Все средства хороши
Родня собралась за длинным столом, покрытым старой клеенкой с облупившимися цветами, в бабушкиной квартире на Ленинградском проспекте. Казалось, этот вечер изначально задуман не ради пирогов и вязких компотов, а ради чего-то гораздо более приземленного пенсии. Тая, дочь Евдокии Ивановны и мать Агнии с Фёдором, перебирала в руках сцепленные узелками старые платочки, в каждом из которых когда-то хранились рубли, пенсия бабушки, складываемая туда долгие годы. Евдокия Ивановна уже не ориентировалась ни во времени, ни в пространстве; она узнает разве что портрет дедушки Василия, висящий напротив часов с кукушкой, а деньги для неё теперь вещь далёкая, оставшаяся там в тумане памяти.
Господи, опять! всхлипывала Тая, обращаясь к тёткам и дядькам, Исчезли. Десять тысяч, точно. Я не могла ошибиться! Я их пересчитывала, вот этими руками! Где они? Мама, ты помнишь, сколько я тебе оставляла?
Евдокия Ивановна медленно обернулась но к дочери не глядит, смотрит через её плечо, на стену, где портрет дедушки дремлет в тяжелой раме.
Ох, Васенька мечтательно говорит, а потом вдруг оборачивается к Фёдору, Федюша, не ешь все леденцы, они для гостей! А Агния где? В институте?
Тая торопливо скручивает синие купюры. Конечно, мама уже ничего не вспомнит. Но мысль врезается в мозг гвоздём воруют! Свои, но воруют! Сумасшедшее предположение, но что делать: деньги исчезают ровно в тот день, когда почти вся семья в сборе.
Влетает Фёдор тот самый, о ком только что вспомнила бабушка.
Чего вы тут, словно на поминках? бросает, кидая на тумбу ключи от видавшей виды «Лады».
Тая отчаянно шмыгнула носом:
Феденька, беда у нас! Снова исчезли деньги Пенсию я месяцами сюда складываю, аккуратно, а она пропала! Кто-то тянет!
Фёдор медленно оглядел всех за столом. Его не проведёшь вера в людей у него давно улетучилась вместе со студенческой стипендией.
Пропадают?! Фёдор резко прищурился, А я знаю, куда они делись!
Он вышел в коридор и притащил огромную полосатую сумку Агнии. Не успела Агния сказать «ой!», как брат расстегнул молнию, высыпал всё на клеёнку. Губная помада, ключи на шнурке, зеркальце и хрустящие банкноты.
Много рублёвых купюр.
Горка помятых, но явственно узнаваемых бумажек. Пятитысячник измятый валяется тут же.
Ну вот! объявил Фёдор, поднимая одну из купюр, Я когда в коридоре шёл, сумку нечаянно уронил а из неё вот! Рубли! Ох как знакомые!
Тётя Лида, тихо чавкавшая винегрет, поперхнулась и уронила вилку.
На каждой купюре, если приглядеться, едва заметная чёрточка синей ручкой.
А помните, продолжил Фёдор, как месяц назад Ваня баловался и прочертил по всем бабушкиным деньгам? Вот они, те самые
Все уставились на Агнию.
Агния сидела, будто каменная.
Фёдор, ты что творишь?
Я? усмехнулся он, Ничего. Просто поднял сумку, а деньги вывалились!
Агния поняла, что ругаться теперь поздно. Это ловушка.
Я ничего не брала, вскочила она, уронив стул.
Даже бабушка повернулась со своим забытым голосом:
Кто там стучит? Где мои тапки?
Агния, доченька, поднялась Тая на ватных ногах, Как ты могла?.. Ты ведь работаешь, я тебе и так помогаю Как же так у бабушки?!
Мама, я клянусь, это не я!
А кто тогда? сверляще спросил Фёдор, Только ты тут каждый день крутишься около бабушки. У других и ключей нет! Я бы так не смог. Остаёшься только ты.
Агния попятилась к двери, как будто ожидала удара.
Я правда ничего не трогала! Мама, ты хоть мне веришь?
Но мать смотрела на неё, как на чужую.
Ты врёшь, выдохнула она дрожащими губами, Как ты могла
Я только бабушку люблю! Агния расплакалась от обиды, Я приезжала только для неё! Я не брала это!
Но обстоятельства били против неё. Деньги в её сумке. Под подозрением только она.
Всё решено, подвёл итог Фёдор, Жаль, Агния. Могла бы попросить дали бы. А вот воровать у умирающей бабушки Вот это никто не простит.
В тот вечер Агнию выставили за дверь в метель, под ухающий ветер с площади. Мир перевернулся вверх тормашками. Её не слушали. Мама отвечала коротко: занята, потом, не сейчас.
Она звонила тёткам, дядьям, пробовала выяснить правду. Но стоило понять, что звонит Агния хлопали трубкой.
Дозвониться удалось только до матери.
Мама, убеждала Агния, я клянусь, что этого не делала! Ты почему мне не веришь?
Доченька тяжело вздыхала Тая, Но деньги-то были у тебя Не расстраивай меня больше. Родня теперь тебе этого не простит, не забудет Бабушка столько для тебя делала
Но вдруг ошиблись? Может, их положили случайно? Или кто-то ещё?..
Прекрати! оборвала мать, Я хочу верить тебе, но факты! Факты доказывают ты воровка!
С этим холодным клеймом Тая ушла, оставив Агнию стоять на ступеньках в темноте.
Ей не дали даже попрощаться с бабушкой
Но она терпеливо выждала, пока в доме стихло, и приехала к бабушке надеясь встретить мать. Открыла ей дверь вовсе не мать, а Фёдор.
Он был выше на целую голову. И даже давящая хмурь его не смутила.
Федя, тихо попросила Агния, объясни мне всё Я не крала!
Он усмехнулся уголком рта:
Агния, ты что, не поняла? Я сам эти деньги тебе в сумку положил.
В груди у неё всё стало ватным.
За что?.. За что ты так?
Чтобы убрать лишнюю претендентку, фыркнул Фёдор, В вопросе о наследстве, сестричка, все методы годятся. Бабке жить ну, максимум полгода. Квартиру уже на маму переписали. А она что? Верит тебе, ты ведь ангел крутишься, ухаживаешь, книжки читаешь Мама хотела квартиру передать тебе. За что? Я хуже, что ли? Вот и убрал тебя. Теперь ты воровка, и близко к порогу не подойдёшь.
Я же это делала не ради квартиры! Я бабушку любила! выкрикнула Агния.
Неважно, прервал он. Теперь ты изгнанница. Квартира моя.
Он открыл дверь.
Агния не шевельнулась. Ей бы квартира пригодилась арендовать что-то в Москве дорого, купить фантастика. Но любила бабушку по-настоящему. Помнила, как Евдокия Ивановна, на мгновение выбравшись из забытья, гладила её по волосам: «Спасибо, что пришла, дочурка. Ты как Васенька»
А теперь чтобы вернуть имя, надо доказать ложь. Но как?
Никак. Всё уже запечатано. Через год никто не вспомнит правду, а о Агнии останется только шёпот: «украла у бабушки».
Фёдор победил и весело бродил по дому в новых тапочках…
