не хотела открываться новому жильцу. Ева поняла: психологическое давление — как учили во дворах в школьные годы. На шум выглянула соседка. — Девушка, вы зачем в чужую квартиру ломитесь? — раздался встревоженный женский голос. — Я не ломлюсь, у меня ключи! — вытирая пот со лба, огрызнулась Ева. — А вы кто? Я вас раньше не видела. — Я его девушка! — с вызовом заявила она, оперев руки в бока, но в ответ увидела лишь щель соседской двери. — Ну надо же… — удивилась соседка. — Какие-то проблемы? — Да нет. Просто он никого никогда не приводил… — этим Ева еще больше прониклась к Диме. — А тут сразу такая… — Такая какая? — не поняла Ева. — Не моё дело. Простите, — закрыла дверь соседка. Поняв, что либо она, либо дверь, Ева вложила ключ с таким усилием, что чуть не провернула весь косяк. Дверь открылась. Весь внутренний мир Димы предстал перед ней… Душа Евы покрылась инеем: самотному молодому человеку привычен аскетизм, но это была настоящая келья. — Бедняжка, твоё сердце забыло, а может и не знало, что такое уют, — вырвалось у Евы, когда она осматривала скромное жилище. Но ей нравилось: соседка не обманула — ни одна женская рука тут явно не касалась ни стен, ни кухни, ни серых окон. Она здесь первая. Не выдержав, она выбежала за шторкой и ковриком, прихватками и кухонными полотенцами. В магазине на нее нахлынуло: к коврику и шторке добавились ароматизаторы, мыло ручной работы, контейнеры для косметики. — Добавить такие мелочи — не наглость, — успокаивала Ева себя, цепляя второй корзину к первой. Замок больше не сопротивлялся, а напоминал хоккейного вратаря без маски на игре. Осознав катастрофу, Ева до полуночи кухонными ножами выкручивала старый замок, а наутро помчалась за новым. Заодно решила обновить ножи, вилки, ложки, скатерть, доски, подставки под горячее… и, конечно, занавески. В воскресенье в обед позвонил Дима: задерживается в командировке еще на пару дней. — Я только рад, если ты внесёшь уют в мою квартиру, — улыбался он в трубку, когда она призналась в небольших изменениях интерьера. Комнаты заполнялись теплом грузовиками — всё, что копилось в одинокой женщине, вырывалось наружу. К возвращению Димы из старой квартиры остался только паук возле вентиляции. Его Ева решила оставить — как символ неприкосновенности чужого имущества. Квартира стала выглядеть так, будто в ней уже восемь лет живут “счастливы в браке, разочаровались, а потом вновь счастливы — назло окружающим”. Ева делала всё, чтобы весь подъезд знал: она новая хозяйка, адресовать вопросы — ей. Обручального кольца нет, но это — техническая мелочь. Соседи сперва подозревали, а потом махнули рукой: «Ваше дело. Нам всё равно». *** В день приезда Димы Ева приготовила домашний ужин, запаковала свои формы в эффектный наряд, расставила ароматы, приглушила свет и стала ждать. Дима задерживался. Когда Ева уже начинала жалеть о неудобстве наряда, в дверь вставили ключ. — Замок новый, просто толкни! — томно позвала Ева. Она не боялась осуждения: с квартирой она слишком хорошо постаралась. И тут пришло СМС от Димы: «Ты где? Я дома, квартира та же, а друзья пугали, что теперь всё будет завалено косметикой». Правда, послание она увидела позже — в квартиру вошли незнакомые люди: двое мужчин, две девочки-школьницы и очень пожилой дед, который, увидев Еву, по молодецки пригладил седые волосы. — Ого, папа, тебя встречают! И зачем тебе этот санаторий, если дома “олл инклюзив”? — засмеялся один и тут же получил нагоняй от жены за любопытство. Ева стояла с бокалами вина, ошеломленная. Хотелось закричать, но язык не поворачивался. Где-то в углу радостно хихикнул паук. — Простите, а вы кто? — пискнула Ева. — Владелец берлоги. А вы из поликлиники, на перевязку? Я же сказал — справлюсь сам, — ответил дед, бросив взгляд на медсестринский костюм Евы. — Ммм, ну, Адам Матвеевич, у вас прям уют и благодать — заглянула за Еву жена молодого мужчины. — Вот это другое дело, а то как в склепе жили! А вас как зовут? Не слишком ли стар наш Адам Матвеевич для вас? Хотя мужик серьёзный, своя квартира… — Е-е-ва… — Ну, вот как! Везет же вам, Адам Матвеевич! Дед — судя по глазам — считал это удачей. — А Дмитрий где? — прошептала Ева. От нервов осушила оба бокала. — Я Дмитрий! — махнул рукой мальчик лет восьми. — Подожди, тебе рано быть Димой, — мама отправила детей и мужа в машину. — Простите, я, кажется, ошиблась квартирой… Это Бутовая, 18, квартира 26? — Нет, это Буковинская, 18, — потирая руки, ответил дед. — Ну, — трагично вздохнула Ева, — перепутала. Проходите, располагайтесь, а я позвоню… В ванной, укрывшись полотенцем, она прочитала Димино СМС. “Дим, я скоро, просто в магазин забежала”, — отписала Ева. “Окей, жду. Если не сложно — прихвати красного”, — попросил Дима. Красное вино Ева принесла… но уже в себе. Схватив коврик и сняв шторку, дождалась, пока незнакомцы уйдут на кухню, и ускользнула. Быстро собрав вещи, она выскочила из квартиры. *** — Всё расскажу, но позже, — объяснила она свой внешний вид Диме, когда тот открыл дверь. Пройдя мимо, она направилась в ванну, повесила новую шторку, расстелила коврик, упала на диван и проспала до утра, пока весь стресс не выпарился. Проснувшись, Ева увидела перед собой незнакомого молодого мужчину. — Простите, какая это улица?.. — Бутовая, восемнадцать.

