Ну что тебе, правда, так трудно? сипела в трубке Лариса Анатольевна, бывшая жена Сергея. Всего-то три дня! У Верочки путёвка в Сочи горит ей отдохнуть нужно, а я… Ты же знаешь, давление подскочило, да и спину заклинило на даче, еле встала сегодня! Серёжа ведь дед вот пусть и поможет.
Сергей держал телефон прикорнув к уху плечом, неловко кромсал батон (хлеб сыпался по столу, как картошка из дырявой ведра) и виновато косил на Елену жену уже восьмого года и, по совместительству, кухонного стратегa. Елена, стоя у плиты, тихо помешивала овощное рагу. Громкоголосая Лариса была слышна даже сквозь вытяжку и закрытое окно.
Лариса, ну подожди, голос Сергея поскуливал в попытке вставить слово. Мы вообще-то с Леной на дачу собирались…
Какие могут быть у вас планы, Серёжа? захлопнула дверь диалога Лариса Анатольевна. Картошку копать? Гербарии собирать? Внуки это святое! Пашка с Мишкой месяц тебя уже не видели. Совесть у тебя есть вообще? Или твоя новая возлюбленная совсем тебя поработила?
Ммм… Елена примолкла, выключая плиту и аккуратно ставя ложку на подставку. «Новая возлюбленная». О, эти восемь спокойных лет брака и каждый месяц Лариса напоминала о себе, как квитанция на квартплату: громко и неожиданно.
Сначала были просьбы увеличить алименты для взрослой Верочки, потом нужды на ремонт, потом лечение, потом машину. Сергей платил совестливый он у Елены был. Даже когда ушёл из семьи, Верочке было уже двадцать, а с Ларисой жили соседями мучились оба.
Лариса, не надо о Лене, Серёжа попытался набрать строгости, но срывался на старую, привычную каплю жалости. Просто в следующий раз заранее звони… А мальчишкам по шесть лет это ж ураган, мы уж не те…
Вот-вот! Старость не радость, а движение жизнь! Бегаешь живёшь. Всё, привезём завтра к десяти. Я с дивана не встану, спина, отрубила Лариса. Всё, не спорь, это твоя семья!
Гудки прозвучали, как выстрел орудия. Сергей положил телефон, шмыгнул носом, и застрял с хлебом в руках.
Молчание настенное, только часы тикают и за окном моросит июньский дождик. Елена вытерла воображаемые крошки и сухим голосом уточнила:
Значит, завтра к десяти?
В глазах мужа привычная мольба: мол, ну ты понимаешь, все сложилось тяжко.
Леночка, ну прости… Она, как танк. Верочка улетает, у Ларисы спина, внуки заметался что делать? Это же дети!
Серёж, Елена села за стол, сцепив руки. Это твои внуки. Я не против мальчиков только они меня и знать не хотят, «эта тётя» у них я, бабушка научила. Каждый их заезд ураган, потому что Верочка уверена: детям всё, взрослым терпеть.
Я сам! горячо заявил Серёжа. Я всё сделаю, ты не вставай. И в парк, и в кино, и на батуты Ты только супчик, ну и котлеты они любят твои, хоть не признаются…
Елена фыркнула. Знала, как будет: час беготни Серёга примется таблетки пить от давления и ляжет а близнецы оставят после себя воспоминания на каждой стене. Потому что бабушка Лариса заявила «у дедушки можно всё».
А в театр кто пойдёт? напомнила Елена. Мы в субботу собирались, дачу к зиме готовить.
Театр не убегает… Ну, Ленусенька! В последний раз! Я с Верой поговорю, чтобы эти высадки внезапные прекратились.
В этот «в последний раз» Елена слышала чаще, чем рекламу майонеза по телевизору. Позволяя себя затягивать в воронку чужих проблем. Но сегодня внутренний выключатель резко кликнул: хватит!
Нет, Серёжа, спокойно выдохнула Елена.
Муж застыл, как ежик перед фарами.
Что нет?
Нет. Мы не будем сидеть. Театр сдавать не стану, кастрюлю с компотом не варю будем жить по своим планам. Мальчики пусть идут в гости туда, где их больше ждут.
Лен, ну это же дети У Веры путёвка горит! начал оправдываться Сергей.
А мне? Верочка взрослая. Муж, свекровь, няня есть. Почему вопросы решаются всегда за мой счёт?
За наш же! попытался ввернуть муж.
Нет, Серёжа, за мой. Ты добрый дедушка два часа, а я потом неделю убираю, драю, готовлю и сдаю нервы в металлолом. А от меня ждут кулинарных шедевров и покорного служения королю внуков.
Сергей помрачнел: увидел перед собой не покорную жену, а мистера Нет. Впервые за восемь лет.
Так что делать-то? почти прошептал он. Ларисе звонить, послать?
Не звони, Елена встала, двинулась к окну. Привезут увидим.
Утро было, как положено лету, солнечным. Сергей метался по квартире, Елена же спокойно умылась, уложила волосы, собрала сумку книжка, деньги, плед.
Ты куда так? ужаснулся Сергей.
Театр через семь часов, прогулка через пять. Захочу ещё в салон забегу.
Лен, а мальчики?!
