13 марта 2023
Всё, хватит! Либо я, либо твой брат со всей своей шайкой красавиц! Сколько можно терпеть это? Сначала ты на меня своих родственников нацепил, теперь ещё и каких-то непонятных барышень привёл? Смотри-ка, как ловко устроились, Катя почти кричала посреди нашей спальни, дрожа от злости.
В руке у неё был чужой капроновый чулок не ошибись, чёрный, явно не её. Минуту назад она вытащила его из-под кровати, и тут же глаза её округлились. Было ясно: это вещь не из её гардероба.
Я же стоял напротив, не зная куда себя деть. Вместо того чтобы извиниться или хотя бы изобразить виноватого я только раздражённо поморщился, будто это Катя привела чужого мужика. По правде говоря, я лишь ждал, когда вся эта вакханалия закончится.
Катя, прекрати истерить, пробурчал я. Раздуваешь из мухи слона. Это же просто мой брат, твой деверь между прочим. Привёл тут девушку разок, что такого? Неужели жалко?
Катя промолчала пару секунд. Она была не столько возмущена, сколько раздавлена мерзким чувством как будто дорогие туфли перемазала в грязи.
Я видел, как она переводит взгляд от меня к двери будто ища поддержки. Конечно, какой тут поддержки ждать, когда мой брат Илья уже полгода восседает у нас хозяином и даже не думает помогать?
Это моя квартира, и я не желаю здесь видеть посторонних! медленно, почти сквозь зубы сказала Катя. И твоего брата, между прочим. Захотите покупайте свою, хоть со слонами там живите. А сейчас освобождайте мою.
На этот раз был удивлён уже я. Хотя, чего тут удивляться? Всё к этому и шло.
Поехали, Диман, лениво раздалось из гостиной голосом Ильи. Нафиг всё это, найдём хату попроще, зато никто мозг не выносит. Баба с возу, знаешь сам…
Я, как по команде, вытащил из шкафа спортивную сумку. Накидал туда вещи абы как: футболки, джинсы, зарядку, трусы.
Пожалеешь ещё, буркнул я Катe. Да кому ты вообще нужна, кроме меня…
Мы хлопнули дверью так, что, кажется, дрогнули стены.
Катя осталась одна. Квартира сразу стала глухо-тихой. Она без сил опустилась на кровать, всё сжимая в руке этот проклятый чулок. Как же так случилось, что уютная квартира, унаследованная от бабушки на Маяковской, обернулась коммунальной ночлежкой?
С Катей я познакомился два года назад. Мы были разными: она тихая, скромная, всегда стеснительная перед людьми; я громкий, общительный, вечно в поиске новых знакомств. Были мы студентами, но я уже мотался на такси ночами, пытался творить романтику: приносил ей шоколадки, декламировал стихи, иногда стипендия позволяла вести в кафе. Для скромницы Кати это казалось верхом ухаживаний.
Съехались мы быстро всего через два месяца.
Без тебя не могу, котёнок, шептал я, обнимая. Хочу только с тобой засыпать и просыпаться.
Катя растаяла. Позже оказалось меня выгнали из съёмной за шум, надо было куда-то приткнуться. Катя даже и тут нашла оправдание: «Ну, у всех бывают трудности». Вот такая она была всегда прощала.
Первые месяцы мы жили вдвоём спокойно. Она с лекций на работу к ученикам, чтобы получить сколько-то на жизнь. Я тоже зарабатывал. Но через два года всё изменилось.
Говорил, что брат приедет поступать в МГУ, сказала как-то Катя. Может, пригласим его в гости?
Тогда Катя не знала, что Илья засидится всерьёз. Сначала на пару дней, потом на неделю, а дальше и вовсе поселился практически насовсем. Катя не роптала: по-русски гостеприимная кормит, моет, стирает за двумя взрослым мужиками.
Вскоре Илья и думать забыл о поступлении.
Ты же должен быть студентом? вежливо спросила Катя однажды. Вам там общежитие не положено?
Я не прошёл, спокойно ответил Илья. Разберусь в следующем году.
