В тот день, когда у Варвары вдруг стал заметно округляться живот под свитером, в деревне её осудили моментально и неважно, что ей было уже сорок два года. Вдова! Какая позорища!
Десять лет, как Степана, её мужа, похоронили на сельском кладбище, а она вот тебе и здрасьте, принесла что-то не то в подоле.
От кого? змеиным шёпотом перешёптывались бабы у колодца.
Да разве его кто знает! вторили им. Тихая, скромная а вот до чего докатилась! Накаракатала себе.
Дочки под венец пора, а мать сама гуляет! Позор на весь посёлок!
Варя, возвращаясь с почты, волокла тяжёлую сумку на плече и упрямо смотрела в землю, губы стиснуты в нитку.
Ох, знала бы она, чем всё это обернётся, может, не стала бы ввязываться. Да что делать, если своё дитя глаза слёзами заливает?
Всё, к слову, началось не с самой Варвары с её дочери, Марфы
Марфа глаз не оторвать, вылитый отец, покойный Степан. Он тоже был красавец, парень во всей округе первый: беловолосый, глаза синие, будто озёра. Вот и Марфа уродилась такою.
Вся деревня ей вслед оглядывалась. А младшая, Клара, вся в мать пошла: тёмная голова, глаза карие, серьёзная, неприметная.
Варя в своих девчонках души не чаяла, обеих любила, одна тянула, как лошадь. На двух работах: днём почтальонша, вечером дояркой в местном фермерском хозяйстве. Всё для них, своих кровиночек.
Учиться вам надо, девочки! говорила она, уставшим голосом. Не хочу, чтобы вы всю жизнь, как я, в грязи да с сумкой по морозу. В город надо среди людей жить!
Марфа и уехала в город быстро, легко, будто окрылённая. Поступила в торгово-экономический институт. И сразу её там приметили.
Присылала фотографии: то в кафе, то в новом платье. И жених у неё появился не абы кто, а сын какого-то начальника. Мам, он мне шубу пообещал! радостно писала.
Варя радовалась. А Клара хмурилась. Она после школы осталась в деревне, санитаркой в медпункт пошла. Хотела на медсестру учиться да где денег набрать?
Вся пенсия по утере кормильца и вся Варина зарплата уходили на Марфу, на её городскую жизнь.
***
И вот, летом, Марфа приехала. Не как всегда шумная, нарядная, с гостинцами, а тиха, словно в воду опущенная.
Два дня из комнаты не выходила, а на третий Варя заглянула к ней а та в подушку рыдает.
Мама мам я пропала
И рассказала всё. Её жених, тот самый золотой мальчик, просто попользовался и бросил. А она уже на четвёртом месяце.
Сбавляться поздно уже, мам! выла Марфа. Что мне делать? Он знать меня не хочет! Если рожу ни копейки не даст! Из института, поди, вытурят, всё, конец мне
Варя сидела, будто по ней гром ударил.
Ты ты что ж, доченька не убереглась?!
Какая теперь разница! закричала Марфа. Что мне, в детдом? В лесу подбросить что ли?
У Вари сердце оборвалось. Как это в детдом? Внука родного?!
Ночью Варя не спала, ходила по комнате, как призрак. Под утро села на краешек Марфиной кровати.
Ничего, сказала жёстко. Всё выносим.
Мама! Как?! Марфа вскочила. Все узнают! Позор будет!
Никто не узнает, отрезала Варя. Скажем что мой.
Марфа не поверила ушам.
Твой? Мам, ты в своём уме? Тебе уже сорок два!
Мой, повторила Варя. Я поеду к тёте в район, мол, помогать. Там и рожу, там и поживу. А ты в город возвращайся, учись.
Клара, что спала за тонкой деревянной перегородкой, слышала всё. Сжимала подушку зубами, и слёзы градом лились по щекам. Ей так жалко было мать И так противно за Марфу.
***
Через месяц Варя уехала. Деревня побурчала да и забыла. А полгода спустя она вернулась. Не одна с синим конвертиком.
Вот, Кларусь, сказала она бледной дочери, познакомься. Это твой братишка Митенька.
Деревня ахнула: вот тебе и тихая Варвара! Вот тебе и вдова!
От кого? зашипели старухи. Неужели от главы сельсовета?!
Да нет, тот староват. А от агронома! Видный мужик, холостяк!
Варя молчала, переносила пересуды. Жизнь началась не позавидуешь! Митя рос неспокойным, плаксивым. Варя валясь с ног.
Почтовая сумка, ферма, а теперь ещё и ночи бессонные. Клара помогала как могла. Молча стирала пелёнки, молча укачивала брата. Но в душе всё кипело.
Марфа писала из города: Мамочка, как вы там? Я так скучаю! Денег нет, сама еле тяну, но пришлю вот-вот!
Деньги пришли через год Одна тысяча рублей. И джинсы для Клары на два размера меньше.
Варя крутилась, Клара рядом. А жизнь Клары шла под откос. Парни заглядывались но бросали. Кому нужна невеста с такой приданой? Мать гулящая, брат-ублюдок
Мама, однажды сказала Клара, когда ей стукнуло двадцать пять, может, расскажем всё?
Ты с ума, дочка?! испугалась Варя. Нельзя! Мы Марфе жизнь испортим! Она ведь замужем теперь, за хорошим человеком.
Марфа и вправду устроилась. Окончила институт, вышла за бизнесмена, уехала в Москву.