Вот это встреча, папа! Зачем тебе был нужен тот санаторий, если дома такой «всё включено»?

Когда Дмитрий протянул мне ключи от своей квартиры, я Варвара вдруг поняла: крепость взята. Ни один Оскар не был так желанен Ди Каприо, как я ждала своего Дмитрия и своё собственное жильё.

В свои тридцать пять я уже начинала кидать сочувствующие взгляды на уличных кошек и задерживалась у витрин «Всё для хобби».

А тут он! Одинокий, всю молодость потратил на карьеру, правильное питание, спорт и прочую ерунду типа поисков себя и смысла жизни, без детей и вечных разъездов.

С двадцати лет я мечтала о таком подарке, и вот, наверху наконец поняли: я не шутила.

У меня последнее командировка этом году, и я весь твой, сказал Дмитрий, вручая долгожданные ключи. Только не пугайся моего берлоги. Я там бываю только чтобы поспать, сказал он и улетел в другой часовой пояс до понедельника.

Я собрала зубную щётку, крем, сумку и поехала проверять его берлогу. Как оказалось, проблемы начались ещё у порога. Дмитрий предупреждал, что замок иногда заедает, но я не думала, что настолько.

Штурмовала дверь целых сорок минут: толкала, тянула, ключ до конца, пыталась аккуратно но, казалось, она совсем не хотела открываться для нового жильца.

Я решила давить психологически, как учили когда-то в школьные годы за гаражами. На мой шум открылась соседская дверь.

А вы почему в чужую квартиру ломитесь? прозвучал встревоженный женский голос.

Я не ломаюсь, у меня ключи есть! отозвалась я, стирая пот со лба.

А вы кто будете? Я вас раньше не встречала, вмешалась не по делу соседка.

Я его девушка! вызвала я, опершись руками в бока, но увидела только щелку, через которую меня «допрашивали».

Вы? удивилась женщина.

Да, я. Проблемы?

Та нет, никаких. Просто он никого не водил. Тут я ещё больше прониклась к Дмитрию. А вы такая

Какая такая? не поняла я.

Ну да ладно, не моё дело, извините, захлопнула дверь соседка.

Осознав, что либо я, либо меня, я вогнала ключ так, что чуть весь дверной косяк не повернула. Дверь сдалась.

Передо мной явился весь внутренний мир Дмитрия, и на душе стало прохладно. Конечно, холостяцкий аскетизм понятен, но это была настоящая келья.