Катя только вздохнула. Видно было Илья уходить не собирается. Смысл? Спит до обеда, кушает за бесплатно, тусуется.
Особо «повеселел» быт, когда меня уволили из магазина.
Начальник дурак, громко уверял я. Требований вагон, зарплата копейки. Не парься, Катюха, буду подрабатывать в такси и искать что получше.
Но «подработки» стали раз в неделю, иногда реже. Бюджет трещал. Продукты исчезали моментально, котлеты уходили за вечер, коммуналка каждый месяц больше. А мы с братом лежали на диване, даже чай налить себе сами не могли.
Катя приходила с работы уставшая и сразу врезалась в горы грязной посуды и тряпья. В ванной одежда, везде пыль.
Как-то она попыталась возмутиться, а я глянул с удивлением:
Катя, ну ты чего, жалко что ли пару ложек супа брату? Ему сложно столица, адаптация, должна понять, ты ж женщина, в конце концов.
Катя всегда делала вид, что всё нормально, боялась разругать семью до основания. Стиснет зубы и опять к плите или за тряпку, снова стирает за двоих.
Но в один момент, когда она увидела в гостиной три бокала под дешёвое вино и потом нашла капроновый чулок, что-то в ней оборвалось.
Первая ночь без нас прошла для неё тревожно. Привычно не хватало храпа из зала, звуков телевизора, моих шагов. Но с утра Катя, по её словам, впервые расслабилась: в холодильнике не тронули сыр, сок не выдули, молоко никто не пил из бутылки. Порядок, чистота дом словно выдохнул.
Наступил вечер, стало грустнее. Катя уехала к подруге Ане пожаловаться на жизнь.
Ох, Катюха, хмыкнула Аня. Эти двое уже новую дурочку разводят. Может, даже ту, что капрон оставила. Не знаю, кто из них её притащил твой брат или ты. Главное, что теперь время лишних кормить прошло.
Катя пришла домой и устроила глобальную чистку: вымела всё, что напоминало о «таборе» носки, фантики, подарки… Всё в мусор. Перестелила, промыла полы, поставила новый цветок на подоконник.
И впервые за долгое время увидела ясное «плюс» в личной бухгалтерии можно хотя бы немножко сберечь.
Прошло полтора года
Катя изменилась: устроилась преподавателем в частную гимназию, научилась отказывать и не быть удобной для всех. И в жизни появился Виктор инженер, старше её на пять лет, со своей (пусть в ипотеке) квартирой.
Теперь не спешила с переездом, долго присматривалась к человеку. Через полгода Виктор предложил жить вместе. Решили поселиться у неё ближе к центру, а свою Виктор сдавал.
Шло всё спокойно, пока однажды вечером, отложив телефон, он не сказал:
Слушай, Катя, мама моя звонила Нужно ей обследование пройти. У нас в деревне такого нет на недели две может задержаться, только у нас пожить получится. Как ты?
Катя похолодела: память бросила картинку Илья на диване, ворчливые разговоры, топот, ощущение чужого на своей территории.
Но вместо привычного молчания Катя посмотрела на Виктора прямо:
Вить, я уважаю твою маму. Но есть правила: никаких гостей с ночёвкой. Никаких. Ни с твоей стороны, ни с моей. Наш дом наша территория, никого лишнего. Без обид?
Повисла тишина. Катя ждала сейчас скандал, упрёки.
Но Виктор только пожал плечами:
Без проблем вообще, спокойно ответил он. Есть же моя квартира, или можно снять что-то поближе к клинике. Всё решаемо.
Катя даже не поверила сразу:
Ты не в обиде?
Он рассмеялся, обнял её.
Нет, это твой выбор. Главное чтобы ты была спокойна. Всегда ищутся варианты, если людям не всё равно друг на друга.
Теперь Катя действительно была хозяйкой своего дома и своей жизни. Её «нет» оказалось не поводом для скандала а основой для уважения. Вот так, спустя время, я понял: никогда нельзя позволять кому-либо садиться тебе на шею. И если тебе есть что сказать не бойся этого.
