Вредная соседка
Ты только не тронь мои хрусталики! вскидывается бывшая подруга. Следи лучше за своими глазами! Думаешь, не вижу, на кого ты вылупилась?
Так ты, что ли, ревнуешь теперь? удивляется Тамара Борисовна. Вот на кого глаз положила! Знаю, что тебе на Новый год подарю: машинку для скатывания губ!
Так себе и оставь! не отстаёт Людмила. Или твои губы уже никакая техника не берёт? Думаешь, я не замечаю?
Баба Тома свесила ноги со старой железной кровати и медленно подошла к своему иконостасу, чтобы прочитать утреннюю молитву.
Не то чтобы она была сильно верующей: что-то, конечно, есть на большом свете кто-то же всё держит под контролем! Но кто именно вот в чём вопрос.
И называлась эта всеобщая сила по-разному: космос, начало начал, но чаще всего Господь. Да, добрый дедушка с белой бородой и нимбом, восседающий на облаке и заботящийся о всех людях.
К тому же возраст у Тамары уже перевалил за шестьдесят пять, подбирается к семидесяти.
В этом возрасте лучше с Всевышним не спорить: если его нет верующие ничего не теряют, а если есть неверующие потеряют всё.
В завершение молитвы баба Тома всегда добавляла пару слов лично от себя: как же без этого? Всё, ритуал соблюдён на душе стало легче, можно начинать новый день.
В жизни у Тамары Борисовны две беды. Нет, не дороги и не дураки, как в народной пословице. Настоящая напасть это соседка Людмила и свои, Томины, внуки.
С внуками всё ясно поколение сейчас ленивое, ничего делать не хотят. Но у них есть родители пусть они и разбираются!
А вот что делать с Людкой загадка: та стала донимать бабу Тому классическим способом, почти по-профессорски!
Это только в кино пикировки между актрисами Дмитриевой и Гурченко умиляют. А на самом деле злые языки соседа не красят.
А ещё у Тома был друг по прозвищу Петька-мопедка. По паспорту Пётр Ефимович Козырный, фамилия на зависть всей деревне!
Откуда прозвище? В молодости Козырный Петя звучит же! гонял по округе на иссиня-черном мопеде. Сам с улыбкой звал свою машину «мопедькой». Так и прилипло.
Давно уже поржавел его мопед в сарае, но народная молва о прозвище не забылась: слово деревенское!
Раньше дружили семьями: Петька, его жена Нина, Тома и её покойный муж. Теперь вторые половинки уже лежат рядышком на сельском кладбище, а дружба осталась по инерции между соседями. Знает Тома Петьку с первого класса хороший был друг.
Учились вместе: она, Петька, Людка дружбой дорожили, ни разу между ними флирта не было. На вечеринках ходили втроём: кавалер посредине, две барышни под ручку как чашка с двумя ручками.
Время всё изменило. Сперва дружба сменилась холодком с Людмилы Владимировны, а потом и вовсе обернулась недоброй ненавистью.
Как из мультика: будто Людку подменили! Всё началось после смерти мужа, раньше мирились с недостатками друг друга ну и что, что завистливая, всё равно своя.
Но Людмила изменилась: чуть что, сразу уцепится. Говорливый стал болтливым, а завистливая просто лопалась от злости.
А чему было завидовать?
Первое: Тома, несмотря на возраст, всё такая же стройная, а Люда превратилась в «бочонок», талия давно исчезла.
Второе: Петька последнее время больше внимания уделял Тамаре, чем Люде шепчутся, смеются, чуть ли не лбами сталкиваются.
А с Людой коротко и сухо. И гостей Тома принимает чаще, а к Людке Петьку зазывать надо.
Да чего уж там: может, она и не такая умная, как Тома, и чувство юмора отсутствует. А Петька любит поговорить, поржать. В русском есть замечательное слово «базланить» вот этим и занялась Людмила последнее время.
Сначала ей не понравилось расположение Томкиного туалета: от него, мол, запах неприятный!
От твоего сортира воняет! заявила баба Люда.
Вот это новости! Он на том же месте сто лет! Ты раньше о нём не знала, что ли? удивилась Тома и поддела в ответ: Ах да, глаза-то свои ты хрусталём бесплатно вставила по полису! А лучший товар бесплатно не дают!
Ты только не тронь мои хрусталики! взъярилась бывшая подруга. Глаза свои смотри! Думаешь, не вижу, как ты на мужчин глаз пялишь?
Ты меня что, ревнуешь? не удержалась Тамара Борисовна. Ох ты, на кого запала! На Новый год тебе точно губозакаточную машинку преподнесу!
Себе оставь, тебе нужнее! парирует Люда. Или твои губы уже не скатаешь ни одной машиной? Думаешь, я не вижу?
Да, видит! И не раз эта сцена повторялась. Петька после одного такого разговора посоветовал: засыпь туалет, устрой его в доме.
Сын с дочерью скинулись, отгрохали маме санузел в доме, выгребную яму засыпал Пётр Ефимович собственноручно: теперь Людка пусть отдыхает! Возмущаться больше нечему лови новый повод!
Да как бы не так: внезапно обнаружилось, что внуки Томы якобы оборвали ветки груши Людки дерево разрослось на оба участка.
Они просто подумали, что это наша часть! пыталась оправдаться Тома (по её мнению, никто грушу не трогал). Вот твои куры землю у меня перекапывают, и ничего!