Ты ж, Серёжа, дедушка. Вот и разбирайся.
Звонок в дверь прозвучал, как выстрел стартового пистолета. Сергей ринулся открывать. На пороге Катя (дочь) с сумкой, планшетом и двумя дикими мальчишками:
Ну здравствуй, пап! просияла она, вот ваши богатыри. Сумка, зарядка, инструкции на листке. Я улетаю давай, удачи! Мальчики, слушайтесь деда!
Катя сбежала в лифт, Сергей потерял шпагат (и здравый смысл), а мальчишки устроили пигмейские скачки на тумбочке.
И тут, как царь-колокол, в дверях возникла Лариса Анатольевна. Вся в боевом мейкапе, с золотой цепью в полкило.
Здрасьте, Елена. Не надейтесь, что всё просто! Павел не ест перец, Мише нельзя апельсины аллергия. Суп строго на обед, не вчерашний. Телефоны час максимум. Кефир в восемь! выпалила она, словно раздаёт задания домработнице.
Елена спокойно поправила платок и улыбнулась.
О, как хорошо, что вы контролируете! Вот и следите. Сегодня за главного Сергей.
Ты шутишь? змеёй прошипела Лариса. Куда собралась?!
У меня дела личные. Театр, парикмахерская, может, клуб любителей спокойствия. Вернусь не скоро.
Ты охренела? Тут дети! Внуки Сергея!
Я ничего не обещала никому из вас сидеть с детьми, невозмутимо парировала Елена. Ивановна, вы на пенсии, времени полно наслаждайтесь обществом мальчиков, если так переживаете.
У меня спина!
А у меня душа. Я не слесарь по чужим детским проблемам, тем более, если при мне распоряжаются, как кухонным полотенцем.
Серёжа, ты это слышишь?! взвизгнула из стана Лариса. Это что она творит вообще? Прикажи ей!
Сергей пыхтел: между былой привычкой подчиняться бывшей и уважением к настоящей жене рвался в узелок.
Лара… Лена же сказала, что занята…
Да ты и часа не просидишь! вскинулась Лариса. Кто будет мыть, кормить?! Ты посмотри на неё! Театралка нашлась! А семья в беде ей плевать!
Семья, с ледяной вежливостью сказала Елена. Мы с Сергеем семья. Всё остальное очень дальние родственники. Я терпела ваши просьбы, Лариса Ивановна. Но служить вечно нянькой извините, не моя миссия.
Да как ты смеешь! Это дом моего мужа!
А теперь моего тоже. И я стаю щит на входе бесплатной рабочей силы. Серёжа, хочешь оставайся, я ушла.
Стой! Лариса вцепилась ей в рукав. Суп детям сварить обязана!
Я не кухарка. Советуйте лучше где по акции можно купить мультиварку.
Елена мягко, но жёстко освободилась. В прихожей повисла гробовая тишина.
Сергей потупился, мальчишки затихли, даже кот из-под шкафа вылез посмотреть, чем дело кончится.
Ладно, выдохнула Елена. Звоните такси, варите обед, мне пора.
На улице после недавнего дождика пахло грозой и свободой. Елена блаженно вдохнула. Телефон отключила сразу чтобы не тратиться на слова благодарности от Ларисы.
Вечером, открыв телефон, обнаружила десяток пропущенных от Сергея и короткое смс: «Лариса забрала мальчишек. Я дома. Прости».
Дом встретил Елену тишиной. Сергей сидел с остывшим чаем.
Привет, буркнул он.
Привет. Где малыши?
Лариса увезла к себе. Орала страшно, Верку вызывала, деньги за путёвку требовала В общем, цирк.
И что ты?
Я сказал: ещё хоть слово про тебя никаких денег вообще. Ни копейки мимо нотариальной бумажки. Пусть сама разбирается.
Елена приложила ладонь к плечу мужа.
Больше не родня, вздохнул он. Ну, ничего. Верочка, правда, писала: няня в Сочи стоит дорого, но дети со мной, забавные.
Ну и прекрасно. Каждый должен сам решать свои задачи. Спасибо, Серёжа.
За что?
За то, что выбрал быть мужчиной, а не мальчиком-разнорабочим для бывшей.
Пошли чай пить, вдруг улыбнулся Сергей. Пирог купил с вишней, твой любимый.
Дальше жизнь вошла в синусоиду спокойствия. Лариса иногда названивала «лекарства дорогие» Сергей в ответ промурлыкал: «Бюджет расписан шубу жене обещал». Она на том конце трубки застряла и не звонила недельку.
Прошли дни. Дача, розы, молчание в телефоне стало легче дышать дома, словно окна настежь открыли.
Иногда внуки приезжали. Но теперь только после согласования с Еленой, без внезапных высадок, без криков и домашних переворотов. Сергей сам с ними гулял на каток, в парк, в музей. Даже кот был доволен: меньше грязных следов по дому.
Елена поняла: главное не устраивать истерик, а спокойно говорить «нет». А муж что уважение настоящей жены дороже любых былых обязательств.
Иногда Елена сидела вечером на даче, смотрела на закат и думала: лучший спектакль в её жизни случился не в театре, а как раз в их собственной прихожей.
И вот тогда жизнь стала светлее, а небо выше и легче.