Присылала фото: вот она в Египте, вот в Турции. На фото настоящая столичная штучка.
Про брата не спрашивала. Варя ей и сама писала: Митя в первый класс пошёл. На пятёрки учится.
Марфа в ответ присылала дорогую, совершенно ненужную в деревне игрушку
Так шли года. Вот Мите уже восемнадцать.
Вырос на загляденье! Рослый, с синими глазами, прям как Марфа. Весёлый, трудолюбивый. Варю, свою маму, боготворил. Клару, сестру тоже.
Клара привыкла; работала уже старшей медсестрой в районной больнице.
Старая дева, шептались за спиной. Она и сама на себе крест поставила вся жизнь у матери да у Мити.
Митя окончил школу с золотой медалью.
Мам, поеду в Москву! Поступать буду, объявил он.
У Вари сердце сжалось. В Москву а там Марфа.
Может, в наш областной? тихо попыталась она уговорить.
Нет, мам! Надо пробиваться! засмеялся Митя. Я покажу ещё вам, как надо жить! В дворце будете!
И вот, когда Митя сдал последний экзамен, к их калитке подъехала чёрная дорогая иномарка.
Из машины вышла Марфа. Варя рук всплеснула. Клара, выбежавшая на крыльцо, так и застыла с полотенцем в руке.
Под сорок, а вид как у модели. Худая, вся в золоте, дорогой костюм.
Мама! Клара! Привет! подхватила она Варю и поцеловала в щёку. А где
Увидела Митю. Парень вытирал руки в сарае только что с трактором возился.
Марфа замерла, уставилась на него. В глазах слёзы.
Здравствуйте, вежливо проговорил он. Вы Марфа? Сестра?
Сестра эхом повторила она. Мама, надо поговорить.
Сели в избе.
Мама У меня всё есть: дом, деньги, муж А детей нет.
Она разрыдалась, размазывая дорогую тушь.
Всё пробовали. ЭКО, врачи не выходит. Муж злится. А я не могу уже.
Зачем приехала, Марфа? хмуро спросила Клара.
Марфа подняла на неё заплаканные глаза.
Я за сыном.
С ума сошла?! За каким сыном?!
Мама, не кричи! заплакала Марфа. Он мой! Я его родила! Я ему всё дам образование, квартиру, лучшие вузы! Муж согласен я ему всё рассказала!
А про нас? ахнула Варя. О той позорной жизни? Как Клара?
Клара! отмахнулась Марфа. Сидела в деревне, так и просидит! А у Мити шанс! Мама, отдай! Ты мне тогда жизнь спасла. Теперь верни сына!
Он не вещь! закричала Варя. Он мой! Я по ночам не спала, растила его, воспитывала!
В дом вошёл Митя. Он всё слышал. Стоял белый как смерть.
Мама? Клара?.. О чём это она говорит? Какой сын?
Митя! Сынок! Я твоя мама! Родная, понял?
Митя смотрел на неё, как на привидение. Потом перевёл взгляд на Варю.
Мама это правда?
Варя закрыла лицо руками и заплакала. Тут сорвалась Клара. Всю жизнь молчаливая и серьёзная, подошла к Марфе и залепила ей такую пощёчину, что та прислонилась к стене.
Тварь! закричала Клара и в этом крике были годы обид, унижений, сломанная жизнь, боль за мать. Мать?! Ты ему кто?! Ты его бросила, как щенка! Мать из-за тебя по земле ползала, людей стеснялась! Я я из-за тебя одна осталась! Ни мужа, ни детей! А теперь вернуть вздумала?!
Клара, хватит шептала Варя.
Нет, мам! Довольно! Клара повернулась к Мите. Да, это твоя родная мать. Которая скинула тебя на мою мать чтобы в Москве себе рай устраивать! А это, она показала на Варю, твоя настоящая бабушка! Которая жизнью пожертвовала ради вас!
Митя долго молчал. Потом подошёл к Варе, встал на колени, обнял.
Мама Мамочка
Поднял голову, посмотрел на раздавленную Марфу:
У меня нет матери в столице, тихо сказал он. У меня есть одна мама. Вот она. И сестра.
Встал. Взял Клару за руку.
А вы, тётя поезжайте.
Митя! Сынок! завыла Марфа. Я тебе всё дам!
У меня всё есть, твёрдо сказал он. У меня большая семья. А у вас теперь нет ничего.
***
Марфа уехала в тот же вечер. Её муж, наблюдавший всё из машины, даже не вышел.
Говорят, через год бросил её. Нашёл другую и та родила. А Марфа осталась одна, с деньгами и красотой.
Митя так и не поехал в столицу поступил в областной институт, стал инженером.
Я, мам, тут нужнее. Дом надо новый строить.
А Клара? В тот вечер, прокричавшись, будто заново родилась. Разцвела, хоть и было ей уже тридцать восемь. На неё даже тот самый агроном поглядывать стал видный мужик, вдовец.
Варя смотрела на них и плакала, но теперь от счастья. Грех был, конечно. Да только материнское сердце всё прикроет.
Жизнь научила меня: настоящая любовь не требует признания и не ждёт благодарности. Она просто живёт в тихих поступках, затертой почтовой сумке, недосмотренных снах и слезах ночами. И сколь бы ни был тяжёл путь, нет на свете выше счастья чем знать: тебя зовут мамой.
