Женские судьбы. Марфа
Ох, Марфа, ради всего святого, забери моего Пашку к себе, причитает Анна. Сердце не на месте, беда надвигается. Лучше разлука, чем если с сыном моим несчастье приключится.
Марфа поворачивает голову и пристально смотрит на худенького Павлика, который, болтая ногами, сидит на лавке у русской печки.
Ещё недавно сёстры жили под одной крышей, но годы прошли старшая, Анна, вышла за Степана и уехала к мужу в соседнюю Курскую область, в село Петровку. А младшая Марфа осталась с больной матерью; та умерла скоро. Отец их задолго до этого, ещё до свадьбы сестры, скончался от туберкулёза. Мать детей растила в строгости и трудолюбивыми, и отзывчивыми выросли. Хоть Анна старше и была мягка, уступчива, но главенствовала всегда Марфа твёрдая, волевая, с крутым нравом. Потому и женихи к ней шли со всего района красавица, да только всем отказ: не ко двору.
Пока мать была жива, все охала:
Доча, твой характер чисто прабабкин. Только судьбу её не повтори: век прожила одна, никому невостребована.
Марфа на мамины сетования всегда с улыбкой отвечала при матери спорить не хотела. Старших уважала, но на свой счёт видение имела.
Прабабка Марфина была известной в селе. Замуж не ходила, а судьба у неё вроде бы счастливая. Травами и заговором людей лечила, в тёмные дела не лезла. Побаивались её, но за добро почитали, а характер у неё был железный.
Норов прабабушкин и Марфе достался не только характер! Она и сама по деревне лечить бралась: разбиралась в травах, знала заговоры и молитвы. Люди шептались, мол, знает и больше, чем надо… А она гордо по миру ходила чего люди про неё не думают, ей всё нипочём. В трудное время не отказывала: и ребёнка любого лечила, и взрослому помочь спешила. За глаза её боялись, а при случае на поклон шли.
Не пойму тебя, Анна, говорит Марфа, глядя на Пашку. Смотри: здоров парень, а ты уже про смерть говоришь.
Боюсь я, сеструха… Ты слыхала, что в нашей деревне творится? спрашивает Анна.
Не слыхала, отвечает Марфа.
Дети болеют как мухи мрут. Неделями в горячке лежат, не спасают ни травы, ни молитвы.
А Господь ли это? с прищуром говорит Марфа.
Да кто знает? Пошла беда лет пять назад. В каждом доме вон могильца да фотки детей…
Так почему ж ко мне не шли? Марфа брови подняла.
Да далеко же до тебя не допросишься, да у нас своя травница появилась в Петровке, просто отвечает Анна.
Да с каких это пор? удивляется Марфа.
Я, как к мужу переехала, она уже тут была. Лечит, вроде бы добром, скотину на ноги ставит. Только на детей ничего не действует.
Ты почему мне до этого молчала про неё? не унимается Марфа.
А что тут скажешь бабка как бабка
Ну что, заберу Пашку, пусть у меня недельку-другую побудет, улыбается Марфа племяннику, взъерошивая его русую макушку. Анна целует сына, перекрещивает и уходит в слёзы.
Ладно, Пашка, пошли в сад: покажу, где снегирь гнёздышко свил, зовёт Марфа. Мальчишка улыбается и с детским восторгом тянет к ней руки.
***
Гостей принимайте! весело ворвалась Анна в дом сестры.
Мамка пришла! радостно завопил Пашка и бросился к ней в объятия.
Полгода пролетело, скоро ноябрь. Анна навещает сына раз в месяц: всякий раз с объятиями и слезами.
Мой любименький, соскучилась по тебе, голубчик! Папка всё спрашивает когда сына домой вернёшь…
Марфа вытирает руки о передник, целует сестру.
Как вы тут? спрашивает Анна, не сводя глаз с сына.
Всё хорошо, мамка! Тётя мне котёнка подарила покажу?
Пашка выскакивает на улицу и возвращается с котом в объятиях.
Мама, я его Мурзиком назвал! Теперь он мой друг!
