Растишь из него тряпку
Зачем ты его в музыкальную школу отправила?
Людмила Петровна прошествовала мимо невестки, сдергивая с рук шерстяные варежки.
Добрый вечер, Людмила Петровна. Проходите, конечно, милости прошу. Я просто счастлива вас видеть.
Сарказм явно прошёл мимо ушей свекрови. Варежки полетели на тумбу, и она решительно повернулась к Марии.
Мне Костя позвонил сияет весь, говорит, буду на пианино играть! Это вообще что за новости? Он что тебе, Соня Мармеладова? Или ты решила из мальчика барышню лепить?
Мария аккуратно закрыла дверь. Медленно, как будто специально контролировала, чтобы не хлопнуть, не дать волю эмоциям.
Это означает, что ваш внук будет учиться музыке. Ему по-настоящему нравится!
Нравится! фыркнула Людмила Петровна так, будто Мария предложила ребенку кормить котов икрой. Ему шесть, что он понимает в жизни? Это ты должна направлять! Мальчик, будущий глава рода, а ты кому его растишь?
Свекровь деловито вальсировала на кухню, включила чайник. Мария следовала за ней, сжав зубы так, что челюсти скрипели, как половицы в бабушкином доме.
Я расту из него счастливого человека.
Ты растишь из него размазню и слабохарактерного! На футбол срочно, на самбо! Чтоб был настоящий мужчина, а не… не Шаляпин в третьем поколении!
Мария прислонилась к косяку, мысленно отсчитала до пяти не помогло.
Костя сам попросил. Серьёзно! Любит музыку!
Ох, любит! махнула рукой свекровь. Вот Сергей в его возрасте во дворе гонял шайбу и на турнике висел! А твой что? Сидит гаммы бренчит! Позорище, Мария, ну честно.
В Марии что-то хрустнуло возможно, терпение. Она шагнула вперёд.
Закончили?
Ничуть! Я давно хотела сказать, что…
А я давно жаждала сказать вам, Мария перешла на ледяной шепот, Костя мой сын. Мой! И воспитывать его буду я. Не лезьте.
Людмила Петровна вспыхнула, как чайник под крышкой.
Ты… да как ты со мной разговариваешь?!
Прошу уйти.
Что?!
Мария шустро выскочила в прихожую, схватила её пальто, буквально втиснула его в руки свекрови.
Пожалуйста, выходите.
Ты выгоняешь меня? Меня?!
Распахнула дверь. Взяла её под локоть и направила к выходу. Людмила Петровна брыкалась, пыталась обороняться, но Мария оказалась упорнее. Итог бабушка за порогом.
Я всё равно добьюсь своего! завопила свекровь с лестничной клетки, перекосившись от обиды. Не дам испортить моего единственного внука!
Всего доброго, Людмила Петровна.
Сергей узнает всё! Я расскажу!
Дверь хлопнула. Мария устало присела к ней, выдохнула весь кислород.
Из-за двери ещё квадратные минуты слышались возмущённые вопли и тяжёлые, как у бегемота, шаги вниз. Тишина наступила только через пару минут.
Свекровь окончательно выбила из неё весь Zen. Придирки, бесконечные советы, напутствия: как кормить, во что одевать, к чему привязывать. А Сергей абсолютно не видел проблемы. «Мама желает добра», «Она мудрая», «Выслушать не значит согласиться». Для него мама авторитет, энциклопедия жизни, ну прям Матрона Московская семейных советов. А Мария терпела. Смотрела на это как на работу приходит, выносит мозг, уходит, а ты должен держать фасад.
Но не сегодня.
Сергей вернулся домой почти в восемь. Мария по щелчку замка поняла: свекровь уже успела промыть мужу мозги. Ключи летят на тумбочку, походка тяжелая, фейс грозный.
Костенька, зайка, побудь тут, Мария присела перед сыном, надела огромные наушники, включила любимых роботов на планшете. Сейчас с папой поговорю.
Костя послушно уткнулся в экран. Мария, прикрыв дверь, пошла на кухню.
Сергей замер у окна, руки на груди, мужественно игнорировал супругу.
Ты выгнала мою мать.
Не вопрос, а констатация.
Я попросила её уйти.
Да ладно «попросила» вышвырнула за дверь! Она два часа на телефоне рыдала! Два, Маша, подумай!
Мария плюхнулась на стул. Ноги ломило, как после спринта на олимпиаде.
А тебя не напрягает, что она меня унизила?
Сергей запнулся, потом отмахнулся.
Она волнуется за внука. Это плохо?
Она обозвала сына тряпкой и размазней. Нашего ребёнка, Серёжа. Шестилетку.
Ну горячилась, всякое бывает. В чём-то она права, Маша. Мальчику нужно закалку, спорт, характер…
Мария смотрела на мужа до тех пор, пока тот не сдался.
