Сорок лет я слышала одну и ту же фразу, будто бы корона из воздуха опускалась на мою голову каждый раз.
Моя жена не работает. Она царица дома.
Люди улыбались, искренне или не очень. Восхищались мной, некоторым я даже казалась загадкой из советских сказок.
А я… я верила.
Верила, что важна. Что ценна. Что мой труд величайший в мире.
И ведь это и правда была работа. Только никто не называл её так.
Я была поваром, уборщицей, няней, учителем, медсестрой, психологом, водителем, бухгалтером, организатором любого праздника и будня. Работала по четырнадцать часов, а иной раз и больше. Не было ни «выходного дня», ни «оклада». И «спасибо» редко звучало там, где мне особо хотелось его услышать.
Было только одно:
Ты ведь дома. Ты в порядке.
Мои дети ни разу не ушли в школу в грязной одежде. Муж ни разу не вернулся с работы из конторы, с завода, из института и не нашёл холодного ужина. Квартира всегда была чистой, полы натираны до сияния, в шкафах порядок, а жизнь собрана и подчинена спокойствию остальных.
Иногда я смотрела на своё отражение в пыльном трюмо и не видела женщину.
Видела функцию.
Но себе я говорила: «Это семья. Это любовь. Это мой выбор».
Я цеплялась за утешительный приз что всё это «наше».
Наша квартира.
Наши рубли.
Наша жизнь.
Но правда оказалась иной.
Когда муж ушёл к Господу… мир рухнул не только от горя. Мир рухнул от реальности.
Мы плакали. Люди говорили: «Вот мужчина был!», «кормилец», «опора семьи».
А потом настал день, когда читали завещание.
Я стояла, вдова, сжатыми руками, боль в груди, ждала хоть какой-то уверенности, хоть кусочек защиты за все годы, что отдала ему.
И тут прозвучали слова, сделавшие меня чужой в собственной жизни.
Квартира оформлена на него.
Счёт в банке принадлежит ему.
Всё было на его имя.
И «наше» превратилось в «его» за пару мгновений.
Дети мои дети получили то, ради чего я трудилась весь этот путь, берегла, вычищала, поддерживала…
А я?
А я осталась без права даже на тихое:
«Это и моё».
С того дня началась самая унизительная жизнь не нищета, а зависимость.
Приходилось спрашивать:
Можно ли купить лекарства?
Можно ли новые туфли?
Можно ли покрасить волосы?
Словно я не женщина под семьдесят, а девочка, выпрашивающая карманные деньги.
Иногда, с бумажкой у магазина, я вдруг ловила себя на вопросе
Как так получилось?
Как получилось, что я работала сорок лет, а мой труд ничего не стоит?
Больно было не только от отсутствия денег.
Больно было от того, что меня обманули.
Что я носила корону из слов, а не корону из уверенности.
Что я была «царицей», только без прав.
Тогда я впервые за много лет задалась вопросами, которых никогда себе не разрешала:
Где я была в этой «любви»?
Где было моё имя?
Где было моё будущее?
И главное почему я столько лет считала, что иметь свои деньги это признак недоверия?
Теперь я знаю правду.
Свои доходы, свой счёт, свои сбережения, своё имущество это не предательство любви.
Это уважение к себе.
Любовь не должна оставлять женщину без защиты.
Любовь не должна отнимать силу, а потом заставлять выпрашивать крошки.
Поука:
Женщина может отдать жизнь дому но в доме должно быть место и для неё самой не только на кухне, но и в правах, в уверенности, в деньгах.
Домашний труд достоин уважения.
А зависимость это ловушка.
Вопрос:
Знаешь ли ты женщину, которая была «царицей дома», а в итоге осталась ни с чем и без будущего?
Сорок лет я слышала одну и ту же фразу, каждый раз она звучала как корона на моей голове. — Моя жена не работает. Она королева дома. Люди улыбались. Восхищались мной. Иногда даже завидовали. А я… я верила. Верила, что я важна. Что я ценна. Что мое дело — самая большая работа в мире. А это действительно была работа. Только никто не называл ее работой. Я была и поваром, и уборщицей, и няней, и учителем, и медсестрой, и психологом, и водителем, и бухгалтером, и организатором всего подряд. Работала по 14 часов, иногда больше. Не было “выходных”. Не было “зарплаты”. Не было “спасибо” каждый раз, когда мне этого хотелось. Была только одна фраза: — Ты дома. Тебе хорошо. Дети никогда не уходили в школу в грязной одежде. Муж всегда возвращался к горячей еде. В доме был порядок. Вся моя жизнь была посвящена тому, чтобы всем было спокойно. Иногда я смотрела в зеркало и не видела женщину. Видела функцию. Но говорила себе: “Это семья. Это любовь. Это мой выбор.” Меня утешало только одно — что всё это “наше”. Наш дом. Наши деньги. Наша жизнь. Но истина оказалась иной. Когда муж ушёл к Богу… мой мир рухнул не только от горя. Рухнул и от реальности. Мы плакали. Люди называли его “большим человеком”, “добытчиком”, “опорой семьи”. А потом настал день, когда стали читать завещание. Я стояла вдовой — со сжатыми руками и болью в груди, ожидая хоть какой-то уверенности, хоть какой-то защиты… после всех лет, что я ему отдала. И тогда услышала слова, которые сделали меня чужой в собственной жизни. Дом был записан на его имя. Банковские счета — на его имя. Всё было на его имя. И “наше” стало “его” за секунды. Мои дети — наши дети — наследовали то, что я хранила, убирала и поддерживала всю жизнь. А я? А я осталась без права даже сказать: “Это и моё.” С этого дня я стала жить самым унизительным способом — не в бедности, а в зависимости. Мне приходилось спрашивать: — Можно ли купить лекарства? — Можно ли купить обувь? — Можно ли покрасить волосы? Как будто я не женщина в 70 лет, а девочка, которая просит карманных денег. Иногда держала в руке бумажку со списком в магазин и не могла поверить… Как возможно работать сорок лет, а труд твой ничего не стоит? Больно было не только остаться без денег. Больно было, что меня обманули. Что я носила корону из слов, а не корону из безопасности. Что я была “королевой”, но без прав. И тогда я начала задавать вопросы, которые раньше боялась задать: Где была я в этой “любви”? Где было моё имя? Где было моё будущее? И главное — почему столько лет думала, что иметь свои деньги — это недоверие? Теперь я знаю правду. Иметь свой доход, свой счет, свои страховки, свою собственность — это не предательство любви. Это уважение к себе. Любовь не должна оставлять тебя без защиты. Любовь не должна забирать силу и оставлять тебя просить. Вывод: Женщина может отдать жизнь дому… но в доме должно быть место и для неё — не только на кухне, но и в правах, безопасности и деньгах. Домашний труд достоин уважения. Но зависимость — это ловушка. 👇 Вопрос к тебе: Знаешь ли ты женщину, которая была “королевой дома”, но в итоге осталась без прав и без будущего?
