Дневник, апрель
Сегодня мне снова не даёт покоя история нашей семьи. Я познакомилась со своим мужем, Антоном, когда мы оба учились в Московском государственном университете. Нам тогда было по двадцать лет, и время казалось таким беззаботным. Я сразу обратила внимание на Антона в нём сочетались сила, ум и самое главное доброта. Сначала мы просто дружили, но вскоре я поняла, что чувствую к нему гораздо больше.
Спустя несколько месяцев мы стали парой. До сих пор с теплом вспоминаю те студенческие годы пожалуй, это была самая счастливая пора моей жизни.
Через год Антон сделал мне предложение, и мы почти сразу расписались. На шикарное застолье не хватало ни денег, ни желания, поэтому всё прошло скромно, только с самыми близкими. Мы веселились, играли в настольные игры и смеялись до слёз.
На второй год совместной жизни Антон устроился на работу после окончания университета. Мы обосновались в небольшой комнатке в общежитии, но мечтали о своей собственной квартире в родной Москве. Вскоре умерла моя бабушка, оставив мне в наследство 3 миллиона рублей, и Антону удалось накопить немного сбережений. Сумма оказалась достаточной, чтобы взять ипотеку на двухкомнатную квартиру мы уже всерьёз задумывались о пополнении в семье.
Десять лет наш брак был крепким, но детей у нас так и не появилось. Несколько лет назад у Антона начались неприятности на службе компания столкнулась с проблемами, а владелец свалил всю вину на Антона, который работал главным бухгалтером. После затяжного судебного процесса Антона несправедливо признали виновным в долгах и ошибках в отчётности, приговорив к четырём годам колонии.
Я старалась сделать всё, чтобы помочь ему
Мы долго судились, искали адвокатов, обращались к знакомым, но всё оказалось тщетно бумаги были составлены так, что вся ответственность легла на Антона, хотя он только выполнял распоряжения начальства.
Это было непростое время: поддерживала мужа как могла, но с годами почувствовала, что и сама нуждаюсь в опоре
Однажды ко мне ворвалась моя свекровь, Наталья Павловна. Категорично заявила, что у меня нет больше права находиться в этой квартире. Свекровь обвинила меня во всех бедах сына, добавила, что Антон купил квартиру исключительно за свои деньги, а у меня нет никаких прав. Я была в шоке от такой холодности не ожидала этого от неё.
Как выяснилось, ещё до суда Антон оформил на мать доверенность, и благодаря этому она получила выписку со счёта: якобы все платежи по ипотеке шли только с Антонова счёта. Свекровь теперь настаивает, что этих документов достаточно, чтобы суд признал к покупке квартиры я отношения не имею.
Я растеряна и не знаю, что делать дальшеЯ помню тот вечер сидела одна, среди коробок, остатки мебели казались ещё более чужими. Но вдруг мне стало удивительно спокойно: за все эти годы боль научила меня одному даже когда весь мир тебя предал, нельзя предавать себя.
На следующее утро я вынесла из квартиры две чемодана. Дверь за мной тихо щёлкнула, словно подводя черту. Я шла по двору, и впервые за долгое время чувствовала себя свободной.
У меня было немного денег и ни малейшего плана. Я устроилась работать помощницей в небольшой библиотеке там пахло старым деревом и тёплой пылью, а люди улыбались искренне. Вечерами я читала письма бабушки, которые нашла в старом чемодане, и вдруг поняла: в этом новом, почти невесомом одиночестве, есть целый мир. Я начала писать собственную книгу не о потерях, а о чудесах, которые преподносит жизнь на пути из боли к свободе.
Однажды на улице я встретила Антона он уже вышел на свободу. Непривычно постаревший, но всё тот же светлый взгляд, виноватая улыбка. Мы говорили долго. И вдруг стало ясно: можно простить, можно помнить, но самое главное найти в сердце место для себя самой.
Я научилась заново строить дом не из кирпича и ипотеки, а из любви к жизни. И это оказалось куда надёжнее стен.
