Мы сорок лет прожили под одной крышей, и теперь, на шестьдесят третьем году жизни, ты решил всё изменить?
Зинаида сидела в любимом кресле у окна, глядя на притихшую улицу, пытаясь отогнать тревожные мысли и забыть потрясения уходящего дня. Совсем недавно она хлопотала по кухне, готовила ужин и ждала Матвея с рыбалки, считая минуты, как бывало всегда. Вернулся он не с уловом, а с новостями, которые, видно, давно носил в душе, но решился озвучить только сейчас.
Я хочу развестись и прошу отнестись к этому спокойно, вдруг сказал Матвей, глядя в сторону. Дети взрослые, всё поймут, внучки о своём думают, а мы можем всё решить тихо, по-человечески.
Мы сорок лет вместе, и вдруг ты решил начать жизнь по-новому? Зинаида не могла поверить в услышанное. Я ведь имею право знать, что будет дальше.
Ты останешься в нашей квартире на Лефортовском переулке, а я переберусь на дачу в подмосковье, видимо, Матвей всё уже для себя решил. Делить нам особо нечего, а имущество всё равно дочерям останется.
Как её зовут? тихо спросила Зинаида.
Матвей вспыхнул, замялся и принялся нервно собирать вещи, будто не слышал вопроса. Зинаида уже не сомневалась в существовании другой. Ведь в молодости таких дел не знала, и никогда не думала, что на закате лет окажется одна, а муж уйдёт к другой женщине.
Может, ещё всё наладится, мама, пытались успокоить её дочки, Оксана и Лариса. Не обращай внимания на отца.
Уже ничто не наладится, вздыхала Зинаида. Да менять что-то смысла нет, буду жить как придётся, ваше счастье пусть радует.
Оксана с Ларисой поехали на дачу поговорить с отцом. Вернулись расстроенными, но матери правду выкладывать не стали. Только стали уговаривать, мол, одной жить даже лучше забот меньше. Зинаида всё поняла, но не стала расспрашивать дочерей, а старалась просто жить. Но легко не было: одни родственники сочувствовали, другие пытались узнать подробности.
Вот надо же, столько лет вместе, а на старости лет муж сбежал к другой, шептались соседки у подъезда. Она, небось, помоложе тебя или денег побольше?
Зинаида не знала, что сказать. В глубине души самой стало любопытно, какая она, та новая, и хотелось увидеть её. Ради этого Зинаида отправилась на дачу, якобы за вишнёвым вареньем, что летом закатывала. Не предупредила, надеясь встретить соперницу и встретила.
Матвей, ты обещал, что бывшая не будет сюда приезжать, раздражённо говорила ярко накрашенная дама в блестящем халате. Я думала, всё решено и ей тут делать нечего.
Это правда, ты променял меня на такую?! невозмутимо спросила Зинаида, оглядывая женщину.
Ты будешь стоять и позволять ей меня обижать? возмущалась дама Между прочим, мне чуть за пятьдесят, а выгляжу я лучше вас обеих!
Если в этом возрасте думает, что внешний вид главное, сказала Зинаида наконец, пытаясь уловить взгляд растерянного Матвея.
По дороге к автобусной остановке она слышала крик той эксцентричной “дачной барышни” и сдерживала слёзы. Лишь дома дала волю чувствам, позвонила сестре и попросила прийти.
Брось унывать, настаивала Анна, заваривая мятный чай. Ты ведь сама сказала: у Матвея жена новая не очень красива и, по-моему, совсем не умна.
Может, я и правда старею, а она права сомневалась Зинаида.
Ты прекрасно выглядишь, честно говорила Анна. Только считаю ошибкой на седьмом десятке носить леопардовые штаны и мини-юбки. Женщина хороша в любом возрасте, если умеет себя подать и выглядит достойно.
Зинаида смотрела на отражение и соглашалась с сестрой. Она была в форме, не жаловалась на здоровье. Одевалась прилично, косметику дочери всегда дарили. Никогда не была яркой, и не хотела напоминать попугая, поэтому и не понимала нарядов той “новой”.
Значит, теперь ты у нас свободная женщина! радовалась Анна. Дочери самостоятельны, возможностей полно, да и культурная жизнь кипит. Я не дам тебе унывать!
Анна держала слово, потянула сестру в театры, на концерты и прогулки. Вскоре у них собралась компания ровесников. Среди них даже встретился мужчина, пытавшийся ухаживать за Зинаидой, но она сразу пресекла попытки и отказалась от отдельных встреч.
Говорят, теперь ты ходишь по театрам, с друзьями гуляешь, неужто и замуж опять соберёшься? поддел Матвей при случайной встрече в гастрономе.
А ты-то чего сюда приехал, ведь возле дачи магазинов полно, или твоя новая жена не готовит? парировала Зинаида.
Просто я всегда здесь всё покупал, а в возрасте привычки сложно менять, бормотал Матвей.
Зинаида не стала продолжать разговор, сослалась на занятость и ушла. Матвею вдруг очень захотелось догнать её и всё рассказать, как он жалеет о разводе. Всю жизнь он был рядом с детьми и женой, а потом закружила его весёлая Татьяна в вихре новых ощущений.
Сначала было интересно, потом выяснилось, что Татьяна не любит заниматься хозяйством, предпочитает сплетни, шумные компании и застолья.
В последнее время Матвею всё чаще хотелось вернуться домой, а встреча с Зинаидой усилила это желание. Она не устраивала сцен и не искала выяснений, просто спокойно выдерживала ситуацию, достойно и без истерик. Матвей даже представить не мог, как ему будет не хватать именно этого спокойствия и уюта, что был только с ней.
Снова купил курагу, а я просила чернослив! раздражалась Татьяна, разбирая пакеты. Сыр жирный, майонез забыл.
Раньше покупки делала Зинаида или мы вместе, а ты всё перекладываешь на меня, не выдержал Матвей.
Оставь свои сравнения со старой женой! визжала Татьяна. Скажешь ещё, что жалеешь, будто бросил её ради меня!
Он и вправду жалел, только понимал говорить об этом бессмысленно. Зинаида не строила козней, просто оставалась собой, и от этого было так больно. Матвей мечтал о прощении, хотя знал возврата уже не будет.
И даже если он где-то в глубине души надеялся когда-то попросить прощение, Зинаида не простит и не примет назад. Несколько раз хотел позвонить ей, а после очередной ссоры впервые дошёл до старой двери.
Пришёл вещи забрать? спросила Зинаида, не впуская бывшего мужа.
Хочу поговорить у тебя есть время? промямлил Матвей, ловя запах сливового пирога из её кухни.
Нет у меня времени ни желания. Забирай, что важно, а ко мне гости придут, спокойно ответила она.
Забирать было нечего, а сказать хотелось много, но слова не находились. Матвей вернулся на дачу, отправился готовить ужин Татьяна вновь гуляла по соседям. Вернулась весёлая, и Матвей окончательно решил дать ей время собрать вещи.
После скандала он снова порывался позвонить Зинаиде, но оставил свою затею. Он слишком хорошо её знал, чтобы не понимать: надежды в пустую.
Возможно, когда-нибудь, потом, весной или летом, он наберётся решимости попросить прощения, не ради семьи, а просто для себя. Но он понимал, что Зинаида не забудет предательства, и всё это знал, когда затевал роман с Татьяной.
Теперь он жил на даче под Москвой, а у Зинаиды была квартира на Лефортовском, встречи с дочерями, внучками, походы по театрам. Для бывшего мужа в этой жизни уже не нашлось места.
