Я своё уже отгуляла
Да вы бы его ещё в приют сдали, как щенка! А что? Заплатили и пускай, пусть сам по себе, радуйтесь своей свободе, ядовито процедила Галина Аркадьевна.
Мария, недовольно поджав губы, с силой дёрнула молнию на чемодане. Бесполезно, заело, прямо как заезженная пластинка тёща каждый раз начинала с того же, стоило им собраться в отпуск.
Мама, ну хватит, попытался утихомирить Галину Аркадьевну Андрей, муж Марии. Серёжа же тоже будет на каникулах, просто в деревне. Не у чужих людей у моих родителей, у деда Петра и бабушки Валентины. У него там воздух свежий, огород, бассейн надувной и домашнее молоко каждый день. Для его возраста самое то.
Это ж не отдых, а ссылка, всплеснула руками свекровь. Мальчику три года, ему с мамой и папой надо! А родители что в Киев намылились, по музеям шляться! Сыну что, музеи не нужны, культурное воспитание не важно?
Мария наконец справилась с молнией и встала, нахмурившись, прямо взглянула свекрови в глаза.
Пока что не важно, холодно отрезала она. Ему сейчас нужны режим, дневной сон и горшок поблизости, а не перелёт на десять часов, смена времени и многочасовые прогулки. Галина Аркадьевна, а вы когда с Серёжей последний раз хотя бы в парк ходили?
Я с твоим мужем своё уже отгуляла, упрямо задрала нос старшая. Везде вместе были. И ничего, всё прошло! А вы только о себе думаете, неудобства не хотите терпеть.
Вот именно! чуть не сорвалась на крик Мария. О других! Например, о тех, кто будет с нами в самолёте лететь и слушать истерику вашего внука. Или о тех, кто на экскурсию пришёл а вместо гида слушают “я хочу пить, писить, домой хочу, устал!” Отдых с трёхлеткой никакой это не отдых, Галина Аркадьевна, а пытка, и для всех.
Свекровь отпрянула и отвернулась.
Всё ясно разыгрались в родителей, поспешили избавиться от ребёнка. Так бы и сказали, что сын мешает Кто хочет всегда сможет подстроиться под ребёнка.
Мария закрыла глаза и стала молча считать про себя, чтобы не сорваться. Если бы Галина Аркадьевна знала, через что они прошли прошлым летом язык бы прикусила. Но откуда ей знать? Она к воспитанию почти не подходит.
Зато Мария отлично помнила. После той поездки у неё целый месяц глаз дёргался.
Это было прошлым летом. Решили поехать к друзьям на дачу. Всего сотня километров под Одессой. У друзей тоже мальчик, площадка, сад, всё по плану.
Но с самого начала сплошное фиаско.
Машина не завелась, а шашлыки уже замаринованы Пришлось искать билеты на электричку в спешке.
Да ещё и жара ударила: +36, вагоны душные, кондиционеры не работают, окна открыты но толку никакого. Народу столько, что тесно, как в бочке. Дышать нечем.
Серёжа выдержал ровно десять минут, потом начал причитать, жаловаться на жару, скуку, потом ещё и бежать по вагону захотел.
Пусти! вопил, выгибаясь на руках у Андрея. Хочу туда!
Серёжа, нельзя, сипел Андрей, красный от стыда, пытаясь удержать сына.
Не хочу сидеть! А-а-а!
Кричал он мощно, так что стук колёс заглушал. Пассажиры оборачивались: сперва с жалостью, потом с явным раздражением. Через полчаса собственной ненавистью. Женщина в красной блузке сделала замечание, Серёжа в сердцах размахнул рукой с пакетом сока облились все.
Скандал был знатный. Тётя кричала едва не громче Серёжи, Мария извинялась, чуть не плача, протягивала гривны пострадавшей. Серёжа визжал из-за утраченного сока, Андрей только зубами скрипел.
Полтора часа ада.
Добравшись до перрона, у всех были только силы поползти на отдых. После стресса Серёжа отказался от сна, капризничал до вечера, едва не уронил мангал. Обратно не лучше ни на грамм.
И это только полтора часа. А Галина Аркадьевна предлагает неделями таскать по экскурсиям? Спасибо, не надо. Это издевательство.
Вы его просто не воспитываете! любила повторять свекровь, чуть что.
В самом деле, Галина Аркадьевна всё больше теоретик. Приезжала раз в две недели, привозила бананы или шоколад (на шоколад у Серёжи аллергия, говорили уже сто раз), пять минут сюсюкалась и домой. Могла сделать фото для “Одноклассников”.
Галина Аркадьевна, а вам какая разница, где Серёжа? однажды спросила Мария. Всё равно не с вами.
А я и не должна! У него есть родители они пусть и занимаются. Если бы в больницу или на работу надо помогла бы. А так… Вы его, как котёнка, сбросить хотите!
Все эти разногласия терпелись, но внутренних сил съедали немало. Свекровь оставалась убеждённой, что всегда права, ничьих доводов слушать не желала.
Однако жизнь лучший учитель.
Четыре года пролетели быстро. Серёже исполнилось семь. Уже связная речь, школа, секции
У Галины Аркадьевны в судьбе тоже случились перемены похуже. Она овдовела. Теперь тихая квартира осталась только с ею самой, тихо становилось неуютно. Может, от скуки, может, чтоб доказать родственникам, что она ещё, как говорится, “ого-го”, решилась на подвиг:
Привозите внука, сказала она с видом щедрой дамы. Уже взрослый, общий язык найдём.