Ну и отлично, мышей гонять будет, смеётся Анна. Заберём с собой. Пашка, собирайся, поедем домой.
Пока Пашка набивал вещи в мешок, сёстры болтали о жизни. Анна всё причитала: когда же и младшая семью заведёт?
Ой, не надо, Ань, по сто раз эти вопросы, смеётся Марфа. Муж найдётся не пропадут мои года. А пока Пашка мне как сын.
За это время видно было: Марфа к племяннику прикипела душой, отпускала его неохотно. Обнимала, приговаривала: Захочешь приезжай всегда! Всегда тебя жду.
Ты вот что, Анна, наставляет младшая, кота береги, не гони. Мой подарок Пашке пусть будет ему помощником.
Да я и курицей не обижала никогда! Миску молока налью, улыбается Анна.
Поцеловались, обнялись. Марфа провожает племянника, перекрестила, и отпустила с Богом.
Пошла деревенская жизнь своим чередом: осень сменилась зимой. Сугробы завалили улицы, снега до подоконников. Дни коротки, вечера долгие. Но Марфе работ всегда хватает: к одному младенца принесут, другой за травкой зайдёт для больной матери. Так и текут будни сквозь метели.
Когда солнце начало пригревать, ручьи зажурчали, птицы защебетали весна на пороге. Тут вдруг, работая в огороде, Марфа слышит: “Мяу!” Оглядывается стоит Мурзик.
Как ты тут оказался? удивляется Марфа. Неужели у Пашки беда? Кот ещё раз мяукнул, потерся о ноги и Марфа спешит в дом, хватается за вещи, просит соседку приглядеть за хозяйством.
Видно, к сестре беда пришла, объясняет старушке-соседке. Понянчи кур, пока не вернусь.
Идёт Марфа вдоль леса, мартовским воздухом дышит, тревога в душе. Не успело солнце за склон уйти уже дома показались. Марфа, сбив дыхание, влетает в избу.
Марфушка! с криком бросается к ней Анна. Беда, причитает, в слёзы.
Затащила в комнату Павлик лежит без сил, губы синие, кожа прозрачная, едва дышит.
Сквозь всхлипы сестры Марфа узнаёт: после Святок мальчик сник, не бегает, не играет, неделю как слёг.
Почему не позвала меня? сердито шепчет Марфа, проверяя лоб мальчика.
Да словно кто дороги тебе закрыл!.. Только выйду то сразит болезнь, то снеганёт… Всё думали, что простудился. Потом и я слегла. Только зашевелился мальчонка опять приступ. К Пелагее ходили: вроде бабка лечит, а только хуже Пашке. Думала завтра к тебе идти а тут сама пришла. Только Мурзика ни следа Павлик всё его зовёт, а он будто в воду канул…
За кота не переживай, он меня к вам и привёл, поумнее тебя оказался, рыкнула Марфа. Анна застывает, вслушивается каждое слово.
А скажи, Пашка что-то мог у чужих съесть? интересуется Марфа.
Конечно, на Святки по дворам бегали, колядовали, отвечает Анна. Пироги у Пелагеи особенно нахваливал.
Марфа нахмурилась.
Вот беги-ка за Пелагеей. Пусть придёт посмотрю сама, что она сможет…
Анна быстро уходит. Марфа развязывает свой мешок с травами, две большие иглы достаёт, и прячется на кухне.
Анна возвращается с Пелагеей.
Ох, Аннушка, помочь хочу, видно, Господь не велит не выходит, поёт блаженно бабка. Уходит к Павлику, что-то шепчет. Марфа выходит и потихоньку втыкает иглы крест-накрест в косяк двери, снова исчезает.
Пелагея уходить собирается, а выйти не может то к двери, то обратно. Лицо в поту, глаза бегают. Просит воды, Анна уходит за ней на кухню, а Марфа тихо шепчет, чтобы отвела старуху от двери.
Когда Пелагея уходит в комнату, Марфа вытаскивает иглы. Бабка быстро прощается и исчезает из избы. В доме воцарилась тишина.
