Без жалости и тепла: Клавдия Васильевна и её нелёгкая встреча с давно потерянной дочерью в московской квартире, семейные тайны, горькие исповеди, неожиданный визит и холодное сердце женщины, закалённой суровой советской судьбой

БЕЗ ДУШИ

Клавдия Васильевна только что пришла домой. Сходила к своей парикмахерше на проспекте Мира несмотря на то, что ей недавно исполнилось 68 лет, она регулярно наведывается к мастеру. Голова в порядке, ногти красивые, и такие простые радости ей всегда поднимали настроение.

Клавочка, тут к тебе родственница приходила. Я ей сказал, что в это время ты обычно в салоне бываешь. Обещала ещё зайти, встретил её муж Юрий Семёнович.

Какая ещё родственница? У меня давно никого не осталось, всех старых уже нет. Может, какая-то двоюродная троюродная опять чего попросит. Надо было сразу сказать, что я в Сочи уехала, проворчала Клавдия.

Да зачем врать? Женщина приличная, из вашего роду высокая, заметная, походила на твою маму, царствие ей небесное. Одетая аккуратно, интеллигентная, попытался Юрий успокоить жену.

Через сорок минут дверь квартиры на Ленинградском шоссе позвонили. Клавдия сама открыла. Женщина действительно напоминала её покойную мать: ухоженное пальто, красивые сапоги, перчатки, серёжки с маленькими бриллиантами. В драгоценностях Клавдия разбиралась хорошо.

Ну, давайте знакомиться, если уж родственники. Я Клавдия, можно без отчества. Нам с вами примерно одинаково, я думаю. Это мой муж Юрий, а вы по какой линии мне родня? спросила она, пригласив гостью к накрытому столу.

Женщина нервничала, щеки слегка порозовели:
Я Галина Галина Владимировна. Мне 50 лет. День рождения 12 июня. Вам эта дата ничего не говорит?

У Клавдии побелело лицо.

Значит, вспомнили? Я ваша дочь. Не волнуйтесь мне ничего не надо от вас. Просто хотелось увидеть свою настоящую мать. Всю жизнь не знала, почему меня мама не любит. Вот и нет её уже восемь лет. Папа всегда любил, но и он недавно ушёл два месяца назад. В самом конце рассказал мне, кто вы. Просил, чтобы вы его простили, если сможете, тихо говорила Галина.

Я ничего не понимаю Дочь у тебя есть? растерянно спросил Юрий.

Получается, есть. Я потом всё объясню, твёрдо ответила Клавдия.

Значит, ты дочь? Ну что ж, увидела? Если думаешь, что я буду каяться и просить прощения не буду. Я не виновата ни в чём. Если надеешься пробудить во мне материнские чувства не получится, хоть убей! Извини, сказала Клавдия.

Можно я ещё как-нибудь приеду? Я тут в Химках рядом живу, у нас двухэтажный дом приезжайте с мужем. Привыкнете, что я есть у вас. Я привезла фотографии внук, правнучка может, посмотрите? робко спросила Галина.

Нет, не хочу. Не приезжай. Забудь обо мне. Прощай, резко ответила Клавдия.

Юрий вызвал Галине такси через «Яндекс». Проводил её, а когда вернулся, Клавдия уже убрала стол и спокойно смотрела новости «Россия 1».

Ну у тебя и выдержка! Тебе бы армией командовать. Неужели у тебя совсем нет души? Я давно подозревал, что ты холодная и беспощадная, но что настолько не ожидал, сказал Юрий.

Мы познакомились, когда мне было двадцать восемь. Но, дорогой, душу у меня отняли раньше.

Я сельская девчонка. Всю жизнь мечтала вырваться в Москву, потому и училась лучше всех, и поступила в МГУ одна из класса. В семнадцать лет познакомилась с Володей. Любила его до безумия. Он был почти на двенадцать лет старше, но меня это не смущало. После бедной деревенской жизни всё в городе казалось настоящей сказкой. На стипендию не прожить, вечная голодная студентка: прыгаю на пирожное или кофе, если Володя приглашает.

