Девять алых роз… Тёща приехала в гости на несколько часов, и муж понял: не выдержать. Сказал жене, что идёт в баню, собрался и ушёл. Но его ждало разочарование: баня оказалась закрыта на ремонт — настроение совсем испортилось. Домой возвращаться не хотелось. Стал бродить по улицам, по магазинам идти — не мужское дело. Присел печально на скамейку. И вдруг увидел семейную пару — лет под шестьдесят, одеты красиво, идут медленно, на прогулке. Жена держит мужа под руку, разговаривают друг с другом. А наш герой думает: «Вот есть о чём поговорить! А мы с женой пятнадцать лет вместе — давно всё обсудили, обычно молчим». И вдруг муж поправил жене шёлковый шарфик — нежно, бережно. Пошли дальше. Мужчина глядит и с завистью думает: «Сумели любовь сохранить. А мы друг друга, кажется, и не замечаем давно». Его жена — маленькая, худенькая, из вечно уставших женщин. Работает на фабрике, двое детей, забот полный дом. В старом халате, с растрёпанными волосами. Всё бегает по квартире — то тряпка, то швабра в руках. Носит сосредоточенное лицо, улыбку давно забыла, редко бывает у парикмахера — только когда совсем уж стыдно выходить. И мужик думает: «Когда-то ведь любили друг друга по-настоящему. Куда всё делось?» Пытается вспомнить забытое чувство, и вдруг — нежность появилась, тёплая, тихая. И стало жену жалко, захотелось сделать ей что-то хорошее, прямо сейчас, не откладывая. И вдруг почти налетает на цветочный киоск. «Может, купить цветы? Да нет, засмеёт, дураком назовёт: столько денег на розы. Лучше бы дочке кроссовки на физкультуру купил». Встал в нерешительности. Но тёплое чувство не отпускало. Махнул рукой: будь что будет! Зашёл, продавщица поздоровалась. Он пятнадцать лет цветы не покупал. Хотел взять одну розу, но что-то внутри не позволило — заказал девять. Переживал: что я делаю, совсем с ума сошёл! Но слова не воротишь. Вышел с букетом — прохожие будто смотрят с укором. Позвонил домой — узнать, ушла ли тёща. Поднимается по лестнице, волнуется: «Вдруг выгонит меня с этими цветами! Если начнёт ругаться — уничтожу этот букет и выброшу в мусорку». Жена как раз на кухне, руки чистые, только что пакет муки на стол поставила. Остановился, молчит, дышит тяжело. Жена обернулась, увидела цветы и замерла. — Маша, это тебе! Просто захотелось. Ругаться не будешь? Она смотрела на него, как на мираж. — Это тебе, Маша, тебе! Взяла букет, коснулась лицом, чуть улыбнулась. И тут будто исчезли фабрика, бытовые хлопоты и пятнадцать прожитых лет. Почти прошептала: «Спасибо». Ваза с девятью алыми розами в центре стола словно осветила всю комнату. Она потрогала цветы, потом задумалась перед зеркалом, поправила волосы. Черты лица стали мягче, заботы уступили место лёгкой задумчивости. Муж подошёл, обнял за талию. Помолчали. Жена задержалась в этом миге — всего на мгновение.

Девять красных роз…

Теща завернула в гости, ну как всегда, “на минуточку” а в итоге зависла на полдня. Зять понял: нервы не железные, надо срочно спасаться. Молча заявил, что идёт в баню. Ушел, надеясь на традиционный русский оазис покоя, а туткак назло!баню закрыли на ремонт. Вот уж не судьба расслабиться. Настроение ниже плинтуса.

Домой возвращаться это ж сразу под перекрестный огонь тёщи! Остался топтать улицы, блуждая среди магазинных витрин, хотя такой шоппинг ну совсем не по-мужски. Сидит на скамеечке, тоскует.

Глядь, мимо проходит пара лет под шестьдесят: одеты чинно, идут не торопясь, держатся под руку и о чем-то беседуют. Замечает их, и думает: “Вот народ, есть о чем разговаривать. А мы с Олей пятнадцать лет всё уже перемололи, теперь, бывало, только молчим друг на друга, как две занавески на окне”.

Вдруг мужчина нежно поправил на жене платок, поняли друг друга без слов и дальше пошли. Тут мужика пробило на думы: “Смогли, выходит, чувства сберечь. Молодцы. А мы давно друг друга за мебель держим”.

Жена у него скромная, сухонькая, из породы вечно усталых женщин: всё дом, да работа на фабрике; двое детей, забот выше крыши. Хлопочет по квартире в заношенном халате, волосы как пушистый одуванчик. То тряпка в руках, то веник покоя нет никогда.

Улыбаться Оля уже давно забыла, лицо всё серьезное, будто из камня выточено. В парикмахерскую когда попадёт так это если уже самому стыдно на улицу выходить. “Ведь раньше мы друг друга сильно любили, куда всё подевалось?” вдруг подумалось мужику.

Неловкая нежность прокатилась по душе, оставила следы тёплые, будто весна после долгой зимы. Скучно стало от самого себя, захотелось жену порадовать, хоть чем-то маленьким.

Долго не раздумывал, ноги сами вели. Вдруг бах! прямо перед ним цветочный ларёк. В голове промелькнуло: “Если узнает, что на цветы растратился, скажет дурной, лучше бы дочке на кроссовки для физкультуры отложил” Завис возле киоска, борется с собой: разум и сердце спорят.

Плюнул: авось пронесет! Продавщица молоденькая, приветливая, смотрит с интересом. Мужик-то цветы покупал чуть ли не во времена Петра Первого, растерялся. Думает: роза, наверное, одну взять надо. Стыдно, что ли Голос совести: “Одной не отделаешься!” “Ладно, дайте девять!”

Удивился сам себе. Вот чудеса! Теперь кажется, что все прохожие смотрят, как на сумасшедшего: взрослый мужик, с цветами. Звонит домой: “Мама уехала?” проверяет обстановку.

Поднимается по лестнице, сердце колотится. Вдруг жена выгонит с этой букетистой роскошью. Если закатит скандал, ну их, розы, сразу в мусорку.

Оля только что принесла пакет с мукой, руки ещё чистые. Муж вошёл, стоит молча, как Ленин на броневике, волнуется. Жена его не ждет ничего такого, оборачивается и замирает.

Оля, это тебе… Вот так захотелось. Ты не ругайся, ладно?

Оля не берет сразу, смотрит, будто перед ней мираж какой-то. Это тебе, Оля, правда, тебе!

Берет розы осторожно, подносит к лицу. Слабо улыбается и будто никаких забот, ни фабрики, ни годов прожитых не было никогда!

Тихо: Спасибо…

Ваза с розами посередине стола сделалась вдруг солнцем комната заиграла новыми красками. Оля тронула цветы, задумчива встала перед зеркалом, поправила немного волосы. Лицо стало мягче, задумчивее.

Муж подошёл, приобнял за талию. Стояли и молчали, каждый думал о своём хорошем.

На мгновение совсем на короткий миг женщина остановилась просто быть счастливой.