Меня в детстве заставили в художественную гимнастику идти. Мама решила будешь гимнасткой, точка. Пять лет, Серёжа. Я ревела на каждой тренировке. Растяжки, голод, слёзы, а мама «Надо!». Так что до сих пор спортзалы видеть не могу. И своему сыну такого не пожелаю. Скажет сам: «футбол хочу» хоть пускай хоть фигурку тягает. Но из-под палки нет.
Мама просто…
Пусть тогда заведёт себе ещё одного ребёнка и лепит из него чемпиона. А Костю я защищать буду. Даже от тебя, если понадобится.
Сергей почти пробормотал что-то, но Мария уже вышла. Вечер прошёл в ледяном молчании. Мария уложила Костю, потом подолгу сидела в темноте слушала, как сын сопит.
Два дня тянулись как низкая облачность. На ужине Сергей попробовал пошутить, Мария улыбнулась. Лёд начал таять. К пятнице разговор шел, но о свекрови ни слова.
В субботу утром Мария подскочила с постели. Время семь сорок пять. Рано для выходного. Сергей сопел рядом, Костя явно ещё в царстве Морфея.
Но что-то её разбудило.
Металлическое поворот замка. Сердце ушло в пятки. Воры? С утра?! Мария схватила телефон и на цыпочках в коридор.
Дверь отворилась.
На пороге, будто царица, стояла Людмила Петровна. Веееереница ключей в руке, на лице ликование.
Доброе утро, Марьюшка!
Мария, босиком и в старой футболке, смотрела снизу вверх, а свекровь сверху вниз, как будто так надо.
Откуда ключи?
Людмила Петровна продемонстрировала связку.
Серёжа дал. Позавчера заехал. Дал. Сказал: «Мама, прости Марьюшку, она с нервами, не хотела». Вот я и простила, а теперь пришла.
Мария моргала обреченно. Что происходит?
Зачем вы здесь в такую рань?
За внуком! свекровь уже снимала пальто и отправляла Костю на футбол. Бабушка всё решила. Первая тренировка!
Ярость накрыла и смыла последние остатки терпения. Мария метнулась в спальню.
Сергей валялся спиной к стене. Глаза открыты притворяется спящим.
Вставай!
Маша, потом поговорим…
Мария стянула с него одеяло и потащила в гостиную. Сергей мотался за ней, амортизировал, но безуспешно.
Людмила Петровна уселась по-хозяйски на диван, листала журнал.
Ты дал ей ключи? Мария остановилась с мужем в центре комнаты. От моей квартиры?
Сергей мямлил, не смотрел в глаза.
Квартира моя, Серёжа. Я купила её сама. На свои рубли, до брака. Как ты посмел дать маме мои ключи?
Ну, нашёлся жадина! свекровь отмахнулась. Мое, не мое… Себя поставила хозяйкой. Серёжа просто хотел помочь сыну общаться с бабушкой. А ты всех гонишь.
Прошу замолчать.
Людмила Петровна попыталась возмутиться, но Мария смотрела только на мужа.
Костя не пойдет на футбол. Пока сам не захочет.
Ты вообще никто! свекровь вскинулась. Всего лишь временный фактор для моего сына! Думаешь, ты незаменима? Сережа терпит тебя ради Костика!
Мария медленно повернулась к мужу. Тот молчал.
Серёжа?
Ни слова. Ни одного.
Хорошо. Временное явление? Вот оно и закончилось. Забирайте своего сына, Людмила Петровна. Муж теперь бывший.
Ты не посмеешь! свекровь позеленела. Не имеешь права бросать!
Серёжа, тихо сказала Мария, глядя мужу в глаза, у тебя полчаса. Соберёшь вещи уйдёшь. Или уйдёшь в пижаме. Мне равно.
Маша… ну давай…
Всё уже сказано.
Мария повернулась к свекрови.
Оставьте ключи себе. Я сегодня же поменяю замки.
Дальше всё пошло, как у большинства россиянок, развод почти четыре месяца. Сергей шёл на поклон, звонил, приезжал с розами за три тысячи. Людмила Петровна грозила опекой, судами, включала родственные связи. Мария наняла адвоката-провокатора, и перестала отвечать на звонки.
Два года промчались, как электропоезд МоскваВладимир.
В актовом зале школы искусств шум, гул, блеск. Мария в третьем ряду, сжимает программку «Константин Воронов, 8 лет. Бетховен, Ода к радости».
Костя, торжественный, в белой рубашке и черных брюках, появляется на сцене, садится за рояль, смотрит на маму и играет.
Первые звуки разливаются по залу Мария забыла дышать.
Её мальчик играет Бетховена. Восьмилетний ребёнок, который выбрал музыку, выбрал пьесу, сам сидит часами разучивает.
Последний аккорд зал рукоплещет. Костя кланяется с широкой самой счастливой улыбкой, ищет глазами маму. Мария хлопает, сама не замечая, как слёзы текут.
Всё правильно. Всё сделала правильно. Сын дороже чужих мнений, дороже брака, дороже страхов остаться одной.
Так поступает настоящая русская мама.