Галина Аркадьевна, вы уверены? с сомнением уточнила Мария. Серёжа мальчик подвижный, внимание любит Или хотя бы планшет.
Я воспитывала сына и внука сумею. Книги почитаем, в лото сыграем, без ваших компьютеров обойдёмся. Привозите!
Мария скрепя сердце отвезла сына к свекрови на две недели, а сами с Андреем выбрались в Карпаты на базу отдыха всего на пару дней, предчувствуя беду.
Интуиция не подвела.
Бабушка себе представляла идиллию: внук причёсан, читает энциклопедию, она рядом вяжет, всё чинно, спокойно. Вместе кушают суп и идут на прогулку.
Эта красивая картинка разбилась через полчаса после отъезда родителей.
Ба, мне скучно, заявил Серёжа. У тебя планшет есть?
Нет, откуда у меня
Ну давай играть в войнушку или зомби! Ты злодей!
Какое ещё зомби?.. опешила бабушка. Серёжа, вот раскраска.
Я большой, не хочу! Давай играть! Ну ба-а-а! Ну смотри
Ни минуты на месте: то самолёт изображает, то кастрюлями гремит, то силой заставляет играть в незнакомые бабушке игры. Его не интересуют ни “Кот Матроскин”, ни старый конструктор. Ему нужен друг, зритель и аниматор в одном лице. Каждые три минуты “Бабушка, а почему?”, “Бабушка, давай!”, “Бабушка, смотри!”
К обеду Галина Аркадьевна чувствовала себя, как после разгрузки вагона картошки.
А настоящая беда началась за обедом. Бабушка с гордостью поставила суп из говядины, стараясь угодить.
Серёжа заглянул и поморщился:
Есть не буду.
Почему?
Там лук, а я не люблю.
Лук полезен, ешь давай!
Не хочу. Хочу макароны с сыром, а сосиску порежь ёжиком!
Бабушка даже не поняла. Такого она не умела.
Что за заказчики! Я тебе не кафе! фыркнула она.
Серёжа пожал плечами и ушёл строить шалаш из стульев и подушек.
К вечеру давление у бабушки прыгало вверх-вниз, сил не было даже прилечь: Серёжа тут же прыгал на ней, как на батуте: “Ба, просыпайся враги наступают!” Телевизор посмотреть было невозможно: внук требовал мультики, и от них становился только шумнее.
Тем временем Андрей с Марией на веранде любовались закатом, слушали потрескивание углей.
Просто тишина счастливо вздохнула Мария. Вот бы так всегда. Может, зря мы ворчали на твою маму?
Тут зазвонил телефон.
Алло, мам?
Приезжайте! кричала в трубку Галина Аркадьевна. Забирайте его срочно!
Что стряслось?
Катастрофа! Ваш сын невыносимый! Уже полквартиры разнёс, есть ничего не хочет, скачет по мне как лошадь. У меня сердце сейчас остановится, если не приедете вызываю скорую и полицию, пусть обоих забирают! Жду вас!
Гудки.
Мария молча поставила бокал. Вино недопито, шашлык недожарен.
Ну что, собирайся, Андрей мрачно кивнул. Отдохнули
Они ехали молча, у Марии на душе скребли кошки: сама же свекровь упросила а теперь на них срывается.
Стоило дотронуться до звонка, как дверь распахнулась. Галина Аркадьевна стояла бледная, измотанная, благоухала валокордином. Вид словно после третьего Украинского фронта.
Серёжа выскочил весёлый и бодрый.
Господи, слава Богу, облегчённо выдохнула свекровь, буквально выпроваживая внука. Всё, забирайте, не просите меня больше! Это не ребёнок, а разбойник. Ему всё не так: то скучно, то лук не тот, то прыгать на бедной бабке надо!
Он просто ребёнок, мама, сухо заметил Андрей, беря сына за руку. Здоровый, активный ребёнок. Мы вас предупреждали. Вы сами были уверены, что справитесь.
Я думала, он нормальный! Да его лечить нужно! хватаясь за сердце, причитала бабушка. Всё, уезжайте. Мне валяться надо, иначе плохо со мной будет.
В машине Серёжа уютно устроился на сиденье и вдруг спросил:
Мама, а к деду Пете и бабе Вале скоро поедем?
Скоро, сынок, обязательно поедем.
Это здорово пробормотал мальчик, засыпая. А то бабушка Галя странная: всё ругается, играть не любит. И суп у неё невкусный.
С того вечера Галина Аркадьевна никогда больше не затевала разговоров про совместные поездки. Теперь, когда Мария с Андреем собирались в отпуск, она только доброжелательно желала счастливой дороги.
А Серёжа все каникулы проводил с родителями Марии: копал червяков с дедом Петей, играл в “войнушку”, ел бабушкин суп без лука, потому что баба Валя знала вкусы внука.
Со свекровью отношения не стали ближе, но Марии этого было достаточно: никто больше не лез учить её жизни, а Галина Аркадьевна так и осталась наедине с собственными энциклопедиями и правотой, которая оказалась никому не нужной.
В жизни бывает так: пока не попробуешь сам, всегда кажется, что чужая ноша легче. А на деле счастье семьи это когда каждый растит своё счастье, слыша и уважая друг друга.