Марфа плетёт из свечей перевитую косу, ставит её у изголовья Пащика.
Что ты творишь, Марфа? прошептала Анна.
Да твоя травница ведьма чёрная. Жизнь детскую из малышей выкачивает себе годы продлевает. Чистая душа ей легка добыча…
Шепчет Марфа заговор, накрывает Пашку собой, как наседка птенцов. Сколько времени прошло не помнит. Открывает глаза Анна рядом, помогает ей лечь.
Утром Марфа выходит из комнаты: в доме пахнет хлебом. Анна хлопочет, поёт какой-то народный напев.
Как Пашка? спрашивает Марфа.
Хорошо, сестрица, спасибо тебе! Проснулся, кушать попросил!
Павлик лежит, на щеках румянец. Жизнь возвращается.
Останусь у вас на пару дней, говорит Марфа. Проверю ещё кое-что, попробую Пелагею разоблачить…
***
Ох, мучает меня чужая злоба, бабушка! изображает страдания Марфа, сидя у Пелагеи. Нет сил смотреть, как соперница к моему мужику ластится! Любовница чёртова!
Пришла Марфа под видом клиентки: надо узнать, как бабка работает.
Я в чёрные дела не лезу, клянётся Пелагея. Только добром.
Да ты мне помоги! Я ей отплачу щедро лишь бы соперницу извести! умоляет Марфа.
Ладно, соглашается старуха. Только вот хлебца моих возьми, по деревне детворе раздай.
А зачем? интересуется Марфа.
Не твоё дело. Главное за разлучницей угляди: ей “мертвяка” подселим, таинственно шепчет Пелагея.
А это как? лукавит Марфа.
Поминальных хлебцов дам: на каждый заговорён мертвяки силу к себе тянут, а мне взамен годы даруют…
Взяла Марфа хлеб, ушла, Пелагея довольна думает, своё дело сделала. Дома вывалила Марфа хлеба Анне:
Вот как ваша трава бабка детишек губит!
Да хлеб изумляется Анна.
Это не хлеб это поминальная зараза. На мертвецов заговорён.
Вечером разнесла Марфа тот хлеб по курятникам. Наутро Анна возвращается с родника:
Слыхала от кумушек, что Пелагея будто почернела вся лет на десять постарела. Как увидела меня крикнула, чтобы не лезла!
Значит, всё правильно сделала! смеётся Марфа. За добавкой черти пришли, да нечем кормить!
Ох, жуть-то какая, Марфа, крестится Анна.
Ладно, не бойся, говорит Марфа. Сейчас её силу перекрою!
Зажгла она в своей избе свечи, разложила на столе старый ржавый замок, над ним прошептала заговор.
Вечером отправилась к дому Пелагеи:
Бабка Пелагея, ты дома?
Кто там? хрипит ведьма.
Я, Марфа. Жива ещё?
Отыли ты! взвыла бабка. Из-за тебя черти душу теребят!
Откуда у тебя душа, ведьма? смеётся Марфа.
Старуха кинулась к ней:
Прокляну! Всех чертей на тебя опущу!
Ты на дверь посмотри! хладнокровно отвечает Марфа. На двери замок. Бабка зарыдала понимает: сила ушла.
Вот и будешь без силы. Попробуешь ещё чёрное сотворить прахом станешь, угрожает Марфа и уходит, не оглядываясь.
***
Два месяца прошло. Пашка быстро поправился, а Пелагея скоро после того умерла: сама себе чёртом стала. Гибла долго и страшно. А Марфа единственная теперь знахарка на всю округу, помогает людям и скотине, а в тёмные дела не лезет.
Замуж так и не вышла норов у Марфы крутой, не каждому мужику по плечу.
Ох, сестра, вздыхает Анна, сбавила бы ты свой гонор, глядишь, и семья бы появилась.
Без упрямства да сильного духа чёртову силу не одолеть! смеётся Марфа. А без детей не пропаду, мне племянник родной как сын.
Павлик теперь наезжает к тётке чуть ли не каждый месяц, гостит подолгу дарит тёте своё детское тепло и любовь.