Бедняга, твоё сердце забыло, что такое уют, вырвалось у меня, когда я осматривала скромное жилище, где мне теперь предстоит бывать.

Но, с другой стороны, я радовалась: соседка была права женская рука сюда ни разу не касалась. Я первая!

Я тут же переобулась, выбежала в ближайший «Магнит» за симпатичной шторкой, ковриком для ванной, а заодно прихватками и новыми кухонными полотенцами.

В магазине на меня нашло вдохновение: к коврику и шторке присоединились аромапалочки, мыло ручной работы, контейнеры для косметики.

«Такие мелочи не наглость», уверяла я себя, прицепляя к первой тележке вторую.

Замок больше не сопротивлялся: он словно хоккейный вратарь, забывший надеть шлем. Понимая, что я натворила, до полуночи выкручивала старый замок кухонными ножами, а утром мчалась за новым. Заодно обновила ножи, вилки, ложки, скатерть, доски и подставки. Там уже и до занавесок рукой подать.

В воскресенье Дмитрий позвонил задерживается ещё на пару дней.

Я только рад, если ты добавишь уюта, улыбался он в трубку, когда я призналась в некоторых изменениях.

Уют я уже завозила в его квартиру фурами и расставляла по плану. Сколько лет оно копилось во мне и теперь, когда можно, не остановишь.

Когда Дмитрий вернулся, из старого жилья остался только паук возле вентиляции. Я хотела прогнать и его, но, увидев его испуганные глаза, решила: пусть останется как символ чужого имущества.

Квартира выглядела так, будто тут уже восемь лет живёт счастливая супружеская пара, затем разводится, а потом снова находит счастье вопреки всему.

Я не только занялась квартирой, но и дала всем соседям понять: она теперь моя, любые вопросы ко мне. Пусть на пальце пока нет кольца технический момент.

Сначала на меня посматривали с подозрением, но потом только разводили руками: «Ну, ваше дело, нам всё равно».

***
В день приезда Дмитрия я приготовила настоящий домашний ужин, нарядилась шикарно, расставила по углам ароматы, приглушила свет и стала ждать.

Он задерживался. Когда наряд уже впивался в бедро, ради которого полгода ходила в зал, в замок вставили ключ.

Замок новый, просто толкни, не закрыто! кокетливо, но с лёгким беспокойством, откликнулась я. Осуждения я не боялась так хорошо поработала с интерьером, что мне простят всё.

В момент, когда дверь распахнулась, мне вдруг пришла СМС от Дмитрия: «Где ты? Я дома! Квартира как была, так и осталась, а друзья меня пугали, что ты всё косметикой заставишь».

Я увидела сообщение только позже. А пока в квартиру зашли сразу пятеро незнакомцев: двое молодых, двое школьников и очень пожилой дедушка, который, увидев меня, выпрямился и пригладил седые волосы.

Вот это встреча, пап! Зачем тебе санаторий, когда дома такое «всё включено»? первым заговорил молодой парень, получив по руке от жены за излишнюю любознательность.

Я застыла с двумя бокалами, не в силах сдвинуться. Хотелось закричать, но ступор был сильнее.

Где-то в углу радостно захихикал паук.

Простите, а вы кто? пролепетала я.

Я хозяин местного жилья. А вы из поликлиники, перевязку делать пришли? Я вроде говорил, что сам справлюсь! отозвался дед, оценивая мой наряд.

Ммм… Да, Семён Андреевич, у вас тут уютно стало, подвигала ко мне жена парня, заглядывая за спину. Совсем другое дело, а то жили как в склепе. А вас как зовут? Не слишком ли наш Семён Андреевич для вас староват? Хотя, конечно, уважаемый человек!

Ва…варвара…

Вот так! Умеет же Семён Андреевич людей подбирать!

Дед, судя по глазам, был не против такого совпадения.

А где Дмитрий? прошептала я, сразу осушив оба бокала.

Я Дмитрий! радостно поднял руку мальчик лет восьми.

Подожди, тебе рано, мама отодвинула его и увела обоих детей с мужем.

Пр…простите, кажется, я ошиблась квартирой. Это Бутова, восемнадцать, квартира двадцать шесть?

Нет, это Бутырская, восемнадцать, потер руки дед, готовый разбирать мои покупки.

