С каждым годом, когда Алёна взрослеет, она чувствует, что не хочет быть подобной своей матери Марфе, не будет ходить по тем же выжженным тропинкам. Марфа ещё относительно молода, но усталость старит её, как затяжная жара сушит землю. Почему так? Всё из-за вечно пьянющего мужа, Павла.
Алёне всего семнадцать. Она так и не поступила никуда после окончания школы страх покинуть мать сковал любую мечту. Уже давно могла бы исчезнуть, как утренний туман над рекой Днепр, да жалко Марфу побои от Павла оставляют синие пятна, и кто приложит лед к ним, если не дочь, кто даст глоток воды?
Сегодня отец вновь явился домой синий от водки, плюхнулся за облупленный стол и Мир шевельнулся, перекосился. Марфа молча поставила ему борщ и тут всё разверзлось: тарелка с треском лопнула об пол, едва не задела мать.
Достал твой борщ, глаза у Павла дикие, как у вурдалака.
Алёна соскочила и вместе с Марфой наскоро собрала осколки, Павел толкнул жену коленом на проходе, дочке бросил вдогонку:
Завтра на рыбалку поедем. Рыбы наловим ты этой своей клуше хотя бы ухи сваришь.
Всю ночь тараканы в голове у Алёны гремели: а вдруг забудет свою затею? Но на рассвете расталкивает над Алёной тяжёлая рука.
Вставай, сопишь, рассвет проморгаешь, клев золотой.
Алёна быстро оделась, но вдруг в дверях возникает Марфа с ведром свежего молока от коровы, только что надояв.
Павел, ты на улицу выходил, небо видел? спрашивает тихо. Гроза на подходе. Дурень, ты в такую муть дочку на реку тащишь?
Марфа ставит ведро на пол, преграждает путь, становится бетонным блоком.
Не пущу, говорит, утопишь девку.
Но Павел отталкивает её, ведро падает, разливает белое молоко, словно слезы разлившиеся. Отец хватает Алёну за руку, едва не вывихивает, силком тащит дочку во двор. На небе клубится тёмная, как солонина, туча; у самой реки уже ревёт ветер. Павел сует Алёну в лодку, сам садится и гребёт туда, где, говорит, глубина, а там клев.
Ставит отца на ноги, под утренним дождём середина Днепра искрится, волны тяжёлы, ветер ломает лодку. Алёна хватает борта ладонями, прилипает, страх сгущается с каждой минутой.
Мой батя говаривал: чем хуже погода, тем лучше клюёт! кричит Павел, а другой берег уже на расстоянии полуразбитого сна.
Вдруг ветром бросает волну на лодку, Павел теряет равновесие и плюхается вниз, в чёрную воду. Липкая туча сжала Днепр, волна за волной перебивает отца, он кричит, исчезает, уходит под воду. Алёна замахивается веслом, но лодка опрокидывается; ей больно ударяет по голове темень.
Пробуждение: то ли комната, то ли склеп, всё мокрое, пахнет облезлой печью. Бородач с тяжелым дыханием входит и топит печь. Алёне холодно во всем теле, ей сложно даже шевельнуться.
Очнулась, видать, бурчит этот чудак, бросает дрова.
Сон снова засасывает. Марево: молодая женщина, Марфа, улыбается прозрачной улыбкой.
Следующее пробуждение всё тот же бородатый. Садится рядом, поит горьким отваром из ложки; травы, будто трава с могилки.
Пей, хватит тебе, а то опять провалишься, говорит.
Проходит много времени, и Алёне кажется, она уже другое существо: идёт по комнате, дрожит, в окне осень, листья медные, как старые монеты. На ней чужая пижама, волосы в косу небрежно заплетены. Дом деревянный, тоска стучит в стены.
Бородач зовет к столу. Алёна присаживается, смущённо. Бородач ставит перед ней тарелку с борщом.
Есть будешь память вернётся, говорит он.
Как я сюда попала? спрашивает Алёна.
Проглоти сначала, говорить потом будешь, приказал.
Она тихо доедает борщ, словно жуёт прошлую жизнь. Он спрашивает помнит ли хоть имя? Алёна мрачно кивает не помнит.
