Уходи и не возвращайся
Уходи, слышишь? шептал я сквозь слёзы. Уходи и больше не возвращайся! Никогда.
Трясущимися руками я отстегнул тяжелую железную цепь, потянул Злату к ограде, распахнул настежь калитку и пытался вытолкнуть её на заснеженную деревенскую улицу.
А она всё смотрела на меня, не понимая, что происходит.
Неужели её выгоняют? За что? Она ведь ничего не сделала плохого
Уходи, прошу тебя, повторил я, прижимая Злату к себе. Тебе нельзя здесь оставаться. Сейчас он вернётся и…
В этот момент дверь дома со скрипом распахнулась, и на крыльцо вышел мой отец, Пётр Андреевич, с топором в руке, пьяный, шатающийся, с мутным взглядом.
*****
Если бы кто-нибудь хоть на минуту задумался, насколько трудной бывает жизнь бездомных псов, оказавшихся на улице не по своей воле, возможно, отношения к ним были бы другими. Люди бы, пожалуй, взглянули на них с жалостью, а не презрением и страхом, как это обычно бывает.
Откуда нам знать, что переживают наши четвероногие друзья? Ведь рассказать свою историю они не могут, как бы им ни было тяжело и обидно. Всю боль прячут глубоко внутри.
Я всё-таки расскажу одну такую историю про верность, потерю и надежду…
История Златы началась с того, что она перестала быть нужной ещё совсем крохой. За что её выкинули одному Богу известно. Может, просто не ко двору пришлась, а может, по глупости.
Хозяин однажды погрузил двухмесячного щенка в свой старенький «Москвич» и отвёз за село, поближе к трассе Москва-Тула.
Даже в деревню не занёс оставил у грунтовки, рядом с сугробом. И поехал восвояси, в город, на душе у него стало легче.
Мимо по трассе с шумом проносились грузовики, «Лады» да микроавтобусы. Один неловкий прыжок и крохотная Злата запросто могла оказаться брошенной под колёса.
Видимо, хозяин на это и надеялся…
Без еды, без воды, щенок долго бы не протянул. Но в тот день ей невероятно повезло. Потому что именно тогда я впервые выехал кататься на новом велосипеде подарок ко дню рождения. Мне тогда только четырнадцать исполнилось.
Только дальше села не суйся! кричала мне вслед мама, Мария Васильевна, когда я жадно крутил педали, вылетая во двор. Услышал меня, Мишка?!
Услышал, мам, радостно кричал я в ответ. Всё хорошо будет!
Дороги у нас в селе разбитые, на велосипеде не проехать одна яма на другой. А вот за селом, как раз до самой трассы, месяц назад новый асфальт проложили. Захотелось мне прокатиться по ровному, да с ветерком.
По воскресеньям машин там совсем мало. Все или дома, или в банях.
Когда я уже разворачивался на обочине, то увидел её маленького щенка, мечущегося туда-сюда. То к машине бросится, то отскочит. Сердце сжалось.
«Что ты тут делаешь, малыш?» подумал я, бросил велик на снег и пошёл к щенку.
*****
Мама, папа, смотрите, кого я нашёл! вбежал я домой, держа трясущегося щенка на руках. Кого-то он выбросил на дороге. Можно, он у нас останется? Он такой хороший!
Миша! Ведь я же не разрешала тебе кататься дальше села! возмутилась мама. Сколько раз просила тебя… А вдруг что?
Мама, я только до трассы доехал и обратно. Зато вот, видишь, не зря ездил если бы не я, щенок бы погиб. Можно его оставить? Я буду отличным хозяином, честно. И вообще у меня сегодня день рождения
День рождения у тебя, покачала мама головой. За это тебя шугануть бы как следует надо, а не подарки устраивать!
Я крепко прижал щенка к груди: вдруг родители отнимут…
Мария, ну хватит уже сына ругать, вступился за меня отец. Зима, настроение праздничное только слегка с огоньком. Четырнадцать лет человеку, уже не маленький! Вон мы сколько с тобой до вечера проказничали. И щенок хороший, не дворняга. Пусть убережёт дом. Оставляй себе собаку, Мишка. Я не против.
Ну если папа не против, то и я, пожалуй, улыбнулась мама.
Я был на седьмом небе от счастья и тут же дал собаке имя назвал её Златой. Я сначала думал, что это мальчик, но когда присмотрелся, понял, что это девочка. Очень хорошая, ласковая, добрая. Мы с ней сразу сроднились.
Я почти забыл о новом велосипеде днями таскался с Златой по деревне, всё с ней обживал и строил свое счастье.
Казалось бы, что может пойти не так? Спасённая собака, веселый мальчишка, родители довольны сыном… Хороший финал сказки?
Увы.
Всё изменилось спустя полгода.
*****
Работу отец потерял трактористом трудился в колхозе, предприятие разорилось. С горя Пётр Андреевич ушёл в запой. Всю заначку, что копили с мамой, пропил. Ни слёзы, ни просьбы не помогали только злее становился. Однажды и вовсе поднял на мать руку.
В доме наступил страх. Я уходил к Злате, тёрся уши, смотрел на дом, где вновь разгоралась буря. Злата лизала мои мокрые щеки, будто всё понимала.
Пару раз и мне от отца досталось за дело и вовсе несущественное. Жесткая рука, мрачный голос с кулаками лез за всё подряд.