Ну да, трагически вздохнула я, перепутала. Заходите, располагайтесь, а я пока отойду, позвоню.

Я схватила телефон и сбежала в ванную, заперлась, обернулась полотенцем и впервые прочитала сообщение от Дмитрия.

«Дмитрий, я скоро буду, задержалась в магазине», накатала я ответ.

«Жду. Если не трудно принеси бутылку красного», услышала голосовое от Дмитрия.

Красное я решила приносить уже только в себе. Взяв коврик и сняв шторку, дождалась, когда незнакомцы ушли на кухню, и выскользнула из ванной.

Быстро собрав вещи, я выскочила из квартиры.
***
Расскажу как-нибудь потом, объяснила своё убитое состояние, когда Дмитрий открыл мне дверь.

Бредя, будто в тумане, я прошла мимо него, даже не глянув. Ванна, новая шторка, коврик всё на место. Потом диван, сон до утра, пока стресс и «красное» не выветрились.

Проснувшись, увидела перед собой недоумевающего Дмитрия.

Скажи, какой тут адрес?..

Бутова, восемнадцать…

***

Теперь я знаю: прежде чем осваивать чужое пространство, надо внимательно смотреть и на замки, и на таблички. А главное беречь душевное равновесие и не торопить свою судьбу.

Rate article
Ого, папа, тебя встречают! И зачем тебе этот санаторий, если дома настоящий “олл инклюзив”? Когда Дима вручил Еве ключи от своей квартиры, она поняла: бастион взят! Ни один Ди Каприо так не ждал “Оскара”, как она ждала своего Диму — еще и с личной крепостью. Отчаявшаяся тридцатипятилетняя Ева все чаще бросала сочувствующие взгляды на дворовых котов и на витрины “Всё для рукоделия”. А тут он — одинокий, потративший молодость на карьеру, здоровое питание, спортзал и поиски себя, да еще и без детей. С двадцати лет Ева мечтала о таком подарке, и, похоже, на небесах наконец поняли, что она говорила не в шутку. — У меня последнее командировка в этом году, а дальше я весь твой! — сказал Дима, вручая заветные ключи. — Только не испугайся моего логова — я обычно дома только сплю, — добавил он и улетел в другой часовой пояс на выходные. Ева взяла зубную щетку, крем и отправилась посмотреть на его берлогу. Проблемы начались сразу на входе: Дима предупредил, что замок иногда заедает, но она и представить не могла насколько. Штурм входной двери длился сорок минут: толкала, тянула, вставляла ключ, заходила “на половину зубчика” — но дверь категорически не хотела открываться новому жильцу. Ева поняла: психологическое давление — как учили во дворах в школьные годы. На шум выглянула соседка. — Девушка, вы зачем в чужую квартиру ломитесь? — раздался встревоженный женский голос. — Я не ломлюсь, у меня ключи! — вытирая пот со лба, огрызнулась Ева. — А вы кто? Я вас раньше не видела. — Я его девушка! — с вызовом заявила она, оперев руки в бока, но в ответ увидела лишь щель соседской двери. — Ну надо же… — удивилась соседка. — Какие-то проблемы? — Да нет. Просто он никого никогда не приводил… — этим Ева еще больше прониклась к Диме. — А тут сразу такая… — Такая какая? — не поняла Ева. — Не моё дело. Простите, — закрыла дверь соседка. Поняв, что либо она, либо дверь, Ева вложила ключ с таким усилием, что чуть не провернула весь косяк. Дверь открылась. Весь внутренний мир Димы предстал перед ней… Душа Евы покрылась инеем: самотному молодому человеку привычен аскетизм, но это была настоящая келья. — Бедняжка, твоё сердце забыло, а может и не знало, что такое уют, — вырвалось у Евы, когда она осматривала скромное жилище. Но ей нравилось: соседка не обманула — ни одна женская рука тут явно не касалась ни стен, ни кухни, ни серых окон. Она здесь первая. Не выдержав, она выбежала за шторкой и ковриком, прихватками и кухонными полотенцами. В магазине на нее нахлынуло: к коврику и шторке добавились ароматизаторы, мыло ручной работы, контейнеры для косметики. — Добавить такие мелочи — не наглость, — успокаивала Ева