Ну, тогда слушай: ты моя жена, Валентина моя, Валька, ухмыляется бородач.
Алёна смотрит дико, ужас режет сердце как стекло но память пуста.
Ну да, ты months два болела, почти умерла, я тебя выходил. Давай в комнату напомню, кто ты есть, схватил грубо за руку.
Дальше всё в тумане: она борется, сопротивляется, он толкает, силой кидает на кровать.
Неблагодарная! ворчит он. Без меня бы сдохла…
После этого Алёна лежала, как тряпичная кукла. Слёзы, как семечки от подсолнуха, рассыпались по щекам. За окном траурный звук электропилы.
Однажды Алёна, накинув старую куртку, попыталась выскользнуть из дома. Дошла до реки, лодка с мотором была но за спиной треск веток: бородач догнал, сбил, схватил за шиворот.
Побегать вздумала? Ну и зря. Забыла, кто я? Клим я. Клим.
Словно в забытьи, Алёна побрела обратно. Сопротивляться больше не могла.
Всё время Клим нагружал её работой. В доме чистота, в хлеву порядок, в супе богатство вкуса. Самое тяжёлое для Алёны тягота ночей, когда Клим с ужасной ухмылкой тащил её в кровать. Если билась бил.
В перерывах между рыбалкой, поездками на базар в Запорожье или Черкассы, он исчезал, и тогда дом словно выдыхал, Алёна прижималась к пыльной книжке, забывалась.
Однажды Клим заснул после обеда. Алёна украла ключ от замка на цепи у его лодки, бросилась к реке, но стоило оттолкнуться над головой просвистела пуля. Клим стоял на берегу с ружьём, грозил цели.
Греби назад! Последний шанс!
С ужасом вернулась, он поднял лодку, бил без пощады.
Если не поймёшь, закрою тебя в хлеву, прошипел, уходя.
Дни тянулись вязко, как холодное студёное мясо. И вот тошнота, Клим косится:
Беременна, что ли?
Выяснилось да. Стал мягче, освободил от тяжёлого. Уехал в город на рынок, оставив её одну, как серебряную ложку на пустом столе.
Стояла хмурая середина ноября, речкой носились сизые туманы. К берегу движется лодка чужая. Мужчина с удочками выходит на берег. И говорит:
Алёнка, ты, что ли?!
Вы путаете меня с кем-то. Я Валя, отвечает она, обрывок тревоги в голосе.
Брось, я твой сосед, дядя Коля! Марфа похоронила Павла, а тебя все считали утонувшей! Мать изошла вся!
Алёна хватается за его руку:
Дядя Коля, увезите меня отсюда! Я умоляю…
Он быстро сажает её в лодку, слышны выстрелы за спиной, прячутся за бугорком.
В доме дяди Коли её встречает женщина Марфа, мать. Объятий не видно, а только тёплый туман. Николай объясняет, а Алёна вдруг, как в зеркале, видит прошлое: понимает, что происходило, как Павел утонул, как Клим её спас, но потом всё обернулось.
Мама, если Клим найдет нас, убьёт! дрожит она.
Жена Николая, Татьяна, советует:
Езжайте к моей сестре в село, не медлите.
Вся семья за одну ночь собирает вещи, Николай отвозит их на машине прочь, прочь от праха одиночества.
Позже, Клим таки находит их бывший дом, стучит, но Татьяна встречает:
Кого ищите?
Жену… знакомую…
Не знаю таких, она глядит строго, Клим уходит, ворчит.
Продали с помощью Николая дом, купили в селе небольшой покосившийся домик за гривны. Татьяна помогла побелить потолок, покрасила стены, навела уют.
Память возвращается к Алёне, хлещет по снам, но теперь в её сердце живёт кто-то новый мальчик Никитка с румяными щеками. Она любит его больше жизни, да и Марфа душой к нему прикипела. Счастье тоже живёт где-то рядом Григорий из соседнего двора поглядывает на Алёну, мечтает предложить ей руку, снова подарить мир, где не бывает жутких снов и мужей-упырей.