Куры тупое создание, одно слово курица! огрызнулась Людмила. А внуков воспитывать надо, бабушка! А не хихикать с кавалерами по утрам!
Короче: снова разговор крутился вокруг Пети и снова баба Тома наставила на внуков. Да и груш надоела, пора успокоиться Людке!
Ага, вот и нет! Тут же оказалось, что ветки изуродовали!
Покажи, где! просила Тома, нигде повреждений нет!
Да вот же! тыкала своими корявыми пальцами Людмила, а у Томы пальцы тонкие и ровные. Руки женщины её визитка! Вот так-то! Даже в деревне.
Тогда Петька предложил спилить эти ветки: на твоём участке, значит, и распоряжайся!
Так она орать же будет! опасалась Тома.
Спорим, не осмелится? Я рядом побуду! заверил Пётр.
И верно Людмила видела, как Петя пилит, но ни слова не сказала!
Дерево уладили, но потом у Томы самой появились претензии: Людкины куры-то опять вырыли половину грядок.
В этом году Людмила купила новую породу: этих несушек-загребушек ещё поискать!
Уговаривала Тома держать кур на своём дворе, но та лишь смеялась раздражающе: мол, мелет Емеля а мне что?
Был вариант: поймать пару кур и зажарить, но добрая душа Тома такое себе позволить не могла.
Петя подсказал идею из интернета: разложить на грядках яйца ночью, а утром их собрать, как будто куры снесли.
Современный человек, интернет знает! Решили попробовать получилось! Баба Люда только развела руками, глядя, как соседка яйца собирает. С тех пор куры ни ногой на чужие грядки.
Ну, может теперь Людка помирится? Где там! Теперь ей воняет дым и еда с летней кухни, где Тома готовит до поздней осени.
Вчера не мешало, а сегодня начало? Запах жареного мяса раздражает? Может, я сама вегетарианка! кричит Людмила. Мало ли, сейчас законы на мангалы приняла Дума!
А где ты мангал видела? пыталась втолковать Тамара. Очки вымой, умница!
Тамара Борисовна обычно терпелива, но тут сдалась: соседка напрочь отбилась от рук.
Может, её на опыты отдать? печально вздыхает Тамара за чаем с Петькой. Так она меня скоро слопает!
Баба Тома заметно похудела постоянные нервы изматывают.
Не дождётся, ты у меня в обиде не останешься! взбодрил её Пётр. Я придумал кое-что получше!
Через пару дней Тома слышит весёлую песню: Тома, Тома, выходи на улицу!
На крыльце стоит сияющий Петька приехал на отремонтированном мопеде. Вот он, Петька-мопедка!
Почему я был мрачный, как туча? радуется Пётр Ефимович, потому что мопед был сломан! А теперь держись, красавица! Поехали кататься, как в молодости!
Баба Тома залезла без раздумий! Старости теперь на пенсии не место: все активные пенсионеры 65+, хоть и рублями пенсия, зато жизнь веселее!
И поехала она и в прямом, и в переносном смысле в новую жизнь.
Вскоре Тома стала во всех смыслах «козырной» дамой: Пётр Ефимович Козырный сделал ей предложение руки и сердца.
Пазл сложился Тома переехала к мужу.
А Люда так и осталась одинокой, толстой и злой. Чем не тема для новой зависти?
А собакой на всех кидаться некому вот и носит недовольство в себе. Здравствуй, баба Тома зачем тебе выходить из дома? А дальше будет, ой-ёй-ёй! Такая вот песня. Чего ещё ждать от жизни в деревне?
Эх, зря только туалет осовременивалиПрошло лето, осень принесла дожди и желтые листья, а за ней и первый снег засыпал деревню. Соседи удивленно переглядывались: теперь старушка Тома ходила по улице под руку с «мопедькой», то есть с уже законным мужем Петром Ефимовичем. Казалось, что в них снова поселилась молодость громкие разговоры, шумный смех и вечные придумки для общего огорода.
Внуки приезжали чаще: у Томы теперь было два дома сразу с бабушкой и у деда Пети приключений тоже хватало. А Петька, как и прежде, рассказывал небылицы о кудесных рыбалках, и старательно прятал ключи от мопеда в укромных местах, чтобы «кто-нибудь молодой не увёз из любви к скорости».
Людмила захлопывала своё окно, когда слышала смех за забором. Иногда даже рыдала в подушку: не к кому теперь сердитое слово бросить, не на кого же острить свои язвительные замашки. Куры топтались на своем дворе в чужой не суются, груша по осени уродилась на славу, а общий забор теперь покрасили в зелёный цвет.
Однажды утром, когда над деревней тянулся морозный пар и всё было укрыто серебряной изморозью, Тома остановилась у калитки Людмилы.
Ну что, Людочка, снег пошёл пора чай пить! кивнула она. Приходи, не вредничай.
Людмила ворчливо махнула рукой, но в тот же день осторожно приоткрыла дверь на Томкин смех в окне. А на кухонном столе, как в прежние добрые времена, ждал большой термос чая, мятные пряники и пирог с груши той самой, о которой спорили много лет. Так, может, всё ещё можно исправить если позволить себе чуть-чуть доброты?
И в это морозное утро деревня, казалось, стала чуточку теплее.
