И вот уже столько лет прошло, а я все еще иногда просыпаюсь ночью и думаю: когда мой отец смог украсть у нас все? Было мне тогда пятнадцать лет. Жили мы в небольшой, аккуратной квартире на окраине Ярославля мебель простая, в холодильнике можно было найти еду после маминых закупок, коммунальные счета почти всегда оплачивались вовремя. Я училась в десятом классе, больше всего беспокоилась о контрольной по алгебре и мечтала накопить немного рублей на кроссовки, которые давно присмотрела.
Все начало меняться, когда папа стал возвращаться все позже. Проходил мимо, не здороваясь, бросал ключи на старый обеденный стол и сразу уходил в комнату, не выпуская телефон из рук. Мама встречала его словами:
Опять задержался? Думаешь, эта квартира сама себя содержать будет?
Папа коротко отвечал:
Оставь, устал.
Я притворялась, что не слышу их, сидела в комнате с наушниками, делала домашнее или просто смотрела в окно.
Однажды поздно вечером я увидела его во дворе. Он говорил по телефону тихо смеялся, произносил какие-то фразы вроде «скоро все закончится» и «не волнуйся, я разберусь». Как только заметил меня, сразу отключился. В животе стало неприятно, но я промолчала.
В тот день, когда он ушел, был пятничный вечер. Я вернулась из школы, а на его кровати лежал раскрытый чемодан. Мама стояла в дверях с опухшими от слез глазами. Я спросила:
Куда он собирается?
Папа даже не взглянул на меня, только бросил:
Меня не будет какое-то время.
Мама не выдержала:
Какое-то время с кем? Скажи правду!
Он вдруг сорвался:
Ухожу к другой женщине. Устал от этой жизни!
Я заплакала:
А как же я? А моя школа? А квартира?
Папа лишь бросил:
Разберетесь.
Он быстро закрыл чемодан, забрал документы, которые лежали в ящике, кошелек и вышел, не попрощавшись.
В ту же ночь мама попыталась снять деньги с карты, но банкомат ее заблокировал. Наутро она пошла в Сбербанк, а там сообщили счет пуст. Отец снял все, что они вместе копили. Оказалось, что он к тому же не оплатил коммуналку за два месяца и оформил кредит, записав маму поручителем, ничего не сказав.
Помню, как мама сидела за столом, считала чеки на стареньком калькуляторе, плакала и повторяла:
Ничего не хватает… ничего не хватает…
Я пыталась помочь с подсчетом, но мало что понимала из маминой тревоги.
Через неделю у нас отключили интернет, а вскоре чуть не выключили свет. Мама стала искать работу, ходила убирать квартиры по всему району. Я тайком брала шоколадные конфеты и продавала их одноклассникам. Мне было стыдно стоять на перемене с пакетом сладостей, но дома не хватало даже на самое простое.
Пришел день, когда я открыла холодильник, а там стояли только графин с водой и половинка помидора. Я села на кухне, заплакала. В тот вечер у нас был только вареный рис без масла, без ничего. Мама пыталась извиниться, что не может дать мне того, что давала когда-то.
Спустя много месяцев я увидела в «Одноклассниках» фотографию отца с той женщиной сидят в ресторане, поднимают бокалы за что-то свое. У меня дрожали руки. Я написала ему:
«Папа, нужны деньги на учебные материалы».
Он ответил:
«Я не могу обеспечивать две семьи».
Это был наш последний разговор.
Потом он больше не звонил. Не спрашивал, сдала ли я экзамены, не интересовался, не болею ли я, не нужна ли мне помощь. Просто исчез.
Сейчас я работаю, за все плачу сама и стараюсь помогать маме. Но до сих пор болит не от денег, а от того, как нас бросили, с каким холодом и равнодушием он ушел, оставил с долгами, будто ничего не произошло.
И вот, сколько бы ни прошло лет, часто просыпаюсь ночью с одним и тем же вопросом в груди:
Как научиться жить, когда родной отец уходит, забирает все и заставляет тебя учиться выживать еще ребенком?