В тот роковой вечер я снова стоял на дворе, когда отец сорвался совершенно. На этот раз Злата, всегда ласковая, неожиданно зарычала и с лаем кинулась между мной и отцом.
Это была ошибка я понял, что теперь ей точно не сдобровать.
«Спасать надо, иначе отец порвёт её», тревожно билось в голове. Я поспешно расстегнул цепь, прижал Злату, вывел во двор…
Уходи! Беги! Не возвращайся здесь больше! шептал я, прижимаясь к её пушистой шее.
Злата не понимала: зачем всё это, почему любимый мальчик выгоняет её в снег, ночью, в никуда. Но я знал если она останется, отец её убьёт.
В этот миг на крыльцо выскочил Пётр Андреевич, заорал хрипло:
Миха! Ты собаку отпустил? Кто велел?
Папа, не надо, отступал я, прижимая Злату за собой. Жутко было, сердце колотилось хотел убежать вместе с ней, но бросить маму одну с озверевшим стариком не мог.
Собаку не надо было злить! Сам её выгоню! заорал отец, махая топором.
Мама вскочила с пакетом из магазина, закричала в отчаянии:
Петька! Не надо! Она же маленькая, за что ты её?! Оставь!
Молчи, огрызнулся отец. Она должна понять, кто здесь хозяин!
Тянуть дальше было нельзя: я отчаянно толкнул Злату на дорогу:
Беги! Прости нас, Злата! Прости, пожалуйста Я не хотел
Отец взбесился окончательно, но было поздно. Злата оглянулась в последний раз, бросилась к лесу, оставив за спиной снег, дом и моё разбитое сердце.
Я кричал ей вслед:
Не возвращайся, Злата! Убьёт ведь тебя, если вернёшься!
*****
Прошло не месяц и не год семь долгих лет. Семь зим и семеро кружевных метелей. Всё это время Злата жила ожиданием встречи: надеялась когда-нибудь снова увидеть меня.
Спустя полгода она вернулась к старому дому калитка была неплотно прикрыта, за ней стоял обгоревший остов дома, ни души и ни одного знакомого запаха.
Без меня и мамы не было ей больше смысла торчать здесь она побрела дальше, к соседним деревням, нигде надолго не задерживаясь.
Кто-то подкармливал, кто-то камнем гнал, так и скиталась она от зимы к весне. Пока однажды не встретила у придорожной остановки старика с седой бородой Алексея Тимофеевича.
Совсем одна, девочка? сказал он, склонившись. Пошли ко мне, что ли
Деваться-то Злате было некуда она пошла.
Старик, хоть и был любителем приложиться к самогону, оказался человеком чуть грубоватым, но не злым. Он кормил собаку супом, кашей, даже сахарными костями баловал, денег не жалел.
А ещё работал ночным сторожем и брал Злату с собой на сельское кладбище. Сперва ей было страшно, а потом привыкла. Алексей Тимофеевич был очень одинок. Рассказывал Злате свои беды как жена ушла, дочка стыдится и не признаёт. Злата слушала внимательно, молча лежа у ног.
Иногда, бродя по кладбищу, Злата вспоминала те счастливые дни меня, маму, наш дом. А вот отца старалась забыть
Однажды, обходя могилы, она вдруг почуяла знакомый, тяжёлый запах. Остановилась у черного деревянного креста: «Пётр Андреевич…»
Алексей Тимофеевич подсказал:
Это тот самый, что дом спалил, говорят, пил сильно… Жена, сын уехали, а сам сгорел. Глупо всё это. На покойников нельзя зла держать, правда и так тяжела…
Почти пять лет прожила Злата с этим стариком. А потом его не стало. Злата осталась одна и больше не решалась искать себе нового хозяина.
Она осталась на кладбище: тут хотя бы еда иногда оставалась, а людская суета не докучала. Пусть здесь и люди покоятся для неё конечно, лучшее место не сыскать. Она умирать здесь решила никому она больше не нужна.
Время шло и вот, когда лёг первый снег, случилось невероятное
В тот день Злата, как обычно, искала себе еду, когда вдруг услышала людские голоса такое редко бывало по выходным на кладбище.
Голоса доносились у могилы моего отца.
Ну что мы тут забыли, Оля? услышал я чьи-то слова. Я не хочу прощать его! Он умер и слава Богу!
Надо простить, Мишенька, тихо уговаривала жена. Хоть для своей души. Прости его и легче станет.
Я уставился на могилу отца, нахмурился и, с трудом выговорив, сказал:
Прощаю… За себя, за маму, за Злату… Только бы знать, что с ней стало. Я выгнал её тогда выбора не было…
В этот момент к могиле осторожно подошла собака. Я почувствовал чей-то тяжёлый взгляд, обернулся и не поверил глазам.
Злата?
Мишка, ты что? спросила Ольга.
Это… Это же она!
Я протянул руки Злата бросилась ко мне. Семь долгих лет прошли, а я узнал её сразу: глаза те же, взгляд… Самая преданная собака на свете.
Она лизала мне щеки, обнимала лапами, визжала от счастья.
*****
Злата осталась с нами с Ольгой, со мной, а потом с нашим сыном Серёжей. Мы втроём зажили в московской квартире, потом Злата подобрала котёнка стали жить впятером.
Я восстановил наш деревенский дом каждое лето мы всей семьей ездили туда отдыхать. И, несмотря на всё пережитое насилия, страх, разлуки и горечь мы, я, моя семья и верная Злата, были по-настоящему счастливы.
