А сыну моему нужно
Пятьдесят тысяч, Степан. Пятьдесят сверху тридцати на алименты.
Я буквально бросила телефон на стол, он со скрежетом проскользил по столешнице, чуть не упал на пол. Степан ловко перехватил его у края и этот его жест только еще сильнее вывел меня из себя.
Феде кроссовки нужны были, форму для секции, он положил телефон экраном вниз, будто упрятал улики. Он ведь растёт, Валя. Дети растут, что тут скажешь.
Кроссовки за такие деньги? Он у нас в сборную России метит?
Рюкзак ещё был. И куртка. Осень на носу.
Я отвернулась смотреть на мужа сейчас сил не было. Всё эти переводы я уже давно считала. Каждый месяц, точнее не реже. И всегда один и тот же мотив: сын, долг, ответственность. За красивыми словами вполне конкретные суммы из нашего семейного бюджета в другую жизнь.
Я же его люблю, Степан подошёл почти вплотную. Это мой ребёнок. Я не могу просто взять и
А я разве прошу бросить его? Я лишь спрашиваю, зачем ты тратишь столько свыше алиментов? Тридцать тысяч ежемесячно мало? Нина что, не работает?
Работает.
Так в чём проблема?
Он промолчал. Молчание у него давно знакомое: ответов не существует, есть только привычка соглашаться, помогать, не перечить. Быть хорошим бывшим мужем, хорошим отцом хорошим за наш счёт.
Я прислонилась к раковине, едва сдерживая дрожь.
Я в уме веду учёт, знаешь? Хочешь услышать итог за год?
Не хочу.
Почти шестьсот тысяч. Без нынешних пятидесяти.
Степан потер переносицу привычный жест: “ну давай не будем”. Но я больше не могла молчать. Слишком долго терпела, изображала понимающую.
Мы ведь отпуск планировали, помнишь? Ты обещал ноябрь, море, две недели. Где теперь эти деньги?
Валя, понимаешь Нина позвонила: срочно надо
Нина! Всегда Нина. У неё всё срочное.
Степан сел, облокотился на колени, и я вдруг увидела он по-настоящему устал. Не от работы, от этого вечного перетягивания каната между двумя женщинами. Всплывшее сочувствие я тут же задавила.
Квартиру она хочет купить, выдавил он, глядя в пол. Чтоб у Феди была своя комната.
Какую квартиру?
Побольше. Они сейчас в однушке, тесно им.
Ей тесно А кто платить будет?
Он посмотрел на меня там мелькнула настоящая вина. Я вдруг похолодела.
Ты не собираешься?
Она попросила помочь с первоначальным взносом. Я пока только думаю.
Думаешь? Это ведь огромные деньги! Откуда?
Мы немного скопили. На машину же откладывали.
Мы! На нашу машину. Для нас, для нашей семьи.
Я не сдержалась, голос сорвался. Ладонью прикрыла рот, но было поздно слова уже повисли в тишине между нами.
Степан молча подошёл к окну, руки в карманы.
Федя тоже моя семья. Я не могу делать вид, что его нет.
Никто не просит! Есть алименты, всё официально. Остальное твоя добрая воля. И моя, между прочим. Это ведь наши деньги.
Я знаю.
Но тебя это не останавливает.
Молчание. У соседей за стеной смеются, телевизор, какой-то сериал. Глупый фон.
Я села за стол, погладила скатерть, чтобы не показать, как внутри всё кипит.
Сколько она просит?
Два миллиона на первый взнос.
Я коротко рассмеялась без всякого веселья.
Два миллиона. Это всё, что у нас есть.
Я знаю.
Ты серьёзно готов ей их отдать?
Для Феди.
Я против. Это и мои деньги.
Он промолчал, разговор был окончен.
Через неделю, проверяя в приложении, пришла ли зарплата, я случайно заглянула на накопительный счёт тот самый, что мы копили три года.
Баланс: 47 502 рубля
Я перечитала. Перезапустила. Ещё раз тот же остаток.
Телефон выпал из рук на ковёр.
Стою, будто вкопанная, среди комнаты. Два миллиона три года лишали себя отпусков, считали каждую покупку теперь жалкие сорок семь тысяч. Остаток от нашей семьи, огрызок от будущего.
История операций: перевод Нине Сергеевне Ковалёвой.
Даже не стыдится скрыть.
Степан сидел с ноутбуком на диване, когда я ворвалась.
Всё наши накопления спустил бывшей?!
Крикнулось так, что пусть хоть весь подъезд слышит.
Валя, давай спокойно я могу объяснить
Объяснить?! Два миллиона! Это были наши деньги!
Степан закрыл ноутбук, поднялся. В глазах ни капли вины, только странное упрямство.
Для Феди. Чтобы комната была, условия Я отец, я обязан
Ты обязан семье! Мне! А не той, с кем развёлся!
Она его мать.
А я кто?
Ты моя жена. Я люблю тебя, но Федя
Хватит прикрываться сыном! Ты купил квартиру Нине. На её имя, так ведь? Она будет там жить, распоряжаться, а если захочет продаст, потратит. При чём тут ребёнок?!
Степан пытался подобрать слова не вышло. Мне больше и не нужно было.
Ты её до сих пор любишь, прошептала я. Не о Феде дело. Ты просто никогда не мог ей отказать.
Это неправда.
Тогда почему не спросил меня? Почему решил за нас?
Он только шагнул, руки протянул:
Валя, пожалуйста поговорим спокойно, это же для сына
Я отшатнулась.
Не трогай меня.
Эти слова стена между нами. Степан замер, только сейчас будто понял, что случилось. Слишком поздно.
Я не могу так, собрала сумку в спальне. Не хочу жить с человеком, который принимает решения один. Который врёт.
Я не врал!
Просто не сказал одно и то же.
Быстро сложила бельё, документы, зарядку. Степан стоял в дверях, смотрел на свою рушащуюся жизнь.
Куда ты?
К маме.
Надолго?
Застегнула сумку, бросила прощальный взгляд на мужа взрослого мужчину с растерянными глазами, не понимающего, что натворил.
Не знаю, Степан. Не знаю.
У мамы провела трое странных суток. Первый день просто лежала, смотрела на потолок. Мама молча приносила чай, гладила меня по голове как когда-то в детстве. На второй пришла злость, яркая и освобождающая. На третий ясность.
Позвонила знакомому юристу.
Я хочу развод. Да, уверена. Нет, примирения не будет.
Степан звонил, писал длинные сбивчивые объяснения. Я читала, но не отвечала. Тут говорить не о чем. Он выбрал, теперь и я выбираю.
Через месяц переехала в арендованную однушку в другом районе города. Маленькая, вид на заводские трубы, но всё же своя, только моя. Сама выбирала шторы, сама расставляла мебель, сама считала доходы.
Развод оформили быстро, Степан не сопротивлялся может, надеялся, что передумаю. Нет.
Иногда по вечерам сажусь у окна и думаю, как странно всё устроено. Три года назад была уверена нашла “своего”. Теперь одна, в пустой квартире. Почему-то не страшно.
Открыла блокнот, написала: “0”. Отправная точка. Сбоку план на месяц, полгода, год. Сколько копить, когда вложить, какие пройти курсы.
Впервые за долгое время будущее только в моих руках.
