Жертвуя своим счастьем ради родных, в итоге именно они первыми отвернулись от меня.
Когда я закрыл за собой дверь квартиры, часы показывали почти полночь. В прихожей тускло светил маленький плафон у зеркала тот самый, который мама просила не менять: «Он ещё хороший». Снял ботинки не спеша и почувствовал, как на сердце опять сдавило это ощущение стало моим вечным спутником по вечерам.
На кухонном столе лежала записка.
«Позвони мне. Срочно».
Подпись: мама.
Я даже не вздохнул, просто сел и набрал её номер. Так всегда было моя жизнь могла подождать.
Где ты опять пропадаешь до ночи? без приветствия спросила она.
На работе был.
Завтра обязательно приезжай. Папе плохо. А твоя сестра опять никак не может.
Разумеется, не может. У сестры всегда «не выходит». А я, видимо, всегда могу.
Года два назад мне предложили хорошую должность в Киеве приличная зарплата, новый старт, шанс перестать быть «сыном, на которого вечно надеются». Но тогда мама рыдала, отец молчал, а сестра только выдала:
Может, хоть раз подумаешь о нас?
Я подумал.
И отказался.
Потом женился. Не потому что любил, а потому что все говорили «пора». Жена была «подходящей» именно то слово, что часто использовали мои родные. Подходящая, но чужая. Со временем мы превратились в соседей по квартире, обсуждавших только коммуналку и быт.
Когда развёлся никто не поддержал.
Сам виноват, сказала мама.
Терпеть надо было, добавил отец.
Я молча всё принял.
Настоящий удар был позже, когда я заболел. Ничего особенного на первый взгляд обмороки, усталость, боли, что не проходили. Врач сказал сбавить обороты, беречь себя, не взваливать всё на себя.
Вечером рассказал об этом дома.
Значит, завтра не приедешь? спросила мама.
Не смогу. Плохо себя чувствую.
Наступила тишина, потом голос её стал ледяным:
Ну, раз ты теперь думаешь только о себе
После этого несколько дней никто не звонил.
Потом недели.
Когда, наконец, приехал, дверь открыла сестра с неловкой улыбкой.
Мы не думали, что ты всё-таки придёшь.
Я вошёл и сразу почувствовал себя гостем. Не частью семьи, не опорой просто тем, кто осмелился не быть вечным спасателем.
Тогда я понял главное.
Пока я себя забывал был нужен.
Как только попросил заботы о себе стал лишним.
Ушёл из этого дома спокойно. Без скандала, без слёз.
Зато с решимостью.
Я больше не стану жить не своей жизнью только из страха быть неудобным.
Иногда потеря тех, ради кого ты жертвовал собой, не трагедия.
Иногда это единственный путь остаться собой.