себя, цепляя второй корзину к первой. Замок больше не сопротивлялся, а напоминал хоккейного вратаря без маски на игре. Осознав катастрофу, Ева до полуночи кухонными ножами выкручивала старый замок, а наутро помчалась за новым. Заодно решила обновить ножи, вилки, ложки, скатерть, доски, подставки под горячее… и, конечно, занавески. В воскресенье в обед позвонил Дима: задерживается в командировке еще на пару дней. — Я только рад, если ты внесёшь уют в мою квартиру, — улыбался он в трубку, когда она призналась в небольших изменениях интерьера. Комнаты заполнялись теплом грузовиками — всё, что копилось в одинокой женщине, вырывалось наружу. К возвращению Димы из старой квартиры остался только паук возле вентиляции. Его Ева решила оставить — как символ неприкосновенности чужого имущества. Квартира стала выглядеть так, будто в ней уже восемь лет живут “счастливы в браке, разочаровались, а потом вновь счастливы — назло окружающим”. Ева делала всё, чтобы весь подъезд знал: она новая хозяйка, адресовать вопросы — ей. Обручального кольца нет, но это — техническая мелочь. Соседи сперва подозревали, а потом махнули рукой: «Ваше дело. Нам всё равно». *** В день приезда Димы Ева приготовила домашний ужин, запаковала свои формы в эффектный наряд, расставила ароматы, приглушила свет и стала ждать. Дима задерживался. Когда Ева уже начинала жалеть о неудобстве наряда, в дверь вставили ключ. — Замок новый, просто толкни! — томно позвала Ева. Она не боялась осуждения: с квартирой она слишком хорошо постаралась. И тут пришло СМС от Димы: «Ты где? Я дома, квартира та же, а друзья пугали, что теперь всё будет завалено косметикой». Правда, послание она увидела позже — в квартиру вошли незнакомые люди: двое мужчин, две девочки-школьницы и очень пожилой дед, который, увидев Еву, по молодецки пригладил седые волосы. — Ого, папа, тебя встречают! И зачем тебе этот санаторий, если дома “олл инклюзив”? — засмеялся один и тут же получил нагоняй от жены за любопытство. Ева стояла с бокалами вина, ошеломленная. Хотелось закричать, но язык не поворачивался. Где-то в углу радостно хихикнул паук. — Простите, а вы кто? — пискнула Ева. — Владелец берлоги. А вы из поликлиники, на перевязку? Я же сказал — справлюсь сам, — ответил дед, бросив взгляд на медсестринский костюм Евы. — Ммм, ну, Адам Матвеевич, у вас прям уют и благодать — заглянула за Еву жена молодого мужчины. — Вот это другое дело, а то как в склепе жили! А вас как зовут? Не слишком ли стар наш Адам Матвеевич для вас? Хотя мужик серьёзный, своя квартира… — Е-е-ва… — Ну, вот как! Везет же вам, Адам Матвеевич! Дед — судя по глазам — считал это удачей. — А Дмитрий где? — прошептала Ева. От нервов осушила оба бокала. — Я Дмитрий! — махнул рукой мальчик лет восьми. — Подожди, тебе рано быть Димой, — мама отправила детей и мужа в машину. — Простите, я, кажется, ошиблась квартирой… Это Бутовая, 18, квартира 26? — Нет, это Буковинская, 18, — потирая руки, ответил дед. — Ну, — трагично вздохнула Ева, — перепутала. Проходите, располагайтесь, а я позвоню… В ванной, укрывшись полотенцем, она прочитала Димино СМС. “Дим, я скоро, просто в магазин забежала”, — отписала Ева. “Окей, жду. Если не сложно — прихвати красного”, — попросил Дима. Красное вино Ева принесла… но уже в себе. Схватив коврик и сняв шторку, дождалась, пока незнакомцы уйдут на кухню, и ускользнула. Быстро собрав вещи, она выскочила из квартиры. *** — Всё расскажу, но позже, — объяснила она свой внешний вид Диме, когда тот открыл дверь. Пройдя мимо, она направилась в ванну, повесила новую шторку, расстелила коврик, упала на диван и проспала до утра, пока весь стресс не выпарился. Проснувшись, Ева увидела перед собой незнакомого молодого мужчину. — Простите, какая это улица?.. — Бутовая, восемнадцать.