Он мне ничего не обещал, но я была уверена такой сильной любви достаточно, чтобы быть вместе. Вечером пригласил на дачу за городом я даже не раздумывала. После той ночи стала ходить туда постоянно. Потом заметила, что беременна.

Сказала Володе. Рад был до слёз. Подумала: ну, уж теперь женится. Мне исполнилось восемнадцать, можем подать в ЗАГС.

А я обещал тебе жениться? спокойно спросил он. Не обещал, не женюсь. Я уже женат

А ребёнок? А я?

Ты молодая, здоровая, тебя можно лепить как скульптуру. Я помогу устроить академический отпуск в МГУ, пока не видно учись. Потом жена заберёт тебя к себе ребёнка у нас не получается, она старше намного. Как родишь, девочку мы оставим себе. Всё оформим, не беспокойся, я не последний человек в городской администрации, жена заведует отделением в больнице. За ребёнка не бойся отлежишься и обратно в институт. И заплатим тебе, всё по-честному, сказал он.

О суррогатном материнстве тогда никто и не слышал я, похоже, была первая в нашем районе. Но что мне было делать? В деревню нельзя, позор семье.

До родов жила у них в особняке в Новокосино. Жена Володина со мной не общалась, ревновала, видно. Рожала дочь на дому, вызвали акушерку, всё чин по чину. Грудью не кормила, дочку тут же забрали, больше я её не видела. Через неделю под руки проводили. Володя дал денег пару тысяч рублей.

Вернулась в МГУ, потом устроилась на завод «Красный Октябрь». Комнату дали в общежитии. Работала мастером, потом начальником ОТК.

Друзей было много, но замуж никто не звал, пока ты не появился. Мне было уже двадцать восемь, надо было жить по-человечески.

Дальше ты сам всё знаешь. Жили хорошо три машины поменяли, квартиру в Москве обустроили, дача на Рублёвке в порядке. Каждый отпуск ездили куда-то на Чёрное море. Завод в девяностые выстоял наш цех выпускал запчасти для тракторов, а в других меня не касалось. Завод до сих пор под охраной и забором с колючкой.

На пенсию по льготной программе вышли. Всё у нас есть. Детей нет и не нужно. Каких только детей сейчас не бывает закончила свой рассказ Клавдия.

Плохо мы с тобой прожили. Я тебя любил всё пытался согреть тебе сердце, но не смог. Бог с ним, что детей не было, но ты даже котёнка или щенка не взяла ни разу, никому не помогла. Сестра просила племяннице помочь, ты даже на неделю не разрешила пожить.

Сегодня дочка приехала, а ты её выгнала? Дочь! Твоя кровь! Ей-богу, будь помоложе давно бы развёлся. А теперь поздно. С тобой холодно, очень холодно, сказал рассерженный Юрий.

Клавдия даже вздрогнула, такие слова от мужа слышала впервые.

Дочка разрушила её спокойную жизнь.

Юрий перебрался на дачу. Последние годы там и живёт. Собрал трёх собак, подобрал щенят, кошек тоже много брошенных несчастных. Домой заезжает редко. Клавдия знает, что он ездит к Галине, познакомился со всеми, обожает правнучку.

Всегда был малохольным, остался таким. Пусть живёт, как хочет, думает Клавдия.

Желание познакомиться с дочерью, внуком и правнучкой так и не появилось.

Она одна ездит в Сочи к морю. Отдыхает, набирается сил, и чувствует себя на удивление хорошо.

Rate article
Без жалости и тепла: Клавдия Васильевна и её нелёгкая встреча с давно потерянной дочерью в московской квартире, семейные тайны, горькие исповеди, неожиданный визит и холодное сердце женщины, закалённой суровой советской судьбой